Доллары царя Гороха - Дарья Донцова

– Анекдот в тему, – ожил Кеша. – Встречаются двелюдоедки, одна другой жалуется: «Дети совсем избаловались. Сколько ни твержуим: «Менты тоже люди», никакого внимания не обращают». – «Да не переживайты так, – отвечает вторая каннибалка, – мои точь-в-точь такие же.Каждый день твержу: «Менты – люди очень хорошие», все равно ни в какую их естьне хотят».

Машка прыснула, Дегтярев позеленел, я попыталась нерасхохотаться, а тупая Ирка поинтересовалась:

– И при чем тут дурацкий анекдот?

– А при том, – меланхолично ответил Кеша, – что,если сунуть в воду, где сидит Александр Михайлович, включенный кипятильник, томы получим замечательно сваренного полковника, впору людоедов на ужин звать.

– Сделайте что-нибудь! – взвыл приятель.

Мы начали генерировать идеи. Положить бочку на бок иприкатить ее вместе с содержимым в дом, вскрыть крышку консервным ножом,поставить агрегат на отжим до тех пор, пока железная емкость не откроется,поднять «собакомойку» на высоту метров трех и бросить вниз, авось крышкаотскочит…

Каждое предложение вызывало бурю негодования у полковника.Словно заезженная пластинка, он повторял одну и ту же фразу:

– С ума сошли! Все! Я живу с умалишенными.

На мой взгляд, особь, решившая освежиться в автоматическоймойке для собак, не имеет права упрекать других в отсутствии разума, но ярешила не доносить это верное наблюдение до приятеля, потому что Дегтяревсейчас неадекватно воспринимает окружающих. Кричит и злится на тех, ктоискренне желает ему помочь.

– Надо вызвать МЧС, – завопила Машка, – у нихалмазные резаки есть!

– С ума сошла! Никогда!

– Почему?

– Я не собираюсь выглядеть идиотом, – завопилДегтярев, – только попробуй!

Но мне идея показалась здравой. Действительно, следуетпозвать специалистов, у них явно есть такая штука, похожая на пилу с мотором.Подобными режут металл машины на месте аварии.

Воспользовавшись тем, что Александр Михайлович отвернулся, яюркнула на тропинку и побежала домой.

Чтобы к моему вызову отнеслись со всей серьезностью, ясказала диспетчеру:

– Это вас беспокоит член семьи полковника милиции, человекасерьезного, занимающего высокую должность.

– Слушаю, Волошина, – отстраненно-любезно ответиладиспетчер.

– Он попал в сложное положение.

– Пишите телефон, – велела она.

Я слегка удивилась, но потом, решив, что сановных клиентовобслуживает VIP-отдел, схватила ручку и поинтересовалась:

– А чей он?

– Похмельщика, с ним и договаривайтесь.

– Что вы, Дегтярев не пьет!

– Тогда в чем дело?

– Он не может вылезти из собакомойки. Крышку заклинило.

– Откуда? – растерялась диспетчер.

– Ну… такая бочка с мотором, закрывается плотно. Мы в нейротвейлера мыли.

– А зачем ваш полковник туда полез? – с искреннимлюбопытством спросила Волошина. – За ротвейлером?

– Нет, конечно, вдвоем им там не поместиться. Дегтяреввымыться хотел!

– В бочке?

– Да.

– С мотором?

– Верно.

– Где полощете пса?

– Ага.

– Вы меня за дуру принимаете?

– Точно! То есть нет, конечно! Бога ради простите, –зачастила я, – но его надо вынуть, мы заплатим за визит!

– Подождите, – сказала Волошина.

Воцарилась тишина, потом я услышала, как диспетчерразговаривает по другому телефону.

– Иван Степанович, поступил вызов явно от психическиненормальной женщины. У нее в бочке с мотором сидит полковник милиции… сейчас…

– Как фамилия? – прозвучало в моем ухе.

– Васильева, Даша.

– Не ваша, а милиционера.

– Дегтярев Александр Михайлович.

– Она Дарья Васильева, а он… – снова завела разговор сдругим собеседником Волошина, – а… ага… ясно.

Неожиданно дело закончилось быстро. Взяв у меня адрес,Волошина велела:

– Ждите, уже едут.

Знаете, что меня потрясло больше всего? Спасатели прибылибуквально через десять минут. Еще столько же времени им понадобилось на то,чтобы вскрыть бочку. Серьезные парни просто срезали замки на крышке ивытряхнули голого Дегтярева наружу.

Отчаянно чихающего Александра Михайловича отвели в дом. Мырасползлись по комнатам. Чувствуя неодолимую усталость, я села на кровать изавизжала.

Естественно, спальня мигом заполнилась народом.

– Что еще? – безнадежно спросил Кеша. – Ты сломаласофу?

Я ткнула пальцем в нагло улыбающегося мопса.

– Вот!

– Это Хуч, – сердито сообщила Зайка, – смеюнапомнить, он давно живет в нашем доме, вполне благовоспитанный мопс, ни в чемпреступном не замечен, ну, может спереть в столовой печенье. С какой стати тыпугаешь Хучика?

– Он опять принес мышь! Вон там, на подушке!

Ирка закатила глаза.

– Рехнуться можно! Давайте сюда, я вышвырну ее в туалет!

– Только проверь сначала, вдруг она в обмороке, –попросила я, – нельзя топить живое существо!

Ирка прищурилась.

– Обязательно, всенепременно! Сделаю ей искусственноедыхание и вызову реанимацию. Ложитесь спать, Дарья Ивановна, всем спокойнейбудет. И так уж сегодня начудили! Вон бедный полковник еле жив остался.

Меня охватило возмущение:

– Он сам залез в бочку!

– Конечно, – подал голос закутанный в халатДегтярев, – а кто меня соблазнил? В чью голову пришла мысль о купанииСнапуна?

После этого заявления мне осталось лишь потушить свет и,спихнув на пол нестерпимо пахнущего мышатиной Хуча, попытаться заснуть.