Женщины порочного князя - Мария Жукова-Гладкова

Алла рассмеялась. После разговора с теткой ее настроение здорово улучшилось, как и обычно. Они распрощались, и Алла обещала позвонить завтра вечером, после церемонии прощания с Великим князем.

Телохранители опять резались в карты.

Минут через десять появился раскрасневшийся Сашка.

– Мам, ужин через полчаса! Мне Соня сказала, что туда нельзя в шортах идти. Чего мне надеть?

– Пойдем, я помогу тебе выбрать.

Телохранители тут же поднялись.

– Я иду в соседнюю дверь! – сорвалась Алла. – Помогать одеваться сыну. Вам там абсолютно нечего делать.

– Тем более мои вон в коридоре стоят, – добавил Сашка.

Аллины бугаи остались в ее покоях, а они с Сашкой отправились к нему и закрылись там от его телохранителей в спальне. Сашкины вещи прислуга уже разложила по полочкам или развесила на плечиках. Малое количество взятых Аллой для сына вещей смотрелось убого в огромном шкафу, где поместилось бы сто нарядов какой-нибудь особы позапрошлого века, которая носила длинные платья, часть из них – со шлейфами.

– Саш, ты хочешь тут жить? – спросила Алла, выбирая подходящую одежду. Она уже в России предполагала, что им придется присутствовать на торжественных обедах, но дело было в том, что у Сашки для таких мероприятий одежды не было. У нее самой имелись вечерние платья, а вот у сына – только зимние костюмы. Летом ему в костюме ходить никуда не требовалось, купить ему что-то она просто не успела. Литвинов на ее замечание отмахнулся и сказал, что наследный принц может одеваться как хочет. Алла не удивится, если сам Литвинов на ужин явится в майке и шортах. По крайней мере телохранители были одеты именно так.

– Жить? – пораженно переспросил Сашка. – Нет, мама, жить тут я не хочу. Здесь скукотища. Или взрослые, или маленькие дети. Даже компьютера нормального нет! Как они без него обходятся?

– Так ты согласен после похорон уехать домой? – радостно спросила Алла.

– А позагорать и покупаться? Бассейн тут классный. С вышкой! Ты еще не видела? Завтра вместе сходим. И в море я еще не залезал. Мне София сказала, что у Родиона Хитрюковича в усадьбе несколько бассейнов с водопадами, горками, в общем – супер. Мама, давай в гости к этому олигарху напросимся? Ну мы же тут вроде как… царственные особы! – выдал Сашка. – Я потом в сочинении осенью напишу, как у олигарха в бассейне купался и с вышки княжеской прыгал.

– Посмотрим, – вздохнула Алла, но порадовалась, что сын не намерен бороться за трон. Хотя зачем тринадцатилетнему парню этот и вообще любой престол? – Кстати, а с Тарасом ты еще не познакомился?

– Да к нему не подойти! И все вокруг него – придурки. С нашими телохранителями хоть поговорить можно. Вообще они нормальные, мам. Ты зря на них бочку катишь. И купались мы вместе, и в кухне бутерброды стибрили.

– Какие слова, Саша! И… вы что, в самом деле стащили в кухне бутерброды?

– Мам, но мы есть хотели! И вообще, я же тут князь! Значит, это мои бутерброды.

– Что вы сделали?

– Нашли кухню, стали изъясняться с этими… Они ни бум-бум ни по-русски, ни по-английски. И французский у них какой-то странный. Они меня не понимали, а я их. Или они притворялись. Ну, мы огляделись. Там тарелка с бутербродами. Я на нее пальцем показал. Один в колпаке попытался ее телом закрыть. Тогда Вася – это телохранитель – его подвинул одной левой и забрал тарелку. Виктор в холодильник заглянул, у них холодильник сразу и не узнаешь – коричневый четырехстворчатый, как шкаф смотрится. Он долго там рыскал, пока мы с Васей бутерброды трескали. А эти все на кухне визжали, Виктор с Васей от них отмахивались, как от мух. Потом Виктор нашел ветчину.

– Какую ветчину?

– Ну… окорок. Откромсал нам часть, потом мы хлеб стали искать. Не нашли. Нашли только галеты. Поели. Тут еще наши пришли. Мы им объяснили, что где брать. Потом мы ушли, а они остались. А местные все верещали и верещали, только наших прекратили за руки хватать.

Алла не знала, плакать ей или смеяться.

– Ты аппетит-то не перебил? – спросила у сына.

– Нет. Что ты! Я опять есть хочу.

Сын у нее ел хорошо, только любил кусочничать.

– Ты помнишь, как нужно брать приборы? – на всякий случай спросила Алла. – От крайнего к тарелке. Там ведь может лежать и три, и пять, и семь, в зависимости от количества блюд.

– Думаешь, столько подадут? – с сомнением спросил сын.

В дверь постучали. Не дожидаясь ответа, ее распахнули, и появился Литвинов в летних бежевых брюках и белой рубашке с галстуком.

– Так, вы еще не готовы?

– Мама выбирает, что мне надеть, – пояснил Сашка.

– Так, Алла, дуй к себе одеваться. А я помогу твоему сыну. Я выберу гораздо быстрее.

Алла подумала, что спорить себе дороже, и отправилась в отведенные ей апартаменты. Она уже заранее решила, что наденет.

Они с Литвиновым и Сашкой (как дружная семья) спустились вниз с небольшим опозданием. За ними следовала толпа телохранителей. Княгиня-мать, София и дядя Проспер уже сидели за столом. Луиза отсутствовала. Алла подумала, что она уже наверное, напилась.

К Литвинову подскочил слуга и стал быстро говорить на французском, объясняя, что телохранителей следует отправить в соседний зал, где для них накрыт стол.

Алла быстро перевела.

– Э, нет, – покачал головой Литвинов. – Я читал рыцарские романы вот в его возрасте, – и кивнул на Сашку. – И знаю, как сидели на пирах. Господа и их гости – за столом у самого большого очага. Члены боевых отрядов – с другой стороны зала, у другого очага. Был специальный стол для слуг благородного происхождения. Ты знаешь, как, например, резали кабанью тушу, убитую господами на охоте? Кому какую часть давали?

Слуга от подобной информации (и информированности Литвинова) явно опешил и не нашелся, что сказать. Нашлась княгиня-мать.

– Мы сегодня собрались не в большом зале, как в Средние века, а в малой белой столовой. На семейный ужин. На таких ужинах никогда не присутствовали члены боевых отрядов. Им всегда накрывали в большом зале в отведенной им части. Каждому боевому отряду – отдельный длинный стол, чтобы по возможности избежать столкновений членов боевых отрядов враждующих господ.

– Другая сторона прибыла с малым боевым отрядом, – заметил Сашка.

– Им отведена отдельная столовая для трапезы, – сообщила княгиня-мать. – А вы садитесь.

И она кивнула слуге. Он очень вежливо повел Аллу и Сашку на отведенные им места. Литвинов последовал за ними. Телохранители изваяниями застыли у всех дверей – а их было две.

– Они так и останутся здесь? – спросила княгиня-мать.

– Да, – твердо ответил Литвинов.

– Тогда они пропустят ужин.

– Ничего, они в состоянии решить вопрос с питанием, – невозмутимо возразил Литвинов. Он явно знал про набег на кухню.