Человек-невидимка в стразах - Дарья Донцова

На улице вовсю сияло солнце. Я посмотрела на автомобиль ипоняла, что не испытываю ни малейшего желания стоять в пробке. Лучше провестивремя вон в том торговом центре. Денег у меня в обрез, но я не собираюсь ничегопокупать, просто пошляюсь по этажам, поразглядываю витрины, может, выпьючашечку чая в местном кафе, если, конечно, она там не стоит триста рублей занаперсток. А уж потом, окончательно успокоив нервы, отправлюсь в банкбеседовать о кредите.

Несмотря на середину недели и разгар рабочего дня, вунивермаге колыхалась толпа. Сначала я заглянула в отдел косметики, отметила,что ничего интересного на стендах нет, и с легкой душой двинулась дальше полавкам. Везде переливались стразами летние коллекции, модельеры, словносговорившись, усыпали свои изделия яркими камнями. Больше всего меня поразиликрохотные трусики, тонкую ткань которых безжалостно проткнули железными«лапками» украшений с фальшивыми брюликами.

В некотором замешательстве я стала рассматривать белье. Нуладно, пуловер в крупную дырку и кукольная куртка длиной до середины груди хотькак-то пригодны для носки. В принципе можно натянуть и юбку, напоминающуюсильно зауженный книзу бочонок. Правда, ни свитер, ни «косуха» не спасут ответра и холода, а в юбчонке даже я стану похожа на мисс Пиги, да еще при ходьбепридется семенить. Но трусишки? На секунду я представила, что надеваю поверхстразового великолепия джинсы, ощутила, как камни впиваются в тело, ивздрогнула. Брр! Спасибо, обойдусь без такой красоты. Считаете меня глупой?Полагаете, что трусики в брюликах из бутылочного стекла все же можно поддеватьпод юбку? Может, и так, но только сидеть на них будет неудобно. Интересно,модельер, сотворивший это чудо, сам его использует?

Вволю насмотревшись на шмотки и поняв, что не хочу приобрестини одну из них, я зарулила в кафе. Нашла там вполне бюджетный пирожок скапустой, напилась чаю и почти впала в блаженство.

Ехать в банк не хотелось категорически, ведь он находится наКаширском шоссе, я устану, как цирковая мартышка. Может, попытаться решитьпроблему по телефону?

Спустя четверть часа я потерла горячее, как свежесвареннаякартошка, ухо и стала себя нахваливать. Молодец, Вилка, уладила все дела,банковское начальство оказалось покладистым, нам удалось прийти к консенсусу.Дело за ерундой: нужно срочно написать книгу и отнести ее в хорошееиздательство.

Ход мыслей прервал звонок телефона. Забыв глянуть надисплей, я схватила трубку.

– Алло…

– Ну наконец-то дозвонился! – возликовал Ребров. – Я уженачал волноваться, почему ты не отвечаешь?

– Раньше не замечала за тобой привычки беспокоиться опосторонних людях. Извини, я очень занята! – каменным тоном ответила я. А потомсказала в сторону: – Простите, Аврелий Германович, я забыла отключить аппарат.

– Что? – взвыл Гарик. – Кто? Аврелий? Ты в издательстве«Михаил К.»?

– Верно угадано, – стараясь не расхохотаться, подтвердила я.– Ты же от меня отказался, а мне кушать хочется, пришлось подписывать договор сАврелием Германовичем.

– Ты уже оформила бумаги? – зашипел Гарик.

– Еще нет, пока их читаю.

– Немедленно выйди из кабинета, – приказал Ребров.

– Зачем? – прикинулась я полной дурой.

– Мы же с тобой друзья… – соловьем запел издатель.

– Я так и считала до того момента, пока кое-кто не выгналменя без аванса, – сделала я свою подачу.

– Покинь Аврелия! – заорал Гарик.

Я поскребла ногтем по микрофону мобильного и через полминутыраздраженно спросила:

– Ну? Почему ты мне мешаешь?

– Ты в коридоре? – уточнил издатель.

– Да, – спокойно солгала я, – любуюсь на портреты авторов«Михаил К.». Здесь, оказывается, полно замечательных имен. И есть подходящееместечко для фото Арины Виоловой.

– С ума сошла! – взвился Ребров. – Что за демарш? Почему тыне взяла вчера аванс?

– Ты же мне его не дал, – напомнила я.

– Кто? – изумился собеседник.

– Ты.

– Я?

– Точно. Рассказал про маркетинговые исследования, посетовална лень Арины Виоловой.

– Ох уж мне эти бабы! – взвыл Ребров. – Прости, Вилка, но тыдавно к врачу ходила?

– Считаешь, мне пора отправиться на диспансеризацию?

– Непременно! Ты все неправильно поняла! Поставила с головына ноги!

– С ног на голову, – поправила я.

– Не умничай, – обозлился Гарик, – я сказал тебе: «Сегодняденег нет…» Сегодня! Не вообще, а сегодня! «…Поэтому договор подпишем завтра. Унас временные трудности с наличкой».

– Да? – усомнилась я.

– Звоню ей, звоню – не подходит! – горячился Гарик. –Документы готовы, купюры отсчитаны, и где Виолова? Она у Аврелия в кабинете!Это как называется, а? Немедленно рули в «Элефант».

– Я не планировала на сегодня посещение издательства, –раскапризничалась я, – занята до десяти вечера.

– Отлично, – заметно повеселел Гарик, – прикатывай водиннадцать, в полночь, когда сможешь. Будем ждать!

Я ощутила себя звездой, но решила не сдавать позиций.

– Ладно, если не очень устану. Кстати, мне рукопись уАврелия оставлять?

Ребров поперхнулся, но сумел справиться с приступом душившейего злости.

– У тебя есть текст?

– Всего двести страниц, – промурлыкала я, – чуть большеполовины. Аврелий Германович…

– Не желаю более слушать про этого проходимца! – взвизгнулГарик. – В следующий раз буду обсуждать с тобой дела в присутствиипереговорщика, который объяснит тебе разницу между фразами: «Сегодня наличкинет, договор подпишем завтра» и «Денег не дадим, документы никогда несоставим».

В таком духе Ребров вещал еще минут пять. В конце концов японяла, что испытывал Кутузов, когда гнал прочь от Москвы Наполеона, и,насвистывая веселую песенку, пошла на выход.

На улице сильно пахло гарью, сбоку от торгового центраподнимались сизые клубы дыма, и у меня по непонятной причине екнуло сердце.Ноги сами понесли меня к дому Риммы Марковны, туда, где я оставила «ежика».