Алмазная колесница - Борис Акунин

– Ну, с Богом, – тихо сказал Фандорин, вынимал изкобуры «герсталь».

Маса вытащил из-за пояса короткий меч, проверил, легко ливыходит клинок из ножен.

По прикидке Эраста Петровича, висячий остров был шириною оттрещины до пропасти примерно в сотню саженей. Идти прогулочным шагом – двеминуты. Но шли медленно, чтоб не треснула ветка, не зашуршала палая хвоя. То идело замирали, прислушивались. Ничего – ни голосов, ни стука, только обычныезвуки ночного леса.

Дом вырос из мрака неожиданно, Эраст Петрович чуть ненаткнулся на дощатую стену, вплотную прижавшуюся к двум соснам. По виду этобыла обыкновенная крестьянская хибара, какие он во множестве видел во времяпутешествия через равнину: деревянные решётки вместо окон, соломенная крыша, раздвижнаядверь. Странно было только одно – место вокруг хижины не было расчищено,деревья обступали её со всех сторон, смыкая ветви над кровлей.

В доме царила мёртвая тишина, и Фандорин подал слуге знак –идём дальше.

Шагов через пятьдесят наткнулись на второй дом, тожеупрятанный в чаще – одна из сосен торчала прямо из середины крыши, вероятно,используемая в качестве колонны. Тоже ни звука, ни огонька.

Недоумение и тревога заставили титулярного советника бытьвдвойне осторожным. Прежде, чем идти к дому Тамбы – тому, который навис надпропастью, нужно было твёрдо знать, чту оставляешь у себя за спиной. Поэтому,не доходя до обрыва, повернули обратно.

Делая зигзаги, обошли весь островок. Нашли ещё один дом,ничем не отличающийся от двух предыдущих. Более ничего.

Таким образом, вся «крепость» состояла из четырех деревянныхстроений, гарнизона же не наблюдалось вовсе.

А что если синоби ушли из своего логова и О-Юми здесь нет?От этой мысли Фандорину впервые стало по-настоящему страшно.

– Ико![42] – бросил он Масе и, более непетляя, направился туда, где меж соснами серела пустота.

Дом Тамбы Одиннадцатого, единственный из всех, был с трехсторон окружён поляной. С четвёртой стороны, как уже знал Фандорин, зиялапропасть.

Оставалась надежда, что обитатели зловещей деревни собралисьна сходку к своему предводителю (Твигс говорил, что у ниндзя он называетсядзёнин).

Прижавшись к шершавому стволу, Эраст Петрович рассматривалстроение, отличавшееся от остальных разве что размерами. Ничего примечательногов резиденции предводителя «крадущихся» не было. Фандорин испытал нечто вродеразочарования. Но хуже всего было то, что и этот дом, кажется, пустовал.

Неужто всё напрасно?

Вице-консул быстро перебежал через открытое пространство,поднялся по ступенькам на узкую веранду, что тянулась вдоль стен. Маса неотставал ни на шаг.

Видя, что слуга сбрасывает обувь, Эраст Петрович последовалего примеру – не из японской вежливости, а чтоб производить меньше шуму.

Дверь была чуть приоткрыта, и Фандорин посветил внутрьфонариком. Увидел длинный неосвещённый коридор, покрытый циновками.

Маса не терял времени даром. Покапал из кувшинчика маслом впаз, потянул дверь, и та отъехала не скрипнув.

Да, коридор. Довольно длинный. Семь точно таких жераздвижных дверей: три слева, три справа, одна в конце.

Сняв револьвер с предохранителя, Эраст Петрович оченьмедленно и плавно открыл первую дверь справа. Пусто. Никакой утвари, лишьтатами на полу.

Дверь напротив открыл чуть быстрее. Опять ничего. Голаякомната, поперёк дальней стены толстая прямоугольная балка.

– Черт! – пробормотал титулярный советник.

Дальше двигался быстро, уже безо всяких предосторожностей.Рванул дверь справа, заглянул. Ниша в стене, там какой-то свиток.

Вторая дверь слева: пол не соломенный, а из полированныхдосок, в остальном ничего примечательного.

Третья справа: кажется, молельня – в углу буддийский алтарь,какие-то статуэтки, незажженная свеча.

Третья слева: ничего, голые стены.

Никого, совсем никого! Пустота!

Но кто-то здесь был, и совсем недавно – ещё не выветрилсязалах японского трубочного табака.

Маса разглядывал комнату, которая вместо татами быланастелена досками. Присел на корточки, потёр гладкое дерево и вдруг, чем-тозаинтересовавшись, шагнул внутрь.

Вице-консул хотел последовать за своим слугой, но тут из-запоследней, седьмой двери, замыкавшей коридор, донёсся шорох, и Фандоринвстрепенулся. Ага! Там кто-то есть!

Звук был странный, несколько похожий на сонное дыхание, ноисторгаемое не человеком, а великаном или каким-нибудь исполинским чудовищем –такое оно было мощное и глубокое.

Пускай великан, пускай чудовище – Эрасту Петровичу сейчасбыло всё равно. Только не пустота, не мёртвая тишина!

Дождавшись, когда нескончаемо длинный выдох иссякнет,титулярный советник с треском откинул дверь в сторону и ринулся вперёд.

Едва успел ухватиться за перила – на самом краю деревянногомостика, нависшего над пропастью. Фандорина со всех сторон окружало Ничто –ночь, небо, бездна.

Снова донёсся выдох невидимого колосса – это вздохнулбезбрежный эфир, колеблемый лёгким ветерком.

Под ногами у вице-консула была лишь чернота, над головойзвезды, а вокруг – освещённые луной вершины гор и вдали, меж двух склонов,огоньки далёкой равнины.

Содрогнувшись, Эраст Петрович попятился в коридор.

Захлопнул дверь в Никуда, позвал:

– Маса!

Никакого ответа.

Заглянул в комнату с деревянным полом. Слуги там не было.

– Маса! – крикнул Эраст Петрович раздражённо.

Вышел наружу? Если б был в доме – откликнулся бы.

Да, вышел. Входная дверь, которую титулярный советникоставил открытой, теперь была задвинута.

Фандорин подошёл к ней, потянул за скобу. Створка неподдалась. Что за черт?

Он дёрнул что было силы – дверь даже не шелохнулась.Заклинило? Не беда, пробить японскую перегородку нетрудно.

Размахнувшись, вице-консул ударил по соломенной поверхностикулаком – и вскрикнул от боли. Ощущение было такое, словно стукнул рукой пожелезу.

Сзади что-то скрежетнуло. Эраст Петрович развернулся иувидел, как из стены выезжает ещё одна перегородка, замкнув его в тесномквадрате меж двумя комнатами, которые (он обратил на это внимание лишь теперь)тоже были закрыты.

«Ловушка!» – пронеслось в голове у титулярного советника.