Любовница египетской мумии - Дарья Донцова

– Музей пополнит кассу, – резюмировала Нина, – но лично я не прониклась поделками из глины. На мой взгляд, абсолютная белиберда! Ладно, мы с Кузей прогуляемся по местным лавкам. Сергей, возьми пакет!

Муж безропотно направился к автобусу.

– У вас два часа! – напомнила Лариса.

– Ма, купи мне бусы, – заныла Катя, – вон там сувениры.

Я подошла к Фатиме и очень громко, чтобы остальные непременно услышали мои слова, сказала:

– Не хочется в одиночестве бродить по улицам. Может, составишь мне компанию?

– С удовольствием, – ответила Хайбекова, и мы бодрым шагом двинулись по проулку.

– Почему сюда? – шепотом спросила Фатима.

Я на всякий случай обернулась, удостоверилась, что никого рядом нет, и принялась размышлять вслух:

– На фотографии за спиной Зарины хорошо видно планетарий, что позволяет предположить: музей и дом, где содержат девушку, находятся примерно на одной линии.

– Почему? – не поняла Фатима.

Я удивилась глупости вопроса, но пояснила:

– Если комната Зары была бы расположена в особняке, который построен в низине, то купол не попал бы в кадр. Если здание стоит слишком высоко, не будет видно фасада. Улочка, по которой мы идем, прямая, остальные ведут вниз.

– Поняла, – обрадовалась Хайбекова.

Я вынула мобильный, открыла фото с Зариной и начала присматриваться к окружающим зданиям. Выбор был невелик. Здесь не было жилых домов, сплошь магазины для туристов, кинотеатр, пара ресторанов. Мы медленно брели по улицам, останавливаясь на каждом шагу, я поднимала сотовый и делала вид, будто фотографирую Фатиму, но на самом деле пыталась понять, где может находиться помещение, в котором на фоне окна запечатлели девушку. Прошло около часа, прежде чем я подпрыгнула от радости.

– Оно? – закричала Фатима.

Я сделала большие глаза, Хайбекова ойкнула и быстро добавила:

– Очень хорошо, что мы наконец-то нашли музей татуировок.

Я обернулась и увидела на двери здания небольшую вывеску «Искусство боди-арта и тату Пхасо».

– Пошли скорее, – задергалась Фатима.

Мне пришлось взять Хайбекову под руку, подтолкнуть к одному из кафе и приказать:

– Сиди смирно.

– Нет, – нервно воскликнула Фатима, – там Зариночка, ей требуется помощь!

Я поманила официантку, сделала заказ и сурово сказала:

– Нет никакой уверенности, что фото сделали в том доме. Чтобы удостовериться в правильности наших предположений, мне надо зайти внутрь, подняться на второй этаж и поискать нужную комнату.

– Я с тобой, – нервничала Фатима.

– Ешь мороженое, – велела я, – делай вид, что устала и просто сидишь, а сама наблюдай за дверью музея татуировок. Нам лучше разделиться и не привлекать внимания. Я схожу на разведку и вернусь. Дай честное слово, что будешь слушаться.

– Ладно, – нехотя согласилась Хайбекова.

– Пойми, благополучный исход дела во многом зависит от нашего умения держать себя в руках, – увещевала я Фатиму, – спешка – плохой помощник.

– Сказала уже, с места не сдвинусь, – пообещала Фатима.

Прикидываясь самой обычной экскурсанткой, я прибилась к группе французов и пошла вместе с ними по залам. Экспозиция оказалась небольшой и содержала в основном фото и рисунки. Я деликатно зевала, прикрывая рот ладонью, но все же удостоилась пары косых взглядов парижан. Однако едва мы поднялись на второй этаж, как моя сонливость исчезла. Сразу стало ясно: фото сделали здесь, мне надо найти лишь правильный ракурс. Поглядывая на мобильный, я оторвалась от французов, пошла влево и наткнулась на табличку с надписью: «Лаборатория. Посторонним вход воспрещен». Мне хотелось заколотить в створку кулаками: я уже не сомневалась, что именно там, в служебных помещениях, держат Зарину.