Золотое правило Трехпудовочки - Дарья Донцова

– Думаю, надо принять решение. Пусть Елена Киселева завтра утром привезет девочку в центр, я лично проведу осмотр, сделаю ряд тестов, и сразу станет понятно, имеет ли эта Аня хоть малейшее отношение к семье Гвоздевых. Давайте сначала решим основную проблему, а уж потом вы будете выяснять, кто, кому, почему солгал.

Мне ее предложение показалось разумным.

– Я приеду вместе с Киселевыми.

– Великолепно! – согласилась Степанида. – Я никогда никого не обманываю. Если выясню, что Аня моя внучка, мы возьмем девочку к себе.

– Мама! – укоризненно воскликнул Юра.

Степанида Андреевна жестом приказала сыну замолчать и посмотрела мне в глаза.

– Сын достался мне трудно. Я классическая мать-одиночка, не пожелала вновь выйти замуж, не хотела приводить ребенку отчима. Когда вокруг Юры стали крутиться девочки, я принимала их в штыки, запрещала приглашать свиристелок домой, требовала от сына всегда ночевать в собственной постели. Признаюсь, я боялась невестки. Ночная кукушка дневную перекукует. Думала, Юра женится, пойдут дети, а мать побоку. Естественно, с течением времени Юрий стал вступать с женщинами в нежные отношения. Но, зная о моем страхе, он всегда находил благовидный предлог, чтобы улизнуть из дома. Ну, например, говорил, что едет с приятелем на рыбалку. Сын терпеть не может неудобств, ему претит убивать живых существ, даже окуней. Я знала: рыбалка – это прикрытие!

Юрий вскочил на ноги.

– Мама! Я…

– Сядь, – махнула рукой Степанида, – благодаря Татьяне нарыв вскроется. Рыбная ловля, охота, баня – мужские хобби, и я делала вид, что верю тебе. Ну не жить же парню монахом! Думала, годам к сорока ты найдешь невесту, которая понравится нам обоим. Но пришлось сделать операцию, и я вдруг сообразила, что натворила: у тебя никогда не будет детей. Род Гвоздевых исчезнет с лица земли. Кому передать медицинский центр? Вручить дело жизни в чужие руки? Жуть! В общем, так! Анна приходит завтра на обследование. Если она моя внучка, мы берем девочку под свою опеку, даем ей хорошее образование и воспитание. Если я не нахожу генетического сходства, то, пожалуйста, пусть подростка изучают ваши эксперты. Повторяю, я никого не желаю обманывать и буду рада, если в Ане обнаружится родная кровь. Но пока во всей этой истории многовато лжи. Да, кстати, я готова на беседу с Владой Сергеевной. Пусть она мне в лицо расскажет о нашей предполагаемой дружбе и соседстве.

На улице моросил апрельский дождик, я пошла к метро, одновременно беседуя по телефону с Чеславом.

– Хорошая работа, – скупо похвалил меня начальник, впрочем, дождаться от нашего босса даже этих слов практически невозможно. – И на чем вы порешили с Гвоздевыми?

– Завтра Аня и Лена приедут в центр, – пояснила я. – Буду сама сопровождать их в процессе похода по кабинетам. Чтобы не внушать ни девочке, ни ее приемной матери никаких надежд, никто не скажет Киселевым о Юре. Я преподнесу обследование как необходимую меру, которая должна помочь в поиске биологических родителей Ани. Боюсь, что пирсинг и боевой раскрас девочки слегка напугают потенциальную бабушку, но тут уж ничего не поделаешь. Посоветую им взять дневник Ани, может, сплошные пятерки скрасят ужасающее внешнее впечатление. Ну а дальше все будет зависеть от результатов анализов.

– Что с Владой Сергеевной? – поинтересовался Чеслав. – Ты с ней успела встретиться второй раз?

– У нее не отвечает телефон, вероятно, она уже спать легла.

– Рановато, – не согласился Чеслав. – Каковы твои планы?

Хороший подчиненный умеет не только быстро и правильно исполнять приказы начальства, он еще должен и предугадывать желания босса, поэтому я не замедлила с ответом:

– Раз Влада Сергеевна не спешит к трубке, поеду к ней домой и задам парочку неприятных вопросов.

– Действуй, – одобрил Чеслав. – Тебе Гри звонил?

Я удивилась его вопросу.

– Да.

– И что сказал?

– Ничего особенного.

– Поподробнее, – потребовал начальник.

– Абсолютно личный разговор, – отбивалась я, не понимая, какая муха укусила всегда корректного Чеслава.

– У членов нашей бригады нет ничего личного! – гаркнул босс.

Я налетела на прохожего, который рассматривал газеты на лотке, вздрогнула и залепетала:

– Ну, он сообщил про отлет с Мартой в командировку.

– Это все?

– Сказал: «Люблю тебя, целую», – выдавила я, – больше ни слова.

– Гри торопился? – наседал Чеслав. – Нервничал?

– Он спешил, – вспомнила я, – но никакого сверхволнения не проявлял. А что случилось?

Чеслав крякнул:

– Все о’кей. Завтра объясню.

– Гри здоров? – испугалась я. – С ним не стряслась беда?

– Конечно, нет, – ответил Чеслав. – Сказано: подробности завтра. Не отвлекайся. И помни про дело двести пятнадцать. Мы до сих пор о нем не беспокоились, но оно висит в воздухе.

– Ясно, босс! – отрапортовала я и со скоростью слегка уставшего, но еще бодрого ослика заторопилась к подземному переходу, над которым на столбе горела буква «М».

Дело двести пятнадцать – это шифр, болтовня про Гри явно отвлекающий маневр. Чеслав узнал, что наши телефонные разговоры прослушивают. Завтра он сменит всем номера. Меня предупредили о тайном знаке при приеме на службу, и до сегодняшнего дня я считала это детской игрой в шпионов. Но сейчас, похоже, кто-то сунул нос в дела бригады. Мне до завтра не следует решать никаких важных вопросов по мобиле.

Входную дверь в квартиру Влады Сергеевны украшала записка: «Тамара, ключ в сорок второй». Я нажала на звонок, высунулась дама с волосами, накрученными на бигуди.

– Чего хотите? – с раздражением спросила она.

Я указала пальцем на соседнюю створку.

– Влада Сергеевна оставила у вас ключи.

– Да, для домработницы Тамары, но вы не она, – бдительно напомнила тетка.

Я делано засмеялась.

– Конечно. Не знаете, куда подалась бывшая директриса? Ей тяжело ходить.

– Влада Сергеевна передо мною не отчитывается, – не стала любезнее женщина. – Похоже, она с ночевкой отправилась, в руках сумка спортивная была, а Тамара к ней раз в неделю по утрам приходит. Зачем мне ключи оставлять? Значит, к девяти утра Влада еще не вернется.

– Вы давно в этом доме живете? – поинтересовалась я.

– С конца шестидесятых, а вам какое дело? – возмутилась дама.

– Извините, пожалуйста, – заныла я, – ищу свою тетю, Степаниду Андреевну Гвоздеву, у нее еще сын есть, Юрий Игоревич. Нашла по Интернету ее адрес, приезжаю, а тут записка от Влады Сергеевны. Значит, тетя не в этой квартире живет?

– Ты еще аппендицит по Интернету удаляй! Нет у нас никаких Гвоздевых, – буркнула женщина.