Зов темной крови - Анна Князева

– Ну, хорошо. – Надежда помогла снять пальто и пригласила ее присесть. Сама села напротив.

– Как я уже говорила, у меня есть одна просьба. Или, если хотите, деловое предложение, – сказала Калмыкова.

– Вот как? Слушаю.

– Хочу предложить вам работу.

– Заинтриговали… – улыбнулась Надежда.

– У меня есть внучатая племянница. Она – сирота, и я вот уже несколько лет ее опекаю.

– Мне очень жаль…

– Не будем углубляться в подробности, я пообещала, что разговор будет коротким. Девочка учится в школе-пансионате полного дня. Это платное образовательное учреждение, которое берет на себя функцию семьи по воспитанию ребенка и находится за городом, в нескольких километрах от Москвы.

– Девочка постоянно живет там? – спросила Надежда, и голос ее потух. – Но ведь для ребенка это…

– Прекрасно! – подхватила Ольга Петровна. – Разумеется, я забираю ее на Новый год, иногда на Пасху. Как вы понимаете, я немолода, опыта воспитания не имею, своих детей нет. Для девочки так даже лучше. Она обожает оставаться в пансионате.

– Ну, если вы так считаете.

– Разумеется, мне это влетает в копеечку. И все же, чего не сделаешь для родни.

– Да-да, понимаю. Я здесь при чем? – поинтересовалась Надежда.

Но Калмыкова будто ее не слышала:

– Я принимаю активное участие в жизни школы-пансионата и вхожу в попечительский совет. Нам предложили новую школьную форму на следующий учебный год, – нахмурилась Калмыкова. – Я посмотрела образцы, и, должна заметить, это какой-то ужас.

– Хотите, чтобы я придумала новую?

– Не только придумали, но и сшили.

– Должна признаться, что у меня сейчас много работы, – поспешила объясниться Надежда.

– А кто говорит, что все нужно сделать сейчас? До сентября успеете, и все будут довольны.

– Вы не понимаете. Через две недели у меня показ новой коллекции для закупщиков. От этого показа зависит весь финансовый год. Да еще текущие заказы… Нет. Решительно – нет. Не смогу.

Выслушав Надежду с видимой скукой, Калмыкова проронила:

– Ну, вот закончите с коллекцией и займетесь школьной формой.

– Ольга Петровна, – Надежда приложила руку к груди, – честное слово, не получится.

– Вы не можете мне отказать, я уже пообещала, – гневно возразила Ольга Петровна.

– Что?..

– Я обещала директору школы, что вы все сошьете, и она отказалась от своего подрядчика. Вы же не поставите меня в неудобное положение, не оставите детей без школьной формы?

– Как же вы могли пообещать, не спросив? – Надежда покачала головой. – А вот теперь вы ставите меня в безвыходное положение. Чтобы выполнить этот заказ, мне нужно чем-то пожертвовать.

– Дорогая Надежда Алексеевна, – Калмыкова проникновенно заглянула в ее глаза и прикоснулась к руке. – Когда вы увидите сумму заказа, то в корне пересмотрите позицию и найдете, чем можно пожертвовать. Завтра на электронную почту ателье пришлют официальное коммерческое предложение из школы-пансионата.

– Мне трудно вам обещать.

– А я и не тороплю. Посоветуйтесь с матушкой. Ираида Самсоновна практичная женщина, послушайте, что скажет она.

Закончив разговор, они вышли из примерочной в гостиную. Виктории на месте не было, но там стояла Ираида Самсоновна. Пока она паковала пальто, на выход через вестибюль прошло несколько человек из следственной группы, и Калмыкова проводила их удивленным взглядом.

– Послушайте, откуда в вашем ателье столько молодых спортивных мужчин? Все шьют костюмы «биспоук»?

– Это полицейские, – тихо проронила Надежда. – Пришлось выделить комнату для следственной группы.

– Ах вот оно что! История с расчлененным трупом? Вы, должно быть, в курсе событий?

– Вовсе нет! – Надежда невольно отстранилась. – Но откуда вам это известно?

– Да вы же сами рассказали мне об этом на прошлой примерке, – напомнила Калмыкова.

– А я и забыла… – Покосившись на дверь, Надежда заметила идущего по вестибюлю Астраханского. Рядом с ним шагала Анастасия Кириллова. Разволновавшись, она одернула мать: – Ну, что ты так долго копаешься…

Наконец Ираида Самсоновна протянула Калмыковой пакет:

– Прошу вас…

– Благодарю. – Ольга Петровна забрала пакет и, попрощавшись, ушла.

Проводив ее взглядом, Ираида Самсоновна многозначительно обронила:

– Обиженный человек скорее обидит другого.

– Ты сейчас про кого? – поинтересовалась Надежда.

– Про тебя. И твоего Астраханского.