Яблоко Монте-Кристо - Дарья Донцова

– Не довелось.

– Красавец! Все при нем! И рост, и внешность,и ум. Завидный жених, – зачастила Соня, – девчонки по нему сохли.Только Зоя против них была.

– Она не хотела видеть сына женатым?

– Ага, верно, ревновала его дико.

– Почему же с Лялей смирилась?

Соня скривилась:

– Говорю же, повезло! У Ляльки внешность таксебе, серая мышь. Только у нее на руке, вот тут, на плече, пять родинок есть,очень приметные, расположены они в виде звезды. Понимаете?

– Простите, нет.

Соня всплеснула руками.

– У Веры имелась точь-в-точь такая отметина.Когда Ляля впервые к Зое в гости пришла, стояло лето…

Я внимательно слушал Соню, да уж, Ляле насамом деле повезло. Будущая свекровь, увидев родинки, воскликнула:

– Господи!

– Меня зовут Ляля, – испуганнопредставилась девушка.

– Ты москвичка?

– Нет, сейчас живу в общежитии.

– Надо же, как ты похожа на мою покойнуюдочь, – в растерянности вымолвила Зоя, – цвет волос, глаз и… родинки.Если бы Вера дожила до твоих лет…

Не договорив фразу, Зоя обняла Лялю изаплакала, а девушка, прижавшись к будущей свекрови, воскликнула:

– Я всегда мечтала иметь маму!

– У тебя ее нет? – встрепенулась Зоя.

– Нет, – призналась Ляля, – ясирота. Меня с ранних лет воспитывала тетка.

– Если б не эти родинки, Зоя Лялю бы неприняла, – закончила Соня, – а так буквально поженила пару, Игорь-тосначала не очень в ЗАГС хотел, тормозил, говорил матери: «Зачем расписываться?И так сойдет!»

Но потом под давлением Зои сыграли свадьбу изажили счастливо. Стоит ли говорить, что невестка обожала свекровь, последняялюбила первую, и обе они считали Игоря светом в окошке. Вяземский, кстати,окончательно забыл про болезнь, страшная онкология отступила, к Зое наконец-топришли радостные дни.

– Они жили счастливо, – всхлипывалаСоня, – и вот что вышло! Зоя умерла, а Лялька почти ума лишилась! Ей совчерашнего дня сильные транквилизаторы колют. Только какой смысл? Она, правда,плакать перестала, просто спит. Все хлопоты на меня упали. Хорошо хоть, у нихдома деньги нашлись. Ой, вообще чума! Нормальный гроб дорого стоит, но ведь нехочется же Зою в ящик, обитый ситцем, класть. А сколько всего надо! Покрывало,тапочки, автобус-катафалк, кремация, отпевание, и везде кошелек расстегивать!Сэкономить негде! Без цветов никак!

– Думаю, вам помогут родственники, –подсказал я, – или коллеги по работе Зои и Ляли.

– О господи! – горько вздохнулаСоня. – Зоя давно дома сидела, ее НИИ развалился, всех, кого можно, раньшевремени на пенсию выперли. Лялька в агентстве работает, театральном. После тогокак Игорь умер, у нее с деньгами не особо стало. Ну как вам объяснить! Шуба уЛяльки сейчас не из норки, а из нутрии, ясно?

Я кивнул и решил продолжить беседу:

– Насколько я понял, Андрей, отец Игоря, ушелиз семьи?

– Ага, – подтвердила Соня, – мужчинысволочи, если дома имеется больной ребенок, мигом на сторону бегут. У Зои смужем разлад начался после того, как у Игорька рак обнаружили. Не захотел отецо сыне беспокоиться, слинял вскорости после рождения Веры.

– И Зоя с ним отношений не поддерживала?

Соня пожала плечами:

– Вот тут ничего не скажу, она о бывшемсупруге никогда не упоминала!

– Но, наверное, следует все же ему сообщить осмерти первой жены?

– Зачем?

– Ну… так положено.

– Они давно разбежались, со скандалом.

– Смерть заставляет забыть оразногласиях, – покачал я головой.

– Ага, – презрительно фыркнулаСоня, – только не Андрея. Когда умер Игорь, Зоя и Ляля чуть с ума несошли! Вместо того чтобы похоронами заниматься, сели на диван, обнялись и давайрыдать. Пришлось мне всем рулить.

Я откинулся на спинку кресла, а Работкинавновь затарахтела без умолку.

Увидав, что от ближайших родственниц покойноготолка нет, Сонечка решительно взялась за вожжи, первым делом она вызвалаагента, тот быстренько пощелкал калькулятором и объявил цену похорон. Работкинапошла в спальню, где, прижавшись друг к другу, сидели мать и жена Игоря,показала им калькуляцию и попыталась вернуть женщин к мрачной действительности.

– Где деньги взять?

– В секретере, – прошелестела Зоя, –вот ключ.

– В коробке лежат, – безучастно добавилаЛяля, – в синей.

Соня двинулась было в указанном направлении,но тут мать покойного тряхнула головой и воскликнула:

– Дай посмотреть на квитанцию.

– Пожалуйста, – обрадовалась Работкина,меньше всего желавшая заниматься погребальными процедурами.

Зоя вцепилась в бумагу и застонала:

– О-о-о! Нет!

– Дорого?! – насторожилась Соня. – Явыбирала, что подешевле, только, увы, если…

Но родственница не дала ей закончить фразу.Зоя вскочила на ноги и ринулась к двери.

– Как ты могла, – заголосила она, –решила сунуть Игорька, словно собаку, в дешевый ящик!

Ляля бросилась за свекровью, Соня поспешила заженщинами, а те налетели на агента с криком:

– Нам нужно самое лучшее!

Напрасно Соня пыталась привести разумныедоводы типа «покойному все равно» и «зачем же деньги профукивать».

Ляля и Зоя словно с ума сошли, обе в одинголос твердили:

– Игорьку самое шикарное.

Кстати говоря, невестка со свекровью частенькораздражали Соню своей манерой говорить хором, а еще Зоя могла начать фразу, аЛяля ее закончить. Только не подумайте, что речь идет о банальных выражениях,ну, типа, мать произносила: «На улице сегодня хорошая… – а Лялечкадоговаривала: – …погода».

Нет, дело обстояло по-иному. Порой Зоязадумчиво тянула:

– Удивительно, почему…

– …то пятно не отстиралось от скатерти, –подхватывала Ляля, – вроде самый обычный кусок масла уронили.

Соне оставалось лишь удивляться, каким образомневестка сообразила, о чем размышляет свекровь. Похоже, женщины ухитрялисьдумать в унисон. Но сейчас речь пойдет не об удивительно нежных отношениях,связывающих молодую и пожилую хозяек, а об Андрее.