Женихи воскресают по пятницам - Дарья Донцова

– Не знаю, Роза, – спокойно ответила супруга олигарха. – Вероятно, в комнате освещение неудачное.

– Нет! – уперлась старуха. – Нечего на электричество пенять. Роман розовый. У Антона нормальный цвет лица. Что у Эдуарда, не вижу, он патлами завесился и опять размалевался радугой.

– Надо отпугивать демонов, – вставил словечко Эдик, – они улетают при виде красок.

Услыхав это, я уронила нож. На сей раз Лялечка уже не кинулась на звук. А вот горничная была начеку – около моей тарелки мигом появился новый столовый прибор.

Роза Игнатьевна поманила прислугу пальцем:

– Ну-ка, подай справочник!

– Бабушка, хочешь, я тебе сооружу очень вкусную закуску? – попытался отвлечь старуху Антон. – Лена, сделайте одолжение, принесите… Впрочем, нет, это сюрприз.

Антон встал, подошел к девушке в белом переднике и зашептал ей что-то на ухо. Та кивнула и пошла к выходу.

– Моя книга! – гаркнула Роза Игнатьевна. – Ленка, дай ее сюда!

– Бабушка, перестань, давай мы просто позавтракаем, – попросил Роман. – Елена, пожалуйста, принесите живо то, что попросил Антон, он, похоже, придумал для Розы Игнатьевны нечто невероятное.

– Да-да! – откликнулся Тоша. – Вчера я был в супермаркете, увидел… не скажу что, и решил: бабушке оно придется по вкусу.

– Молодец, – похвалил его отчим. – А нас угостишь?

– Непременно, – сказал парень, – всем сделаю бутеры. Но для них нужен особый хлеб, я его тоже купил.

– Расскажи, какой? – обрадовался Роман.

Я поняла, что внук и правнук изо всех сил стараются отвлечь внимание старухи от какой-то книги. Лена, не выполнив указание бабки, умчалась из столовой.

– Демоны боятся ярких красок, – ни к селу ни к городу повторил Эдуард, – я точно знаю!

– Вы, наверное, могущественный маг, – ляпнула я и тут же разозлилась на себя.

Ну, Степанида, ты и выступила! Разве можно высмеивать сына хозяина? К тому же Эдуард явно не совсем нормален психически, нехорошо подшучивать над больным человеком. Фу, Степа!

Пока я занималась самоедством, Инна Станиславовна оторвала взгляд от тарелки и глянула на меня с… Мне померещилось или в глазах супруги Романа действительно промелькнула тень благодарности к жене тестя? Ах да, женой Глеба Львовича меня именовать неправильно. Я уже его вдова. На секунду мне показалось, что я подумала о чем-то важном, но не смогла сконцентрироваться на промелькнувшей мысли, потому что Эдуард торжественно произнес:

– Нет, я не демонолог, хотя это перспективная, очень интересная специальность. Я умею изгонять и призывать злые сущности, но меня обучали на иллюзолога.

– Вы фокусник? – удивилась я. – Умеете вытаскивать кроликов из цилиндра? Знаете, меня всегда удивляло, как кролик помещается в шляпе. Где он там спрятан?

Эдуард засунул руку в дреды и начал с наслаждением чесать макушку.

– Не следует путать иллюзиониста с иллюзологом, – важно сказал он. – Первый обманывает наивную публику при помощи ловкости рук и технических устройств, а второй является ученым, который изучает иллюзии.

– Как можно заниматься тем, чего нет? – улыбнулась я.

Эдуард, не переставая отчаянно скрестись, продолжил:

– Нас окружают иллюзии, просто вы этого не понимаете. Есть ли на Земле нечто реальное? Постоянное?

– Смена дня и ночи! – воскликнула я, пожалев о затеянном разговоре.

Эдик засмеялся.

– Наивность глупца. Дня и ночи нет.

– Да ну? – прищурилась я. – Посмотрите в окно!

– Давайте определим, что такое день и что такое ночь? – провозгласил Эдуард. – Для вас светлое время суток – момент бодрствования. А для совы? Ей ночь, вам день, и наоборот. Все иллюзия. Времени нет, его придумали люди. Нет скорости, нет…

– Хлеб для твоей закуски-сюрприза нужен зерновой? – слишком громко спросил Роман у Антона.