Фея с золотыми зубами - Дарья Донцова

Домой я приехала около восьми вечера и засталаЮру около одной из раскрытых коробок. У стены стояла длинная штанга с пустымивешалками.

– Ты купил кронштейн для одежды? –обрадовалась я.

– Нет, – растерянно ответил Шумаков. – Зояотдала, он ей не нужен.

– Зоя? – испытывая легкую ревность, спросилая. – Впервые о ней слышу.

– Это я! – раздалось из коридора, и в комнатувошла полная дама с котом на руках. – Какое милое животное.

– Его зовут Фердинанд, – живо отреагировалЮрасик.

– Может, вначале меня представишь? –возмутилась я.

– Вилка, это Зоя, – зачастил Шумаков, –начальник отдела нераскрытых преступлений. Зоя, это Виола, лучшая писательницаРоссии, ее книги издаются миллионными тиражами на всех языках мира.

– Юра ошибается, – быстро сказала я, – моипроизведения не настолько популярны. О славе Милады Смоляковой мне и мечтать неприходится.

– Скромность украшает, – прогудела Зоя, – япостоянно встречаю в метро людей с вашими детективами.

– Не знала, что у нас существует отдел поборьбе с нераскрытыми преступлениями,[12] – запоздало удивилась я.

Зоя осторожно опустила Фердинанда на пол.

– Мы существуем недавно, но я уже не рада, чтосогласилась. Кронштейны правда мне больше не нужны. Виола, не ревнуйте, мы сЮрой учились в одном классе, между нами никогда не было интимных отношений.Юрашка писал мне контрошки по математике, а я за него строчила сочинения. Такойвот бартер!

Я засмеялась.

– У меня так исказилось лицо? Это от видабезразмерных оранжевых женских трусов, которые Юра держит в руках.

Зоя склонила голову к плечу и серьезносказала:

– Мне они маловаты. Я отовариваюсь у Конрада,слышала о таком? Нет? Он шьет одежду для зверей в Московском зоопарке. Ночнушкидля слонов, брюки на носорогов, кофты бегемотам. Я по размеру его клиент.

Секунду я переваривала услышанное, потомрасхохоталась. Ай да Зоя, женщина без комплексов. Но уже через секунду ясмутилась.

– Извини за глупый гогот!

– Смеяться лучше, чем плакать, – заявила Зоя,– со слезами в беде утонешь, с улыбкой выплывешь. Предвосхищая следующийвопрос, расставлю точки над i и другими буквами: я не больна, щитовидная железакак у восемнадцатилетней, печень не подводит, диабета нет. Я толстая, потомучто очень-очень люблю пожрать. И давай на этом завершим церемонии, забудем про«вы» и начнем жить весело, закусывая чай пирожными. О’кей?

– О’кей, – растерянно согласилась я, – аоткуда трусики?

Юра ткнул в сторону коробки.

– Оттуда! Я сам поразился. До сих пор не виделу тебя столь роскошных прикидов!

В процессе разговора Шумаков вытаскивал изкоробки фиолетовый балахон со стразами, лифчик, смахивающий на гамак, шальистошно зеленого цвета и прочие изыски.

– Полушалочек угарный, – заявила Зоя.

Я поспешила откреститься от шмоток.

– Это не мое.

– На коробке написано «мама», – заявил Юра.

– А там «папа», – ткнула пальцем в другой ящикЗоя, – еще вижу «Макс». Вспарывай их, ребята!

Юра начал открывать одну коробку, я быстросправилась со второй и вытащила на свет несколько непромокаемых комбинезонов,поводки, миски и пожеванные резиновые игрушки.

– Используя метод дедукции, могу определитьхозяина, – загремела Зоя, – у комбеза четыре ноги. Учитывая, что люди, какправило, не разгуливают на четвереньках с ремешками вокруг шеи, не вылизываютметаллические плошки и не забавляются с пищалками, смело делаю вывод: Макс –это пес.

– Лабрадор, – добавил Юра.

Я не упустила возможности поспорить.

– Немецкая овчарка.

– Ротвейлер, – изменил свое мнение Юрасик.

– Нет, – уперлась я, – алабай.

– Риджбек! – воскликнул Шумаков.

– Аргентинский дог, – не осталась я в долгу.

– Эй, вы не о том, – перебила Зоя, – на вашемместе я задала бы другой вопрос.

– И какой же? – заинтересовалась я.

Зоя обвела рукой скопище картонных коробок.

– Если здесь чужие вещи, то где ваше шмотье?

– Разумно, – согласилась я и повернулась к Юре,тот схватил телефон и заорал:

– Контора по переезду? Вас беспокоит Шумаков.Вы… о… а… и… у…

Закончив петь гласные, Юрасик торжественносказал:

– Уно моменто!

Я, словно загипнотизированная, наблюдала, какон опять терзает трубку.

– Здрасте. Можно Шунакова? Я Шумаков! О… а… и…у… э… аха… ну-ну… отлично… Шикарно… Через сколько? О… а… у… э…

– Утрамбовывай барахло назад, – приказал Юра,запихивая сотовый в пиджак.

– Йес, босс! – ответила я. – Не сочти за труд,расскажи своим вассалам, что случилось?

Юра со вкусом чихнул, Фердинанд, мирнодремавший на куче тряпья, подскочил над импровизированной кроватью и предпочелудрать из комнаты.

– В день нашего переезда у фирмы былонесколько заказов, – запыхтел Юра, толкая коробки в коридор. – Я Шумаков,фамилию вписали в бланк, а сверху положили квитанцию от Шунакова.