Менты таких не трогают - Владимир Колычев

Лида свернула с шоссе на улицу, которая по прямой вела к ее дому. Она задумалась и не заметила, как на дорогу вышел человек. По тормозам ударила автоматически, только тогда поняла, кто преградил ей путь.

Прохор стоял, широко расправив плечи, и весело улыбался ей. Как будто ему ничего не угрожало, как будто бандиты не гонялись за ним. На улице жарко, а он в джинсовой жилетке, и нетрудно было догадаться почему. Пистолет у него за поясом…

Лида все же решилась открыть дверцу, и Прохор сел к ней в машину, как будто так и надо.

— Привет!

— Ты сумасшедший!

— Это комплимент или нож в спину?

— Почему в спину? В грудь!

— Тогда легче.

— Я не хочу тебя видеть.

— Как Егор поживает?

— Плохо. Чего и тебе желает.

— Может, не надо разбрасываться шпильками, — усмехнулся он. — Может, просто признаешься мне в любви. Поверь, легче станет.

— В любви? После того как ты пытался убить моего мужа?

— Если бы я пытался его убить, я бы не промахнулся.

— Ну да, ты же у нас супермен! Сколько там трупов на твоем счету?

— Да уж, все зашло слишком далеко, — грустно улыбнулся Прохор.

— Может, пора остановиться?

— Именно поэтому я здесь.

— Ты не тронешь Егора, — сказала Лида, глядя, как открываются автоматические ворота.

— Он первый достал «пушку», так что не надо…

— Он не стал заявлять на тебя в милицию.

— Честь ему и хвала…

— Знаешь что, а давай-ка на выход!

Но Прохор отреагировал на ее слова совсем по-другому. Обнял ее за плечи, потянул к себе и прошептал ей на ухо:

— Я соскучился.

— Я не могу, — прикрыв глаза, качнула головой Лида.

— Почему?

— Потому что Егор в больнице! Потому что я дала ему слово!

— Он ничего не узнает. Ты же ему не расскажешь?

— Расскажу! В том то и дело, что расскажу.

— Вот и хорошо. Пусть знает, что ты не можешь без меня.

— Ты — самовлюбленный болван!

— Может, и болван. Но влюбленный в тебя… Скоро я решу все свои вопросы. И мы сможем быть вместе.

— Я хочу быть с Егором! — выпалила Лида.

— А как же я? — нахмурился Прохор.

— Я не должна… Я не могу оставить его, пока он в больнице.

— Ну, это же не навсегда.

— Нет! Лучше уходи!

— Я вернусь.

— Это совсем не обязательно.

— Тебе нужно успокоиться.

— Я хочу, чтобы у тебя все было хорошо. Но без меня.

— Без тебя всегда все будет плохо.

— Я хочу, чтобы ты жил… Я не хочу, чтобы тебя убил Афоныч.

— Что ты о нем знаешь?

— Он говорил со мной, он мне угрожал… Я должна сейчас буду позвонить ему, сказать, что ты со мной…

— Позвони, — спокойно произнес Прохор.

— Нет. Я не стану тебя предавать.

— Сколько раз ты уже меня предавала. И ничего.

— Это совсем другое!.. Я могу остаться с Егором, но не могу тебя убить.

— И все-таки позвони.

— Нет.

— Так нужно.

— Кому?

— Мне.

— Зачем?

— Позвони Афонычу, скажи, что я назначил тебе встречу в нашей квартире на Вишневского.

— Что ты задумал? — встревоженно посмотрела на него Лида.

— Задумал.

Прохор порывисто обнял ее и поцеловал в губы. Лида попыталась оттолкнуть его, но Прохор не опускал ее, и она, вздохнув перестала противиться.

Она позвонит Афонычу. Если Прохор этого хочет, то будь что будет.

Как-то не думал Прохор, что Афоныч насел на Лиду. Он хотел встретиться с любимой и попросить об одолжении, а оказалось, что ее склоняют к предательству. А это значило, что в доме Королька могла быть засада. Прохор это понимал, но удержаться от соблазна не мог. А Лида отказать ему не смогла. Хотя и послала затем к черту.

А Прохор как раз и собирался к черту на рога. План рисковый, без четкой схемы, можно даже сказать, слепой. Но ему ничего не оставалось, как идти ва-банк.

Он догадывался, что Афоныч бросит против него если не всю, то большую часть братвы. А теперь был в этом уверен. Хотя, конечно, оставалось место и для сомнений. Вдруг Афоныч задействует ментов, чтобы вытащить каштан из огня их руками. Но и в этом случае братва будет на подстраховке, сам он голову в пекло не сунет, будет ждать результата в своем любимом баре на дальней окраине рынка «Южный». Это закрытый бар, только для своих. Но кто сказал, что Прохор чужой? Да, его пытались убить, но так и не смогли вычеркнуть из бандитского списка. А выйти из системы можно только ногами вперед, сам Афоныч это говорит.

Дальняя окраина — понятие относительное. Если считать от гаражей, которые примыкали к забору вокруг рынка, то бар находился на ближних рубежах. Забор с этой стороны, правда, обнесен колючкой, но прошлой ночью Прохор сделал и замаскировал подкоп. Через него он уйдет. Если, конечно, уцелеет в жестокой схватке…

Лаз выводил его в узкий проход между вагончиком и забором. Он выбрался на поверхность, закрыл пролом смятой картонной коробкой. Сначала прислушался, только потом выглянул из-за вагончика. И увидел, как от кафе к нему торопливо идет Гонтарь, «бык» из персональной команды Афоныча.

Шел он от «Крузера», возле которого стоял громила Бутыль и грозил Гонтарю кулаком:

— Давай быстрей!

Бутыль торопился с выездом. Видно, Афоныч решил усилить штурмовую группу своей личной охраной. Что ж, тем лучше.

Прохор нырнул в пролом, закрыв его коробкой, и снова осторожно выглянул. «Крузер» с охраной уже уехал, а «Мерседес» Афоныча остался. Большой босс ждет у моря погоды, что ж, Прохор просто обязан изменить прогноз.

Он решительно направился к черному ходу. Расстояние небольшое — метров десять. Место в данный момент безлюдное, но в любой момент мог появиться кто-нибудь из охраны или обслуги. Так и получилось. Прохор подошел к двери с одной стороны, а верзила Жук открыл ее с другой. Но Жук не ожидал нападения, поэтому был застигнут врасплох. А бил Прохор, не жалея головы. Лбом в переносицу — его «коронка». А для подстраховки — рукоятью пистолета в надбровье, с размахом, сверху вниз.

Крупные шкафы громко падают, и Жук не стал исключением. На шум в коридор выскочил мощный и шустрый Алик. Прохор проигрывал ему в положении, выкрутиться он мог только с помощью оружия. Пришлось стрелять.