Сыщица по амурным делам - Мария Жукова-Гладкова

Алла Сергеевна чуть не нарушила процедуру, попытавшись броситься на тело, когда появился батюшка. Лев Иванович ее вовремя удержал, прошептав, что она будет это делать перед тем, как тело опустят в могилу. Алла Сергеевна временно успокоилась. На протяжении всей процедуры прощания по ее лицу текли настоящие слезы, и если в первый момент, когда она пыталась броситься на покойника, я думала, что она играет, то теперь считала, что ее порыв был искренним. Славе во время панихиды стало плохо, и Багловский даже вывел его на улицу.

После отпевания процессия тронулась к месту захоронения. Когда мы во второй раз вылезли из автобуса (на этот раз мы сидели в автобусе рядом с Веркой), я вначале глаза закрыла, потом открыла.

– Где мы? – спросила я Верку.

– Сама не врубаюсь, – ответила подружка. – Это же вроде бы лютеранское кладбище? Тогда какого лешего Стаса в православной церкви отпевали?

Тут к нам вновь присоединился Афганец, судя по его внешнему виду, нисколько не удивлявшийся тому, что мы находимся в окружении надгробий восемнадцатого века с надписями на немецком языке, и пояснил нам, далеким от ряда тенденций капризной моды, что сейчас считается престижным захоронение на старых кладбищах, среди старых склепов, памятников и прочего. Друзья считают своим долгом купить погибшим товарищам места рядом с первыми жителями Санкт-Петербурга. В Александро-Невскую лавру, конечно, попасть трудно, а, например, для того, чтобы лежать на лютеранском кладбище (независимо от вероисповедания), требуются только бабки. У покойного Тарасова, как я понимаю, они имелись в достаточном количестве.

Тарасова положили между двух старых немецких могил. Надеюсь, что Алла Сергеевна не поскупится на памятник – по крайней мере не уступающий в роскоши тем, что были установлены справа и слева.

На кладбище произошла еще одна странная вещь: Алла Сергеевна упала в обморок. Честно признаюсь: после того, как я имела с ней дело, не ожидала, что она потеряет сознание. Я стояла недалеко от нее, подскочила сразу же и поняла, что она не симулирует: все-таки мое медицинское образование и опыт работы медсестрой в юности позволяли мне судить об этом. Кто бы мог подумать…

Во время поминок мадам Тарасова была хмурой, Слава вообще удалился в свою комнату в сопровождении в очередной раз вызванного семейного врача, так что мероприятие свернули довольно быстро и традиционного русского перехода к песнопениям не произошло. По крайней мере, радовало, что никто не забыл, для чего мы все собрались.

– Ты сейчас куда? – спросила меня Верка, когда мы вдвоем покинули квартиру Тарасовых. – Давай хоть общнемся. А то сколько мы с тобой не виделись? Поболтать охота.

– У меня сегодня еще одно добровольно-принудительное мероприятие, – вздохнула я.

Верка взглянула на меня вопросительно. Я пояснила, что должна появиться по месту жительства Афганца для задушевной беседы. Подружка скривилась, задумалась и заявила, что давно имела виды на Вовчика, совмещающего в своей деятельности функции домашнего телохранителя, повара и чего-то типа администратора в апартаментах Алексея Петровича.

– Я себя ему предложу, пока вы с Лешкой о делах будете говорить, – заявила Верка, махая рукой на проезжей части.

Перед нами тут же тормознула «шестерка». Верка первой залезла внутрь и назвала адрес Афганца. Я забралась в салон следом за ней, не уверенная, что Лешка оценит нашу самодеятельность. Но разве Верку разубедишь, если она что-то вбила себе в башку? С другой стороны, Афганец с Веркой тоже не первый день знакомы, да и Вовчик, судя по всему, женой не обременен, поэтому должен радоваться, что гости хозяина привозят ему девушек с доставкой на дом. Еще спасибо должен мне сказать! Вот только интересно, сколько Верка с него сдерет? Но это не мои проблемы.

– Я, кстати, Андрюхе звонила по твоему заданию, – прощебетала Верка у меня над ухом.

– Оружейнику?

– У нас с тобой много общих знакомых Андреев?

Верка заявила, что Андрей минами, бомбами и взрывными устройствами не занимается после того, как его отец взорвался, проверяя одно свое творение. Услышав нашу милую беседу, водитель «шестерки» на нас оглянулся и как-то странно посмотрел. Верка ему профессионально улыбнулась и поинтересовалась – чему так удивился котик? Котик кашлянул и отвернулся.

– Так Андрей еще кого-нибудь знает, кто их делает? – спросила я у Верки.

Подружка покачала головой, заявив, что у подобных специалистов узкий круг постоянной клиентуры и они не подают объявлений в газеты. А то я не знаю…

– Но хоть что-нибудь он тебе толковое сказал?!

Верка кивнула. Хотя сам Андрей таких взрывных устройств никогда не изготавливал, он о них, конечно, слышал. Мастер-оружейник считал, что оно относится к разряду тех, что предназначены для порчи механизмов, например, выведения из строя автомобиля, но не взрыва; нанесения устранимого вреда какому-нибудь станку, машине, производственной линии.

– Ну, сама понимаешь, что если такая штуковина взорвалась на боку у Тарасова, да еще недалеко от сердца… Конечно, это смертельно. Андрей сказал, что если бы его строго под задницу положили, то Тарасов мог бы остаться жив. А так…

Верка пожала плечами. Водитель снова на нас обернулся.

– То есть его в любом случае хотели убить? – посмотрела я на Верку, не обращая внимания на водителя.

– Андрей считает, что да. И подумай сама, Ланка, это ведь наиболее безопасный способ для исполнителя. Стрелять, гранату кидать… Ну что я тебе объясняю? – Верка усмехнулась. – А тут прикрепил взрывное устройство в любое удобное для тебя время, а потом, когда возникнет необходимость, жми на пульт. Или не жми, если раздумал.

Упоминание о пульте навело меня на следующую мысль. Ведь этот самый пульт дистанционного управления должен был находиться где-то поблизости – как и тот, кто на него нажимал. Значит, убийца был на той же улице, где погиб Стас?

А за ним по пятам ехала Алла Сергеевна на стареньких «Жигулях»… В этом она сама мне признавалась…

– Андрей сказал, что человек с пультом должен был стоять где-то на тротуаре и нажал на него, когда машина проезжала мимо.

– А из машины могли?

– Да, из открытого окна.

Алла Сергеевна ехала сзади… Но это она сама мне говорила. Хотя… Наверное, все-таки кто-то другой. Тот, кто знал маршрут передвижения Тарасова. А ведь ехал он на встречу с водочным королем…

«Шестерка» притормозила у дома Афганца, Верка протянула водителю деньги, он снова посмотрел на нас как-то странно, Верка ему опять улыбнулась и сказала, чтобы не беспокоился: водителей «шестерок», как правило, не взрывают.

– Женщины, а вы случайно не киллеры? – с опаской спросил нас парень. – Раньше-то все как-то мужики были…

– Нет, парень, мы не киллеры, – ответила Верка. – У нас другие специальности, прости господи. Но женщины-киллерши встречаются, так что, парень, будь осторожен в связях!