Алые звезды Прованса - Ксения Баженова

– Что ты заладил свое ну?! Дед меня не пускает, и училка без его разрешения не отпустит. Понимаешь?

– Ну… Да!

– Надо, чтобы какой-нибудь взрослый записку написал. Твой дядя, может, напишет? Почерк взрослый нужен.

– Дядя Миша?! Да я думаю он от своего пьянства уже все буквы забыл. Говорят, алкоголь очень на мозг влияет, – со знанием дела сказал Коля.

– Ну в самый раз, пусть коряво получится, будто дед писал. Как думаешь, напишет?

– За бутылку все напишет.

– Ну пошли тогда.

– А где бутылку взять?

– Деньги у меня есть.

– Ух ты! Откуда?

– Нашел. Так поможешь? А я от себя деду напишу, чтобы он не волновался. Ну отлупит потом. Зато я с мамой увижусь.

– А как мы купим бутылку-то? Кто нам продаст?

– Пусть брат твой купит.

– Так он еще что-нибудь за это попросит.

– Дадим.

– Ну ладно… – Колька начал грызть ноготь. Это означало, что в нем борются противоречивые чувства. Однако потом он махнул рукой. – Ладно, пошли.

Колькин брат недавно вернулся из армии и упорно делал вид, что не может найти работу. Учиться ему тоже надоело, еще в школе. Целый день он болтался по дому с сигаретой в зубах, а по вечерам сидел у подъезда с такими же оболтусами на лавочке и, если везло, выпивал.

– А, приперся! – Выпустил он клубок дыма на брата и, шаркая разношенными тапками и поправляя рукой, свободной от сигареты, гульфик на черных хлопчатобумажных штанах, повернулся к друзьям всклокоченным затылком и уполз на кухню.

– С бодуна. Значит, захочет похмелиться. Потянешь на вторую, если что? – со знанием дела констатировал Колька.

– Потяну. Десятку нашел на улице!

– Десятку! Ого! Давай купим чего-нибудь!

– Водки и купим. На остальное – маме подарок… – Потом подумал. – Ладно, и тебе дам немножко. Рубль хочешь?

– Спрашиваешь?! Подожди там. Виталь! – крикнул он брату, идя по коридору к кухне. Ваня же сел в большой комнате, как велел Коля.

– Чего тебе?

– Дело есть.

– Пельмени лучше свари. С утра ничего не жрал.

Колька достал из холодильника пачку пельменей в бело-красной помятой коробке. Вытряс слипшиеся катышы и бросил их в кастрюлю.

– Вот дебил! Воду вскипятить сначала надо.

Колька об этом прекрасно знал, потому что пельмени готовил регулярно, но так волновался, что брат откажется или обманет их – купит, например, бутылку, а им не отдаст, что автоматически кинул серый комок в холодную воду. Он уже полностью был вовлечен в процесс помощи другу.

– Да? Ну ладно. Разлипнутся, может, пока.

– Ага, разлипнутся?! Мозг у тебя прежде разлипнется.

Пока закипала вода, Колька молчал, думал, как приступить к важному разговору, и пытался отделить друг от друга пельмени. Когда они всплыли, он положил их на тарелку и поставил перед братом.

Виталик подцепил один, прожевал и, проглотив, вздохнул:

– Эх, пивка бы!

– А давай мы с Ванькой достанем пива, а ты нам поможешь кое с чем.

– Ха, эти малявки пива достанут! Вот насмешил-то. Чего нужно, говори.

– Нам водка нужна.

– Опаньки! Мне тоже, прикинь, братан! Вот так вот до зарезу нужна. – И он провел ребром ладони линию на шее, по которую она ему была нужна.

– Так давай мы тебе дадим денег, а ты купишь нам и себе.

– Они мне денег дадут! – Виталик со смехом хлопнул себя по коленкам. – Откуда в жопе алмазы?!

– Ванька нашел на улице. Так согласен?

– Ты че, серьезно? А водка-то вам зачем? Может, с портвишка начать? Или «Свадебного» там бутылочку. С водки жестко как-то начинать. Хотя я…

– Виталик, ну нужна вот так, до зарезу. – И Коля повторил движение брата. – Короче, поможешь?

– Ладно, парни. – Виталик радостно потер руки. – Такой подход мне нравится. Пошли, что ли? Сегодня как раз Ларка работает. Если что, возьмем из-под полы. Точно хватит? Сколько нашел-то?

– Да хватит, хватит…

Коля побежал к другу.

– Ну все! Согласился. Пошли.

Из магазина Виталик вышел довольный, добрый и с позвякивающей хозяйственной сумкой. Достал оттуда одну бутылку и вручил ребятам.

– Себе две взял. За молчание. А то вас из пионеров сразу исключат и потом дорога в жизнь, считай, закрыта!

– А сдачу? – спросил Коля.

– Какую тебе еще сдачу? Как раз по трешке за фуфырь. Рупь – на закуску. Все, брысь давай! – И Виталик пошел по улице, оставив недоуменно переглядывающихся мальчиков.

– Вань, прости. Я так и думал… Надо было разменять сначала.

Тот вздохнул и засунул бутылку за пазуху:

– Да ладно… Ну что, к дяде?

Дядя Миша встретил друзей не сказать чтобы приветливо:

– О! Племянничек нарисовался. Мать, что ли, с чем послала?

– Не, дядя Миш, мы к тебе по делу. – И сразу, чтобы не выслушивать его монолог, кивнул Ване, чтобы тот показал заветное.

– Так это другое дело! Проходите, проходите, ребятишки. Сейчас дядя Миша закусочки организует. Ой, да вам вроде рано! Ааа! Была не была!

– Дядь Миш, мы чаем обойдемся. Это все тебе.

– Вот это я понимаю, вот это уважили дядьку старенького. А то с утра что-то здоровье совсем никудышное, ноги не держат, до сих пор руки трясутся… Эх, щас поправимся! Ну проходите, проходите. Я по-скоренькому… Вот это подарочек с утра дяде Мише. Ай да Колька, ай да племянничек!

Ваня огляделся. Он был у дяди друга впервые. В комнате сильно пахло перегаром. На полу валялись окурки и пустые бутылки. Штор на грязном окне не было, и вообще обстановка оказалась минималистичная. Как у Шандора, только не так чисто. Диван, стол, пара стульев с изодранными сиденьями. Одежда кучей лежала в углу. Правда, в отличие от цыгана, у дяди Миши над продавленным диваном висел ковер. С двумя лебедями. На столе громоздились грязные тарелки с засохшими остатками еды, среди граненых стаканов живописно выделялся бокал на тонкой ножке. Дядя Миша, прибираясь, смущенно заметил:

– Дама была. Хорошо вчера посидели. А что, Колька, не влюбился пока?

– Ты че, дядь Миш, девчонки все дуры.

– Это пока дуры, а потом гляди, как бы самому в дураках не оказаться. – Он быстренько прибрал со стола, покидал мусор в ведро, пожарил яичницу себе и ребятам и, налив рюмку, сел. – Ну, здоровья ради. – Выпил, занюхал ржаной высохшей горбушкой. – Хорошо… Только вам еще рано! Ну, зачем пришли?

– Дядь Миш, дело такое. Надо записку училке написать. У Ваньки мама в Москве живет. Работать поехала. А дед обиделся и его к ней не отпускает. А у нас экскурсия. Ну, Ваня и хотел заодно с мамой встретиться. Он деду от себя тоже записку напишет. Ну, чтобы тот не волновался.