Фея с золотыми зубами - Дарья Донцова

– Не волнуйтесь, – зачастила возникшаяниоткуда Светлана, – рецепт его слегка покалечил, но не насмерть. Оправится.Чуть-чуть количество ингредиентов перепутали, не девять лимонов, а один, ну иостальное тоже неверно.

– Ужас! – испугалась я. – Юноша от самогоКулакова.

Света прижала палец к губам.

– Ш-ш-ш, Евгений Олегович будет доволен! Яузнала правду. Этот кент его… хм… ну… э… не друг, не родственник, а журналист,телекритик, если он ваще онемеет, считай, нам повезло!

– Воды! – заорал молодой человек, отпихиваядоктора. – Холодной!

– Не вышел номер, – констатировала Света, –очухался! А ты выше всех похвал. Откуда столько слов народных знаешь?

Я в замешательстве поправила прическу. Сказатьправду? Может, ожила генетическая память предков? К счастью, в моей сумочкезатрясся включенный сотовый.

Я вытащила телефон и услышала голос Зои.

– Анастасия Варенкина умерла в возрасте трехлет.

– Несчастная девочка, – вздохнула я.

– Это произошло еще в советское время, –продолжила Зоя. – Сейчас из семьи Варенкиных в живых никого не осталось. Отецумер буквально за день до малышки. У Игната Федоровича случился инфаркт. А матьнедавно преставилась.

– Какое отношение имеет давно похороненнаякрошка к Виктору Ласкину? – поразилась я.

– Понятия не имею, – ответила Зоя, – никого изВаренкиных в живых нет. У Игната и Раисы была одна дочь Настя, более никого, нидетей, ни родственников. Варенкина похоронена на Ваганьковском кладбище, навсякий случай я раздобыла номер участка. Уж не знаю, чем тебе это поможет.

– Спасибо, – опомнилась я.

– Информация про клуб «Рар» тоже не радует, –продолжала одноклассница Шумакова, – заведение работало всего пару лет, егозакрыли, кто-то донес, что при нем была специальная комната, ресторан длясвоих.

– Ничего ужасного, – заметила я, – посетителиприходят повеселиться, многие зависают на всю ночь, ясное дело, аппетитрасходится.

– Ага, – хмыкнула Зоя, – насчет аппетита тыправа, но маленькое уточнение. Еду подавали совсем юные голые девочки, аужинали там в основном взрослые дяденьки с ба-альшущими бабками. «Рар» никогдане был общедоступным, фейсконтроль там, как мне нашептали, зверствовал, пускалитолько своих.

– Ну и ну, – вздохнула я, – рай для педофилов.И что, никто не наказан?

– Не-а, – мрачно подтвердила Зоя, – когда тудас обыском нагрянули, никого не нашли. Хозяева смылись, а директором числилсястарик, почти безумный, подставное лицо. «Рар» растворился, как сахар в горячемчае. Но я еще порою – может, что-то найду.

– Мерси, – сказала я.

Я еще раз поблагодарила Зою и хотела вернутьсотовый в сумочку, но он вновь затрезвонил. На сей раз на том конце проводаоказалась незнакомая женщина.

– Можно Арину? – попросила она.

– Внимательно слушаю, – ответила я.

– Вас беспокоит по просьбе Елизаветы ЛаскинойВероника Альбинова, хозяйка агентства по найму прислуги, – представилась тетка.– Вас интересовали координаты Евгении Матихиной, горничной?

– Огромное спасибо, – обрадовалась я, – выочень любезны.

– К сожалению, – вежливо продолжила Вероника,– Матихина более с нашим агентством не связана. Я могу лишь назвать номертелефона, который у нее был, когда она заполняла анкету. Но, сами понимаете,нет никакой гарантии, что он сохранился, прошло несколько лет. Евгения могладавно завести новый мобильный.

– Диктуйте, – распорядилась я и, ставобладательницей номера, тут же набрала его.

– Чего? – прошептали из трубки.

– Женю можно?

– Лен, ты? У нас управляющий по залу шастает,вмажет мне за болтовню. Приезжай. Оставила тебе сумку.

– Куда? – тоже понизив голос, осведомилась я.

– Клея нанюхалась? Сюда, в бутик, в торговыйцентр «Бокс», если пьяная, не появляйся, – прошипела девушка.

– Слушай, я не ошиблась, ты Женя Матихина?

– Ленка, сиди дома. Я Женя Матихина, а тебепора завязывать, – отрезала собеседница.

Торговый центр «Бокс» не имел никакогоотношения к спорту, обычное трехэтажное здание, переделанное под магазин.Вспомнив фразу про оставленную сумку, я подошла к девушке, восседавшей застолом с табличкой «Справочная», и прикинулась заблудившейся покупательницей.

– Помогите, пожалуйста.

– Рада служить, – произнесла заученный тексткрасавица.

– Я отложила в магазине сумку, походила побутикам, поняла, что первый ридикюль самый лучший, и позабыла, где расположенаторговая точка, – заныла я, – глупо, да?

– Ничего подобного, – улыбнуласьадминистратор, – в «Боксе» любой запутается. Этаж помните?

– Нет, – всхлипнула я.

– Не беда! – ободрила меня девушка. – Здесьесть три бутика с кожгалантереей. «Сон Вивальди», «Рембо» и «Сюзанна». Ну?Вспомнили?

– Нет, – заунывно повторила я, – придетсязаглянуть во все.

Бывшая горничная нашлась в «Рембо». Она былапервой продавщицей, к которой я обратилась с вопросом.

– Подскажите, здесь работает Евгения Матихина?

– Это я, – слегка настороженно отреагировалаЖеня, – хотите вернуть товар? Идите к старшей по секции.

– Вы знали Катю Ласкину? – спросила я.

Матихина облокотилась о прилавок. Я уточнила:

– Она же Яркина, супруга Виктора. Вы служили уних в доме горничной.

– Печальный опыт, – поморщилась Женя, –конечно, я отлично помню Катерину.

Я решила сразу взять быка за рога.

– Где она сейчас?

– Понятия не имею, – чуть быстрее, чемследовало, отреагировала Женя.

– Вы были последней, кто беседовал с женщинойдо ее ухода из дома. Можете вспомнить тот день?

Матихина вышла в центр магазинчика.

– У меня час законного перерыва. Пойдемте вкафе, вон туда, за фонтан…

– Кто вы? – поинтересовалась Женя, заказавкофе и пирог.