Чертова дюжина грехов - Светлана Алешина

– Да, – пискнула я.

– Да, – подтвердил и Гурьев.

– А почему вы «Скорую» не вызвали? – еще больше удивилась грымза.

– Анастасия Дмитриевна, душка, вы ж поймите, – начал объяснения Гурьев, – пока «Скорую» вызовешь, пока она приедет, может, еще и лекарств у них не найдется, так это сколько времени пройдет. А тут, – он метнул на меня беспокойный взгляд, – дорога каждая минута. А у меня машина своя, тут, рядышком, я бы мигом…

– Так что же вы тянете?! – на этот раз удивление грымзы, видимо, переполнило все границы, потому что даже небольшие ее глазки вылезли из орбит. – Ждете, когда она умрет?!

– Дак я ж вам объясняю ситуацию, – виновато произнес Гурьев. – Чтобы вы ничего такого про нас не подумали, будто мы от работы отлыниваем.

– А вы не отлыниваете? – прищурила она один глаз, но тут я снова вовремя охнула, а потом ахнула и даже слегка застонала. – Живо! – скомандовала Анастасия Дмитриевна, прикинув, что если я умру здесь, то неприятностей потом не оберешься. – Живо в больницу! Везите ее отсюда и поскорей!

– Так вы разрешаете? – в сомнении спросил Валерка.

– Немедленно! – взвизгнула Анастасия Дмитриевна. – Не-мед-лен-но!

– Слушаюсь, Анастасия Дмитриевна, душка! – воскликнул Гурьев и поволок меня к выходу.

Вахтер выпустил нас без проблем, он все слышал, поэтому и не стал задерживать больше, а мы выскочили на улицу, добежали до Валеркиной машины, припаркованной рядышком, и, только когда сели в нее, позволили себе расхохотаться.

– Ну ты и даешь, Валера! – отсмеявшись и утерев слезы, сказала я.

– Да нет, это ты даешь! – воскликнул Валерка. – Как ты исполнила импровизацию – и постонала, и поохала, и поахала, да и вообще.

Мы снова расхохотались, вспомнив лицо Анастасии Дмитриевны.

– Слушай, ты никогда, – опять заговорил Гурьев, – не мечтала о карьере актрисы? Мне кажется, у тебя могло бы получиться! Какой талант пропадает!

– Как все девочки, мечтала. Но девочкам, – язвительно добавила я, – простительно, а вот что скажешь ты в свое оправдание?! – я грозно сдвинула брови.

– А что такого я сделал? Я всего лишь устроил побег без всяких дурацких объяснительных. Только и всего.

– Ну, конечно, – ехидно улыбнулась я, – давай-ка посчитаем, сколько добрых дел ты сделал, – я принялась загибать пальцы на правой руке. – Первое – обманул секретаршу. Второе – выставил меня калекой, теперь все будут говорить о моем приступе колик, а я, между прочим, даже не знаю как следует, что это такое. Третье – понаставил мне синяков, кстати, тебе придется объяснить моему мужу их появление. Четвертое – срулил раньше положенного с работы. Для ровного счета не хватает пятого… – я задумчиво помолчала, Валерка наблюдал. – Ну, хорошо, пусть будет и пятое – втравил и меня в свою авантюру.

– Согласен, виноват, исправлюсь, – выдал Гурьев стандартную фразу. – Но все-таки хорошо мы повеселились? Ну, признайся, Ирина, правда, было забавно смотреть на грымзу? Ну, только честно! – Я не сдавалась и не собиралась улыбаться, глядя прямо перед собой. – А между прочим, – лукаво добавил Валерка, – ты сама меня поддержала и даже с охотой подыграла мне, наверное, в роль вжилась?

– Ничего я не вжилась! – я повернулась к Валерке, и мы снова расхохотались, потому что злиться на него было решительно невозможно, и потом, грымза действительно выглядела так уморительно, что стоило вспомнить ее, как меня снова разбирал смех.

В итоге мы нахохотались до колик и просидели в машине минут двадцать, если не больше.

– Валера, – сказала я, отдышавшись, – если мы сейчас же не поедем, то я боюсь, у меня и правда случатся колики на смеховой почве.

– Согласен, – выдохнул Валерка. – Тем более что мы рискуем снова попасться на глаза грымзе и поучаствовать во второй серии кино, а этого твои колики точно не вынесут.

– Это верно, – я снова прыснула. – Все, заводи, сейчас уже наши выходить начнут, – я постаралась взять себя в руки и глубоко вздохнула.

Главное, подумала я, не смотреть сейчас друг на друга, иначе мы можем еще долго не остановиться. Видимо, Валерка подумал о том же, потому что, отдышавшись, он завел мотор и, не глядя в мою сторону, тронул машину с места.

Где-то через полкилометра мы окончательно успокоились и смогли смотреть друг другу в глаза без риска разразиться очередным приступом смеха. Что ж, случается.