Стиль подлеца - Чингиз Абдуллаев

— Стоять! — крикнул Лысаков, не выпустившийпистолет. — Стоять, или буду стрелять.

— Стреляй, — тяжело дыша, ответил Дронго. Заметив,что Попов пытается встать, он ударил его еще раз, ногой. Тот со стономвытянулся на полу.

— У меня нет оружия, — сообщил Дронго, — есливздумаешь стрелять, тебя не поймут.

— Стоять! — с перекошенным от ненависти лицомзаорал Лысаков, и Дронго понял, что сейчас тот выстрелит. Он замер. И тутоткрылась дверь, и в кабинет вошел человек в форме. Это был подполковник. Оченьвысокий, на вид лет сорока, светловолосый и ухоженный.

— Что здесь происходит? — спросил он.

— Ничего, — нелепо буркнул Лысаков, убираяпистолет в стол. Участники инцидента поднялись с пола, при этом Попов успелподтолкнуть Дронго к стене, но в драку лезть уже не стал. Его напарник вел себяиначе — нанес удар Дронго по почкам. От боли он согнулся. Здесь умели бить смаксимальным эффектом.

— Задержанный? — спросил подполковник.

— Пока нет, — ответил Лысаков, — мы еще неоформили все как положено. Но он пытался меня шантажировать. И напал на нашихофицеров.

— Сукин сын, — лениво сказал подполковник, —и чего вы с ним церемонитесь? Бросьте его в третью камеру, там как раз ребятаподобрались подходящие. Они его так обработают, мать родная не узнает. Всюжизнь будет кровью мочиться.

— Сделаем, — пообещал Лысаков, и Дронго понял, чтотеперь его может спасти только чудо.

Он с горечью подумал, что не сумел просчитать всех своихшагов. Отвык в своих «заграницах» от стиля работы родной милиции. А она, в сущности,осталась все такой же — костоломы, как и раньше. Ничего в бывшем Союзе неизменилось. Просто в каждой республике наплодилось больше начальников и большеподлецов, берущих взятки и закрывающих глаза на разного рода преступления.Исчез прежний страх перед Москвой, перед всесильной и вездесущей партией,державшей на себе общий каркас правоохранительных органов единой империи.Теперь же бывшие милиционеры, переименованные в ряде стран в полицейских, ещеретивее берут взятки, бьют арестованных, убивают строптивых и калечатневиновных.

— Уберите его, — поморщился подполковник, —как его зовут?

Лысаков переглянулся со своими людьми. Попов протянул руку,достал из внутреннего кармана задержанного паспорт и перевел удивленный взглядс документа на Лысакова.

— Дипломатический, — пробормотал он, ошалело глядяна майора.

Тот взял паспорт, внимательно просмотрел его, и небольшиеглазки Лысакова превратились в узкие щелочки. Он только открыл рот, ноподполковник вырвал у него паспорт из рук.

— Дипломатический! — воскликнул он. — Совсемспятили. Неприятностей захотели?

— Он мошенник, — заявил Лысаков, презрительноискривив рот, — небось фальшивый паспорт. Карточка вклеена. Откуда утакого типа дипломатический паспорт?

— Действительно, откуда? — принял его игру подполковник.

— Посмотрите, — снова взял паспорт Лысаков,сковырнул фотографию, обрывая ее на половине, — это не его паспорт,карточка наклеена не так, — торжествующе захохотал он.

Теперь Дронго уже ничего не могло спасти. Но тут раздалсятелефонный звонок городской линии связи. Глядя Дронго в глаза, Лысаков поднялтрубку.

— Слушаю, — сказал он зло.

— Добрый день, Лысаков, — услышал он знакомыйголос адвоката Любомудрова, — вы не знаете, куда исчез мой помощник?Говорят, он зашел к вам и еще не выходил. Я вот тут собирался звонитьначальнику управления, попрошу, чтобы он поискал его в вашем кабинете. Иучтите, если с ним что-нибудь случится — про камеру в отеле будет знать ипрокурор, и ваша служба безопасности. Машина стоит у здания управления. Есличерез пять минут он не выйдет из здания, я звоню прокурору. Кстати, у негодипломатический паспорт, и я гарантирую вам очень крупные неприятности. Всегохорошего.

— Подождите, — выдохнул Лысаков тяжелодыша, — подождите, — сказал он, глядя на подполковника, — ясейчас как раз с ним разговариваю.

— Значит, у вас есть ровно пять минут, — сказалЛюбомудров решительно и повесил трубку.

Лысаков и подполковник переглянулись. Дронго понял, чтопроизошло невероятное. Он, кажется, спасен.

— Паспорт настоящий, — сказал вдруг Лысаков, глядяна подполковника, — звонил Любомудров. Он говорит, что паспорт настоящий.

— А он откуда знает? — разозлился подполковник.

— Знает, — пожал плечами Лысаков, — обещаетпозвонить прокурору и начальнику управления.

— Вечно у тебя какие-то дурацкие проблемы, —раздраженно бросил подполковник и, резко повернувшись, вышел из кабинета. Заспиной у него сильно хлопнула дверь.

— Вот твой паспорт, — Лысаков протянул документДронго, а когда тот потянулся за ним, швырнул паспорт на пол. Едва Дронгонаклонился, чтобы поднять документ, Попов ударил его по спине. Дронго упал.Попов дважды ударил его тяжелым ботинком в живот, после чего повернулся и вышелиз кабинета. За ним, пнув лежащего, вышел и его коллега.

— Оклемался? — почти дружелюбно спросилЛысаков. — Бери ксиву и проваливай отсюда.

Дронго встал, поднял паспорт, аккуратно положил его вкарман, стряхнул пыль с брюк и, обращаясь к Лысакову, спросил:

— И все-таки откуда ты знал про камеру?

— Убирайся! — взревел майор. — Вон отсюда!Иначе пристрелю как собаку.

— Я позвоню завтра утром, — усмехнулся Дронго,ощущая на губах соленый привкус крови, — если передумаешь, мы спокойнопоговорим. Или лучше зайти через денек?

— Ты покойник, — убежденно сказал Лысаков, —тебя убьют сегодня или завтра. Ты уже покойник. Неужели не понял?

— А ты живой? — спросил Дронго. — Думаешь,тебе простят твою промашку? Камеру убрали сразу после убийства. А проводаостались. Ты должен был их аккуратно убрать, но не сделал этого. Так все былоили не так?

Лысаков смотрел в глаза наглецу, едва сдерживаясь.

. — Про камеру знают уже многие, — сообщилДронго, — лучше бы ты мне сам все рассказал. Я не прощаюсь, майор.

И вышел из кабинета, плотно закрыв за собой дверь. Лысаковтяжело опустился на стул. И почти сразу поднял телефонную трубку, приказавПопову вновь зайти к нему. Его бессмысленный взгляд уперся в одну точку. И тутснова зазвонил телефон.