Знак с той стороны - Инна Бачинская

Здесь воспоминаний стая,

Добрых и плохих,

Здесь и призраков хватает,

И еще живых…

Марк Шехтман. Титаник

Шибаев шел из больницы… Они ушли вместе, вернее, их попросили уйти – мертвый час, а они шумят. На улице Алик, не глядя ему в глаза, торопливо попрощался и сбежал, сделав вид, что страшно спешит на встречу с клиентом. А Шибаев, не торопясь, направился в «Детинец» выпить кофе и скоротать пару часов до шести вечера. В шесть заканчивался рабочий день у Жанны, и Шибаев хотел задать ей пару вопросов. Ему не хотелось ее видеть, но тянуть дальше не имело смысла. Поговорить с ней все равно придется. И задать вопросы тоже придется.

Он отхлебывал кофе и чертил на салфетке кривые геометрические фигуры. Поиски Руданского-младшего продвигались в русле, еще пару дней, если повезет, и можно отчитаться о проделанной работе и получить заслуженный гонорар. Если отделить от последних событий линию пропавшего сына, то все путем, вопросов нет. А если не отделять, то вопросы появлялись.

Внезапная смерть Ады Романовны – раз. Скрип паркета в коридоре ночью, музыкальная шкатулка, которая вдруг включалась, свежие царапины на механизме. Убийство Тины Баулиной – два. Тины, которая верила или не верила в привидения. Скорее, не верила, так как выскакивала и пыталась поймать. Правда, после бутылки коньяку. Кто, спрашивается, в здравом уме и трезвой памяти будет ловить по ночам привидение? Наоборот, еще и двери запрут, и с головой под одеяло залезут.

Неизвестный в доме, который спустил с лестницы его, Шибаева, – три. Сюда можно добавить необычную болтливость обычно смурного капитана Астахова с фирменным неприятным взглядом, который, неизвестно с какого перепуга, взял и сообщил ему, Шибаеву, что убийца Тины задержан. Оставив того в приятном недоумении.

А неожиданное признание Богданова, что он и Руданский много лет обирали Аду Романовну? Четыре и пять. Пять вопросов. Навскидку. Если покопаться, вылезут и другие. Правда, если не соваться в теорию заговора, как говорит Дрючин… Тьфу! Ну, Дрючин, погоди! Шибаев с силой ткнул ручкой в салфетку и проделал в ней дырку. Если не соваться в теорию заговора, на все вопросы можно найти ответы, просто надо быть проще и не искать приключений себе на… пятую точку.

Например.

Вопрос: царапины на барабане музыкальной шкатулки? Ответ: Ада Романовна пыталась запустить механизм, ковырялась там ножницами… Вспомнила мужа, и накатило настроение. Может такое быть? Вполне.

Вопрос: а ее внезапная смерть? Ответ: не было внезапной смерти. Ада Романовна умирала… Месяцем раньше, месяцем позже – не суть. Никто не стал бы брать грех на душу, не имеет смысла.

Вопрос: как насчет убийства Тины? Оно тут каким боком? Ответ: никаким. Случайность. Девушка вела опасный образ жизни, водилась с бездельниками всех мастей, кроме того, пила. А привидений не бывает.

И так далее, и тому подобное.

Тут скорее интересен главный вопрос: стоит ли ему, Шибаеву, туда соваться? Искать черную кошку в темной комнате… или как там говорят умные люди? У него есть задача, он ее успешно решает, и какого черта нарушать баланс?

В начале седьмого он подошел к дому Жанны. Окна ее квартиры уже светились. Он постоял, рассматривая розовые пятна света и пытаясь уговорить себя, что должен увидеться с Жанной и узнать, что она задумала. Жанна – девушка горячая, она и нож в сумке носила, и обидчика выслеживала… С нее станется. Что именно станется, Шибаев точно не знал, но чувствовал, что должен вывести ее из игры. Они были близки, встречались, строили планы на будущее… А теперь все. Амба. Как в море корабли. И нечего звонить, подстерегать под домом, звать и плакать… Тут ему пришло в голову, что подстерегает под домом как раз он, а не Жанна. Шибаев зло сплюнул и направился к подъезду.

Он чувствовал, что Жанна рассматривает его в глазок, и вспоминал, как полтора года назад, приплясывая от нетерпения, давил на звонок, и она торопливо пробегала по коридору и распахивала дверь. В черном кружевном халатике, босая… Он влетал внутрь, совал под тумбочку сумку из «Магнолии» с ананасом, коньяком и конфетами, хватал ее на руки… Жанна смеялась, обнимала его за шею, дрыгала ногами, он впивался в ее смеющийся рот и, уворачиваясь от стен и мебели, мчался в спальню…

Господи, как он ее хотел! Голова шла кругом, в глазах меркло, и стучало в висках… Еще на лестнице… Да что там на лестнице! Даже при виде ее окон…