Любовница египетской мумии - Дарья Донцова

– Металл, – пояснил Никита, – очень редкий, может использоваться в разных областях техники, в том числе и при производстве атомной бомбы. У нас есть точные сведения, что один из членов вашей тургруппы привез на Пхасо осмий и собирается его продать. Наша задача – помешать сделке.

Я отхлебнула чаю.

– Мешайте на здоровье.

Фролов положил руки на стол.

– Мы пока не знаем, кто вывез осмий.

– Неужели разучились ловить мышей? – фыркнула я. – Навряд ли этот человек таскает с собой булыжник. Группа постоянно будет уезжать на экскурсии, обшарьте в отсутствие людей их номера, найдите металл и спокойно уносите его с собой. Сомневаюсь, что барыга поднимет вопль и бросится в местную полицию с криком: «Меня обокрали!»

Никита аккуратным, каким-то женским движением разгладил скатерть.

– Если б все было так просто! Осмий очень дорогой, один грамм металла на черном рынке стоит двести тысяч долларов. По не совсем проверенным данным, у продавца на руках пятнадцать граммов порошка.

Я попыталась произвести в уме подсчеты.

– Следовательно, он ожидает прибыль в три миллиона американских рублей. Интересно, почему для совершения сделки выбрали Пхасо?

Фролов взял из хрустальной подставки салфетку и начал складывать из нее кораблик.

– Покупатель не россиянин, и в законодательстве Пхасо нет ни слова о незаконности операций с радиоактивными веществами. Вот если тебя тут с порцией марихуаны на одну затяжку поймают, тогда кирдык. Местному жителю просто отрубят голову, да и иностранцу мало не покажется. Здесь с наркоманами не церемонятся. Не пыталась в местной аптеке купить аспирин?

– Нет, – помотала я головой.

– И не пробуй, – отрезал Никита, – провизор без рецепта даже капли в нос не отпустит. Любые медикаменты, включая витамины и биологически активные добавки, продают только по предписанию врача. Разве тебя в Москве туроператор не предупредил? Не сказал: «В случае хронических недугов берите необходимые таблетки с собой и обязательно запаситесь бумагой, что они вам требуются по жизненным показаниям»?

– Нет, меня просто спросили, нуждаюсь ли я в каждодневном приеме пилюль, – пояснила я, – ответила отрицательно, и тема была исчерпана.

– Одурманивающие вещества и педофилия – это на Пхасо удачно победили, – вздохнул Фролов, – на остальные пороки Званг смотрит сквозь пальцы. Проституция разрешена официально, ночные бабочки стоят на учете, им вменяется в обязанность раз в месяц посещать врача, поэтому со СПИДом, сифилисом и прочими «прелестями» здесь покончено. Алкоголь продают свободно. Но вот про торговлю радиоактивными материалами местные парламентарии не подумали, а что не запрещено, то позволено. Ясно?

– Понятно, – подтвердила я, – и что от меня нужно?

Фролов отложил бумажный крейсер и вытащил из подставки новую салфетку.

– Надо вычислить продавца, он очень осторожен. Скорее всего, продажа осмия произойдет не в отеле, а за его пределами, во время очередной экскурсии. В гостинице все постояльцы на виду, постороннего человека портье к лифтам не подпустит, в ресторане слишком много обслуживающего персонала, добрая часть официантов и горничных – полицейские осведомители. На Пхасо платят премию тому, кто сдал наркомана или любителя детей в лапы закона.

– Здесь поощряют стукачей? – возмутилась я. – Разве можно подглядывать за гостями?

– Для нас поход в милицию стукачество, а для пхасца – выполнение гражданского долга и возможность умножить свой бюджет, – парировал Никита. – Учитывая желание хозяев и управляющих отелей доказать свою лояльность закону и получить бонус, осмий в отеле толкать не станут, хотя он вроде бы и не запрещен. А вот во время экскурсии – милое дело. Тебе надо лишь внимательно приглядеться к участникам группы.

Я попыталась избавиться от навязываемой роли:

– Почему бы тебе самому не проследить за москвичами?

Никита погладил ладонью лысину.

– Если я буду везде кататься с вами, то вызову подозрение, и осмий уедет назад непроданным. Преступник очень осторожен. Но мы считаем, что это его первая сделка. Он специально приехал в составе группы, потому что она формируется в Москве, количество ее членов на Пхасо не изменится, и продавец легко заметит постороннего. Пойми, на кону большие деньги и чья-то свобода.

– Ну и как вы собираетесь арестовать человека, если на острове можно проворачивать подобные сделки? – резонно удивилась я.

– Никто не собирается брать пакостника с поличным, – пояснил Фролов, – нам надо лишь выяснить, кто он. Более того, я обязан обеспечить беспроблемное возвращение гаденыша в Москву, лично присмотрю, чтобы он спокойно границу пересек.

Вот тут я окончательно перестала разбираться в происходящем.

– Ты собрался взять шефство над преступником?

Никита опять погладил себя по лысине.

– Продавец всего лишь мелкая сошка. Он работает за процент – отдал осмий и отвалил.

– А деньги? – подскочила я.

– Переведены на Каймановы острова, – нахмурился Фролов, – отследить отправителя и получателя невозможно. Выйти на основное действующее лицо, организатора сделки, можно лишь через его шестерку. Пятнадцать граммов осмия – первая, пробная партия. Если все прокатит успешно, в следующий раз повезут больше. Нам надо не партию взять, а найти организатора. Поэтому, уточнив личность прихвостня…

– Дальше можешь не продолжать, – кивнула я. – Последний вопрос: почему вы не отправили из Москвы вместе с группой своего человека? Неужели у мощного ведомства не оказалось денег на покупку путевки на Пхасо? Оформили бы тебя под видом отдыхающего, и никаких проблем!