Роковой подарок жениха - Наталья Солнцева

– Не-е-ет, – горячо возразил Эрик. – Это бы непременно наружу вылезло. У нас городок маленький, сплетникам на язык лучше не попадаться.

– Вот Бояриновы и живут за семью замками! Чтобы, не дай Бог, кто не пронюхал об истинном положении вещей.

– Быть такого не может, – упрямо твердил молодой человек. – Шила в мешке не утаишь. Уже бы давно слухи поползли!

– Почему у Бояриновых нет детей?

– Мне такие подробности неизвестны, – признался Эрик. – Наверное, есть причина. Болезнь или…

– Есть возможность узнать?

– Я попробую, только на это время понадобится.

– Хорошо, мы подождем. Расскажите нам еще про случай на Березовой улице. Вы тогда работали вместе со следователем, который…

– Да-да, – с облегчением вздохнул Эрик. – Конечно! Меня уже Борисов спрашивал. Я отлично все помню… Я тогда был лейтенантом, только-только выпустился. Суздаль – место тихое, благостное, намоленное. Здесь, – тьфу-тьфу! – криминальная обстановка спокойная. Разное случается, не без того, но злостных, вопиющих преступлений при мне не наблюдалось. Тот старик, Тарханин, кажется, погиб нелепо, по неосторожности. Плохо закрепил поленницу! Она была высокая, завалилась и накрыла его. Зачем было так дрова складывать? Ясно же, что если потянуть снизу поленья, верхние не удержатся…

«Не иначе, как с Бояриновыми его связывает что-то личное, – подумала Астра. – Ишь, обрадовался, что можно говорить о другом!»

Они с Матвеем переглянулись. Тот тоже заметил перемену в выражении лица и настроении Эрика.

– Значит, старика никто не убивал?

– Похоже, нет. Несчастный случай… Одно из поленьев угодило ему пониже затылка, проломило основание черепа. Мы провели тщательный осмотр места происшествия. Все указывало на то, что пострадавший пришел взять дров на растопку, согнулся, начал доставать снизу дубовые чурки, и тут на него посыпалась поленница. Не повезло человеку! Сам виноват, но все равно жалко… Глупая смерть.

– Выходит, он не понимал, какой опасности себя подвергает? – удивился Матвей.

– Думаю, понимал, только мы, русские, привыкли полагаться на «авось» да «небось». Вот и…

Эрик глотнул остывшего кофе, предоставив приезжим самим додумывать концовку фразы.

– У него как раз гостили родственники из Москвы, племянник с женой, – после паузы добавил он. – Они были свидетелями. Оба дали совершенно одинаковые показания: пили, мол, чай в гостиной, отдыхали, а хозяин пошел баньку растапливать…

Он повторил то, что Астре и Матвею уже было известно, но они слушали, не перебивали. Вдруг, какая-нибудь мелочь не сойдется, какой-нибудь новый фактик обнаружится? Ожидания не оправдались.

Астра вспомнила слова Люси: «Игорь заглянул в сарай, посветил, а там, только сапоги торчат из-под поленницы…»

– В сарай, где хранились дрова, был проведен свет? Я имею в виду электрическую лампочку.

Эрик сосредоточенно нахмурился.

– Н-нет, кажется… Среди разбросанных поленьев валялся разбитый фонарик. Видимо, старик пользовался им, а потом, когда все посыпалось, уронил, ну и тот не уцелел.

– А следы там были? – уныло осведомилась Астра. – Во дворе, в сарае?

– Полно. Самого пострадавшего и его родичей. Они ведь бегали, искали старика, в сарай тоже заходили. Стояла осень, дождливая пора… во дворе, естественно, – ни асфальта, ни плитки. Грязь да трава. К тому же дождь моросил… Сами понимаете, какие следы!

– Значит, посторонние во двор не заходили?

– Если и так, со следами нам не подфартило. Во-первых, все было затоптано. Во-вторых, никто не собирался возбуждать уголовное дело. Честно говоря, у следователя возникли сомнения по поводу смерти Тарханина только после оглашения завещания. Мы были удивлены самим существованием этого документа. Человек работал за обычную зарплату, жил более чем скромно, и вдруг – деньги в банке. Откуда? Ну, с мертвого спросу нет, а племяннику с женой досталось. Нервы им потрепали основательно. Появился мотив для убийства! Однако улик против них не было, ничего доказать не удалось… Явился к нам адвокат из Москвы, разбил все доводы следствия в пух и прах, начал строчить бумаги в вышестоящие инстанции. Словом, наделал переполоху! Отмазал клиента и был таков…

– Вы сами как думаете? Старика убили?

Эрик поднял глаза к потолку:

– В принципе, несчастный случай мог быть подстроен. Племянник унаследовал от погибшего кругленькую сумму. Но если он не знал о завещании, то вроде бы смысла убивать дядю у него не было. Как выяснилось по ходу дела, они практически не общались. Дядя жил чуть ли не отшельником, подумывал уйти от мира и посвятить себя служению Богу. Вдобавок он страдал тяжелой болезнью печени. Так что родственникам стоило немного подождать, и они стали бы обладателями наследства без всякого криминала. Вот это они как раз знали: потому что выглядел старик, прямо скажем, неважно. Ему ведь было шестьдесят пять, а на вид – все восемьдесят.

– На этом и сыграл адвокат? – догадалась Астра.

– Причем мастерски, – кивнул Эрик. – Он раздобыл медицинскую карту покойного, привлек в свидетели врачей. В целом, обстоятельства сложились в пользу подозреваемого.

– У вас тут кого ни возьми, тот и отшельник, – скептически усмехнулся Матвей.

– Место у нас такое – охлаждает житейские страсти и побуждает к духовным исканиям…

– Если погибший был набожным человеком, то мог завещать свое имущество монастырю, – предположила Астра. – Но оставил все племяннику.

– Родная кровь!

– Где Василий Тарханин работал реставратором?

Эрик, будучи человеком добросовестным, предугадал вопросы, которые могли возникнуть у москвичей, и основательно подготовился.

– Повсюду. Он был членом бригады и выполнял работы для разных заказчиков. И у нас, и в Кидекше^[23]… А когда вышел на заслуженную пенсию, устроился смотрителем в музей Славянской культуры. Сотрудники отзываются о нем положительно.

– Никаких громких краж у вас не случалось? Иконы, утварь церковная не пропадали?

– Понимаю, куда вы клоните, – смутился Эрик. Как будто он нес личную ответственность за нравственность суздальцев. – Ничего вопиющего не было. От мелких краж не убережешься, а крупных я на своем веку не помню.

– Вы еще молоды…

– Да, конечно. Но три года назад, после оглашения завещания реставратора следствие пыталось установить происхождение его денег.

– И что?

– Безуспешно. Самого Василия Тарханина не спросишь, а родственники клялись, что ни сном ни духом помыслить не могли о таком богатстве. Окружающие тоже находились в полнейшем неведении. Ни сотрудники музея, где работал пенсионер, ни соседи ничего вразумительного сказать не могли.