Место под солнцем - Полина Дашкова

Катя чувствовала, он играет с ней, как кошка с мышкой.Вероятно, вопрос с поиском убийцы он считает решенным. И вопрос с дележомимущества – тоже. О делах поговорили, все выяснили, теперь можно и поиграть,поболтать о высоком, о Пушкине, о женской психологии.

«Нет уж, Валера. Это потом. Ты для себя все выяснил, а я ещенет. Так что, прости, о высоком, о Пушкине мы потом поговорим, – подумала Катя,– а сейчас давай уж вернемся к жестокой прозе».

– Слушай, Валера, я забыла тебя спросить, – произнесла онавслух после короткой паузы, – ты вчера обмолвился, будто знаешь Свету Петрову.Интересно, откуда?

– Ну, это громко сказано – знаю. Так, видел пару раз, имяслышал.

– А конкретней можешь вспомнить?

– Не хочу конкретней, – улыбнулся он и покачал головой, – нехочу.

– Почему?

Лунек закурил, смерил Катю долгим, оценивающим, откровенномужским взглядом.

– Кать, вот объясни мне такую вещь, – мягко, чутьприглушенно начал он после долгого молчания, – ты красивая умная женщина. Оттебя можно запросто потерять голову. Ну почему же тебе все мужики-топопадаются… как бы это выразиться поприличней? Ладно, не буду выражаться. Тыменя и так поняла.

– Валер, не надо, – поморщилась Катя, – я тебя отличнопоняла, но не надо. Глеб… – Нет, я не о Глебе, – перебил ее Лунек, – я о твоейпервой любви. Догадываешься, о ком? Кстати, что там у вас за история была зимойна Тенерифе?

Катя вовсе не удивилась, что Луньку известно и это. Он жесказал вчера по телефону: «Ты вся как на ладошке…»

– А, ты о Баринове? Никакой там истории не было. Встретилисьслучайно.

– И что? Случайно встретились, поздоровались, разошлись?Глеб вернулся с острова вечной весны мрачный, нервный, советника президентаскотиной обозвал. Не в глаза, конечно. Неужели просто так? Без всякого повода?

– А к чему ты вдруг об этом вспомнил? – Катя удивленноподняла брови. – Я спросила тебя о Свете Петровой, а ты вдруг вспомнил оБаринове и Тенерифе. Не вижу связи.

– Да к тому, Катюша, что Света Петрова пять лет развлекалатвоего красавца Баринова. Не хотел тебе говорить, но видишь, ты сама из менявытянула. Только уж будь добра, подробности не вытягивай. Уж больно онипохабные, подробности-то. Выводы делай, в кого влюбляться. Тогда ты еще совсемдевочкой была, а сейчас – взрослая женщина, к тому же совершенно свободная.Делай выводы, чтобы прошлых ошибок не повторять. Рядом с тобой должен бытьнастоящий мужик, крепкий, надежный, а не всякие там… прости, Господи. За тобойведь теперь будет стоять большое серьезное дело, и много найдется желающих…Ладно, ты прости меня, может, я лезу куда не надо… – Он опять хитро, по-кошачьиприщурился.

– Нет, почему? – мягко улыбнулась Катя. – Я понимаю, мы стобой партнеры теперь, и тебе вовсе не все равно, кто окажется со мной рядом.

– Правильно, – кивнул Лунек, – мне не все равно. Междупрочим, этот твой Дубровин – классный программист. Правда, водился за нимгрешок, придумал пару вирусов, очень хитрых. Поимел неприятности, но до суда недошло. Это ведь подсудное дело… Ну ладно, история давняя, – Лунек небрежномахнул рукой, – он ведь не корысти ради. Так, развлекался. А фирма, в которойон работает, знаешь под кем живет? Не знаешь. Под Скелетом. Есть такойкавказский авторитет, старый умный шакал. Любит Голубя, словно родного сына.Ну, кто такой Голубь, ты, надеюсь, знаешь?

– Конечно. – Катя спокойно улыбнулась. – И что из этогоследует?

– Пока ничего, – пожал плечами Лунек, – проверяем. Слушай, ау тебя с ним как, всерьез?

– Да никак у меня с ним. Пока никак, а дальше – видно будет.Честно говоря, сама не знаю. – Катя взглянула на часы и поднялась. – Мне пора.Спасибо за завтрак.

– На здоровье. – Лунек тоже поднялся из своего кресла. –Всегда рад тебя видеть. Значит, сейчас даю тебе недельку, чтобы ты отдохнула,пришла в себя. Хватит недельки?

– Вполне, – кивнула Катя.

– Ну и хорошо. Если какие проблемы – звони. Да,родственникам скажи, есть завещание Глеба. Вся его доля отписана на тебя. Такчто пусть заткнутся.

– А оно что, действительно есть? – Катя застыла на пороге.

За ее спиной уже маячил Митяй, который должен был отвезти еедомой.

– А как же? – усмехнулся Лунек. – О таких вещах надо думатьзаранее. Всякое в жизни бывает. Бумажка, заверенная нотариусом, все какположено. Кроме меня, Глеба и моего нотариуса, об этой бумажке не знал никто.Теперь вот ты знаешь.

– Подожди, – Катя нервно передернула плечами, – и давно оннаписал это завещание?

– Полгода назад.

– Могу я взглянуть?

– Успеешь, налюбуешься. Там все тебе, движимое, недвижимое,все. С одним только условием, что ты продолжишь выплачивать его матери, НадеждеПетровне, ту же сумму в твердой валюте. Тысячу в месяц, плюс оплата еенепредвиденных расходов в случае болезни и так далее.

– А отцу что?

– Ничего, – выразительно развел руками Лунек, – да ты задядю Костю не переживай. Небось не бедствует.

Катя не особенно переживала за народного артиста и знала: ондействительно не бедствует. Ее поразила новость о завещании. Лунек не случайнооставил это напоследок. Вполне возможно, он лишь к концу разговора принял такоерешение – сообщить ей о завещании Глеба. Только сообщить, не показать. А могвообще скрыть.

Все в его руках, все. И сейчас он ясно дает ей это понять.

– Так что ты с ними особенно не церемонься, с Калашниковым ис его Маргошкой. – Лунек нежно поцеловал Катю в щеку. – И еще. Не суетисьнасчет всех этих бабских звонков, отравленных бомжей. Убийцу нашли, жизньпродолжается, дел у нас с тобой много. И ментов к этому не подключай, ладно?Зачем нам с тобой лишняя вонь? Они ведь с удовольствием воспользуются любоймелочью, чтобы влезть в наши дела. А это нам только настроение испортит. Мы всвоем хозяйстве как-нибудь сами разберемся.

Он проводил ее до машины, еще раз поцеловал, чуть приобнявза талию – Лучший друг и партнер, любитель сказок Пушкина, знаток женскойпсихологии, замечательный парень, вор в законе Валера Лунек. Ему удобно, чтоубийство Глеба никак не связано с бизнесом. Ему удобно, чтобы все в его империиосталось по-прежнему. Люди приходят и уходят, империя вора в законе должнастоять вечно.

Вишневый джип выехал из ворот. Катя сидела на заднемсиденье, смотрела в тупой подбритый затылок молчаливого Митяя. Интересно,сколько трупов на его счету? Глеб рассказывал, что этот Митяй может покалечитьи даже убить одним ударом. Он проходил специальную выучку. Он не человек, анастоящая машина, предназначенная для уголовных разборок. Пару раз он спасЛуньку жизнь.