Джинн из консервной банки - Людмила Милевская

Георгий покачал головой:

– Нет, нет.

– Что нет? – удивилась Ольга. – Я же еще ничего тебе не сказала.

– Не трудно догадаться о чем сейчас пойдет речь. Заранее говорю: Нет.

Она в отчаянии всплеснула руками:

– Но почему?

– Потому, что я люблю тебя и не хочу подвергать опасности.

Ольга не любила, когда ей противоречат. Она стукнула по столу кулаком и рявкнула:

– Чушь!

Георгий вздрогнул, но упрямо повторил:

– Нет!

– При чем здесь опасность? – уже мягче спросила она. – Я ничего не боюсь. Опасность пока грозит тебе, а ты разыгрываешь из себя Дон Кихота. Кстати, ты же сам просил меня о помощи, – вспомнила она. – Да-да, ты же что-то лепетал о спасении, говорил про свою жизнь, которая якобы в моих руках. Так что же с тех пор изменилось?

– Многое, – ответил Георгий.

Она отмахнулась:

– Не понимаю. И понимать не хочу. Ты глупости говоришь, а я про дело.

Георгий рассердился:

– Я тоже про дело. После этой ночи ты осталась у меня одна… К тому же убит отец, а пистолет один. Нет, ничего умного здесь не придумаешь. Менты быстро разоблачат нас и тогда неприятности будут уже и у тебя. Нет. Даже и не проси. Я скажу им как все было и баста. Много мне не дадут.

– Не слишком-то обольщайся. Это смотря как дело повернуть.

– Наймешь хорошего адвоката. В конце концов не я пришел в дом к этому Игорю. А то, что отец убит, доказывает, что стрелял я не напрасно. Лучше отсижу пару-тройку лет и спокойненько вернусь.

Ольга ужаснулась:

– Что ты болтаешь?! Какую пару-тройку лет?! А репутация? А я? Я и на один день не хочу с тобой расставаться!

Георгий удивленно на нее посмотрел и спросил:

– Это правда? Ты не обманываешь?

Ольга сокрушенно покачала головой, нежно погладила его по щеке и ответила:

– Конечно, милый. Эта ночь не прошла бесследно и для меня.

– Тогда я раб твой, – воскликнул Георгий. – Что хочешь сделаю!

Она уселась на стол, пристально посмотрела на него и невесело усмехнулась:

– В тебе погибает великий актер. Какая сцена по тебе плачет.

– Пока по мне плачет тюрьма, – нервно взъерошив густой чуб, простонал Георгий.

– Кстати, о тюрьме, – спохватилась Ольга. – Куда ты дел пистолет?

Георгий открыл ящик стола.

– Вот он.

Ольга схватила пистолет и внимательно его осмотрела.

– Протрем тряпочкой, чтобы не осталось отпечатков твоих пальцев, – деловито сказала она. – Думаю, все будет тип-топ.

– Ох, сомневаюсь, один пистолет. Если бы у нас был хотя бы второй…

– Ты что, совсем не читаешь детективов? – удивилась Ольга. – Это же учебники для преступников. Думаю, по ним выучился не один матерый рецидивист. Зачем что-то изобретать самому, когда неленивые люди уже давно все придумали и увлекательно описали.

Она спрыгнула со стола и прошлась по комнате. Георгий проследил за ней взглядом и спросил:

– Что ты задумала?

– Как нам поможет второй пистолет, если менты найдут в теле Павла те же пули, что и в теле Игоря? – с улыбкой превосходства поинтересовалась она.

– Никак, – нехотя признался Георгий и добавил: – А ты умная женщина.

– Да уж, не дура.

– Но вряд ли удастся убедить ментов, что мой престарелый отец сумел отобрать пистолет у такого верзилы, как твой Игорь. Да еще успел в него выстрелить. Даже мне это было нелегко.

Ольга пренебрежительно махнула рукой:

– Фи! А зачем нам их в этом убеждать? Менты люди бывалые, опытные, им и карты в руки. До всего докопаются сами.

Георгий потряс головой:

– Не понимаю. Говори уже, что задумала? Не интригуй.

– Значит так, – вдохновенно начала она, – рассказываю как все было. Я спокойно спала здесь, в доме, в своей постели, а ты в своей постели, но у себя в квартире. Ясно?

Он нервно облизал губы и кивнул:

– Ясно.

– Утром ты приехал и, не зная, что Павел Александрович якобы уже улетел в Париж, ломишься в дом. Ясно?

– Ясно.

– Запоминай легенду. Я спокойненько открываю тебе дверь, и мы садимся пить кофе. Потом ты идешь в кабинет к компьютеру и застаешь картину, которую мы видим сейчас.

Георгий кивнул и добавил:

– Зову тебя…

– Да, – обрадовалась Ольга, – я поднимаю крик, тут выясняется, что сотовый пропал, а сетевой телефон не работает.

Георгий поерзал в кресле.

– Слушай, пока получается неплохо, – почти с азартом воскликнул он. – Это объясняет и то, почему я не знал, об отъезде отца. Просто не мог до вас дозвониться.

– Именно, – согласилась Ольга. – А дальше и вовсе правдоподобно. Менты приезжают, я в ужасе, ты тоже. Слава богу здесь нам ничего придумывать не надо.

– Но как с пистолетом?

– Слушай дальше. Меня спрашивают знаю ли я Игоря. Конечно же нет. Впервые вижу.

Георгий щелкнул пальцами:

– Стоп. Так нельзя. Вас могли видеть. Если тебя поймают на лжи…

– И что будет? Какая нормальная замужняя женщина по доброй воле признается что у нее был любовник? Я же не мазохистка.

– Ольга, лучше не рисковать…

– Хорошо, скажу что он подкатывался, а я не проявила интереса. Так, кафейное знакомство и ничего более. Они сами уже должны прикинуть с какими целями Игорь меня клеил.

– Этот вариант лучше, – одобрил Георгий. – Но с пистолетом как же?

– Очень просто. Менты конечно спросят меня было ли в доме оружие. Я отвечу что буквально на днях Павел Александрович приобрел пистолет. Они покажут и спросят: «Этот?» Я скажу, что похоже. Теперь ясно?

Георгий прижал ее к себе и крикнул:

– Ольга, ты гений! Значит отец выстрелил в вора, ранил его, но тот оказался проворней, завладел оружием и убил хозяина дома, но сам уже уйти не смог. От потери крови умер в кабинете.

– Точно.

– А как же объяснить присутствие в доме отца? Он же собирался лететь в Париж. К тому же ментам будет странно, что убили двух человек, прозвучало четыре выстрела, а ты не услышала ни одного.

Ольга сплела на груди руки и победоносно уставилась на Георгия.

– Во-первых, – сказала он, – ничего странного здесь нет. Я страдаю бессонницей, на этот раз приняла сразу несколько таблеток снотворного. Если бы ты не разбудил меня, то возможно спала бы и до сей поры. Кстати, это истинная правда. Во-вторых, здесь я ничего придумывать не буду, а лишь передам нашу беседу с Пашей, которую ты подслушал. Он собирался беззвучно покинуть дом, заботился о жене, я спокойно проснулась и, ни о чем не подозревая, пила с тобой кофе, думая, что мой супруг уже в Париже. Между прочим я и в самом деле не слышала выстрелов, разумеется кроме того, который прозвучал перед самым моим носом. Так что все вполне правдоподобно.