Симфония тьмы - Чингиз Абдуллаев

– Надеюсь, вы справитесь, – сказала она и, неоглядываясь, вышла из комнаты.

Дронго сел к компьютеру. Ввел первое имя. Барбара Уэлш.Вышел на компьютерную сеть Си-эн-эн. Через несколько секунд получил информациюи начал ее быстро читать. Она не обманула. Барбара действительно былажурналисткой, работала в некоторых газетах, четыре года в телевизионнойкомпании. Последний год – секретарем Джорджа Осинского.

Он ввел второе имя. Песах Якобсон. Компьютер выдалинформацию об отсутствии вхождений поискового контакта. Дронго удовлетвореннокивнул и сделал запрос в Фонд. Компьютер сообщил, что информация закрыта. Он нестал настаивать и ввел другое имя – Рамеш Асанти. Компьютер снова выдал информациюоб отсутствии вхождений поискового контакта. И новый запрос в Фонд опять ничегоне принес. Информация была закрытой.

Дронго ввел имя Джорджа Осинского и почти сразу получилнужную информацию. Долго читал, потом дал команду сделать для него перепечатку.Когда закончил работать лазерный принтер, он взял листок бумаги и сунул вкарман. Потом подумал немного и вдруг, неожиданно даже для самого себя, ввелимя Кэтрин Муленже. Получил ответ и снова дал команду сделать ему перепечатку.После того как у него в руках была и вторая бумага, он, достав первую, начал ихсравнивать, после чего удовлетворенно кивнул головой.

У обеих знаменитостей были странные биографии. Доопределенного момента и Джордж Осинский, и Кэтрин Муленже были обычныминеудачниками, не умевшими добиться хотя бы малейшего успеха. Но с какого-томомента, словно по взмаху волшебной палочки, все изменилось. К ним приходитшумный успех, их признают коллеги, специалисты, зрители, читатели, критики. Наэто совпадение Дронго сразу обратил внимание. Он выписал примерную дату, скоторой начались успехи мистера Осинского. Пять лет назад. Кажется, тогда они ипознакомились с мистером Якобсоном. Какое интересное совпадение! Может, уфранцузской писательницы, тоже вдруг неожиданно заявившей о себе, точно так жерядом несколько лет назад появился свой Песах Якобсон?

Теперь нужна была информация другого характера. Он сновазастучал по клавишам, попросив предоставить ему информацию о Фонде развитиянезависимых демократий. На этот раз ответ компьютера был очень обстоятельным ибольшим. Дронго снова ввел команду сделать перепечатку и подождал, покакомпьютер выдаст всю информацию. Информации было много. Здесь особо обращалосьвнимание на то, что Фонд уже помог многим странам, вкладывая огромные деньги вобразование, культуру, медицину. ЮНЕСКО трижды выражало благодарность Фонду заего гуманитарную деятельность.

И только в самом конце он сделал запрос в Бразилию, попросивотпечатать для него первую страницу той самой газеты, которую держал в рукахЯкобсон, показывая ему на тюремную камеру Шварцмана и плакат Осинского настене. Дронго запомнил название местной газеты, номер и дату ее выпуска.

Он терпеливо ждал ответа. И ответ пришел. Не веря своимглазам, Дронго дал команду выдать ему этот первый лист. На нем не было никакогоизображения тюремной камеры Шварцмана! На нем не было плаката с портретомОсинского! Лишь в правом углу газетного листа было короткое сообщение о побегеШварцмана. Якобсон говорил ему неправду. И показывал явно не настоящую газету.Дронго и эту бумагу положил в карман. Теперь он знал, о чем будет говорить.

Только после этого он дал команду компьютеру стеретьинформацию, которую он запрашивал. И вышел из комнаты. Поднимаясь в лифте, ондумал только об одном: почему Якобсон обманул его, показав фальшивую газету?