Проклятие Ивана Грозного и его сына Ивана - Юлия Алейникова

– Варенька, позвольте мне заплатить, все же это я вас пригласил.

– Зачем? – коротко и просто спросила Варвара, глядя на своего нового знакомого. Ну отчего это русские мужики считают, что любую девицу можно получить за три копейки и что халявное пирожное – это предел мечтаний любой, без скидки на социальный статус и образование? Примитивные пигмеи.

Даниил таращился на Варю, пытаясь найти простой, но веский ответ на ее прямолинейный суховатый вопрос. Она просто уникум, эксклюзив, делился он сам с собой впечатлениями. Даниил был твердо уверен, что все без исключения девицы нашей необъятной родины, да и не только родины, обожают халяву. Для них, вероятно, важна даже не сама по себе халява, а готовность отдельно взятого мужчины тратить свои деньги на них. В смысле на нее, единственную и неповторимую. Но Варвару подобная идея, очевидно, не грела. Не найдя подходящего ответа и внимательно взглянув барышне в глаза, Даниил решил, что правильнее будет не мешать Варе отстаивать собственную независимость. Может, у нее хобби такое?

– Просто мне это было бы приятно, Варенька, – убирая руку, проговорил Даниил вслух. – Впрочем, как вам будет угодно.

Расчет был произведен, спасибо торопливому, услужливому официанту. И кто его дернул этот счет принести? Чай уже выпит, оставалось только выйти на улицу и распрощаться. Но Даниил категорически не мог этого допустить. Два таких из ряда вон выходящих происшествия – и простое «до свидания» под занавес? Нет, так не пойдет.

– Варя, я сейчас еду на Староневский по делам, могу вас подвезти. Мне это не сложно, – придерживая спутницу под локоток, предложил Даниил, покидая «Асторию». – Однажды вы уже позволили мне подвести вас и теперь должны знать, что мне можно доверять, приставать к вам я не буду и в лес не завезу.

Замечание Даниила, к удивлению, задело Варино самолюбие. Кажется, он принял ее за трусливую неврастеничку, страдающую манией преследования. Никакая она не неврастеничка. Просто проявляет здоровую бдительность и считает нахлебничество унизительным. Только и всего. А вот на машине прокатиться можно, раз ему по пути.

– Спасибо, Даниил. Я с удовольствием воспользуюсь вашим предложением, – никак не комментируя его шпильку, ответила Варя, чем приятно удивила своего кавалера.

– Варя, вы сказали, что вы искусствовед, – неспешно двигаясь в потоке транспорта и радуясь плотному движению, вспомнил Даниил. – А какая именно область искусства вас занимает? Музыка, изобразительное искусство, скульптура? Впрочем, с музыкой я, наверное, ошибся, тогда бы вы представились музыковедом, – тут же поправил себя Варин новый знакомый.

– В Академии я занималась живописью. Специализировалась на лучизме.

– Лучизм? – наморщил высокий лоб Даниил. – Ах да, Ларионов, Романович. Четвертое измерение. Такие разбитые на лучистые площади работы, что-то связанное со спектром и отраженными лучами, – неуверенно проговорил Даниил, повергая Варю в глубочайшее удивление.

Среднестатистический российский обыватель в силу традиций практически незнаком с современными направлениями в искусстве. Практически любой гражданин может вспомнить Шишкина, Айвазовского, Брюллова, кого-нибудь из передвижников. Но авангардные художники начала двадцатого века, увы, незаслуженно забыты и незнакомы широкому кругу даже весьма образованных граждан. Потому-то эрудированность Даниила так поразила Варю.

– Вы разбираетесь в живописи? – с интересом спросила она, глядя на своего нового знакомого.

– Честно говоря, нет. Мои познания весьма поверхностны, – с извиняющейся улыбкой ответил Даниил. – Что-то, где-то, как-то.

Кажется, его скромность и образованность произвели на девицу больший эффект, чем машина и чаепитие в «Астории», заключил для себя Даниил и решил в дальнейшем придерживаться этой тактики, потому как упускать Варю он не собирался.

К «Галерее» они подъехали хорошими приятелями, успев поделиться по дороге взглядами на живопись, музыку, кино, путешествия, вспомнили смешные случаи, которые происходили с ними на отдыхе, и от души повеселились.

– Варвара, я приглашаю вас на свидание, – припарковав машину возле «Галереи», официально объявил Даниил, поворачиваясь к Варе всем корпусом. – Сегодня в восемь. Вас устроит?

На этот раз Варя не стала изображать из себя неприступную недотрогу. Даниил проявил себя молодцом, был выдержан, тактичен, а если прибавить к этому привлекательную внешность, ум и образованность, остается заключить, что только полная, законченная дурочка отказалась бы от ухаживаний такого кавалера.

– Хорошо, в восемь, – согласилась Варя, милостиво улыбаясь в ответ.

– Я буду ждать вас возле подъезда. Не возражаете? – с милой робостью уточнил Даниил.

Варя поощрительно улыбнулась и, попрощавшись до вечера, покинула авто.

Уф, словно вагон дров разгрузил, выдохнул Даниил, трогаясь с места. Ничего себе удовольствие. Интересно, много у нее поклонников при таком характере? – размышлял Даниил, разворачиваясь в сторону Петроградской. На Староневском ему делать было нечего, он выдумал это исключительно для того, чтобы не упустить Варю. Обычно он предпочитал иметь дело с барышнями легкими, веселыми, не отягченными строгими моральными принципами.

Ну, ничего, успокаивал себя Даниил, это только в первый день знакомства. Порядочные, воспитанные девушки из хороших семей никогда не бывают слишком доступны. На то они и порядочные, и из хороших семей. На таких надо жениться, подбадривал он себя, настраиваясь на вечернее свидание.