Почти нормальная семья - Маттиас Эдвардссон

– Амина! – крикнула я.

Тяжело дыша, она оглянулась через плечо, и ее губы сложились в беззвучный крик ужаса.

В эту минуту из-за угла у нее за спиной показался Крис. Одну руку он прижимал к лицу, другой размахивал, как бегун на стометровке.

– Беги! – крикнула мне Амина.

Но мои ноги словно приросли к асфальту. Амина вскоре поравнялась со мной, и я увидела, как перекосилось ее лицо.

– Беги!

Куда – вот вопрос, а Крис был уже рядом.

Обернувшись, я увидела нож. Крошечное движение рукой – и лезвие сверкнуло в свете уличных фонарей.

– Сюда! – крикнула я и увлекла за собой Амину.

Обогнув живую изгородь, мы укрылись в темноте на детской площадке. Гравий шуршал у нас под ногами. Амина дрожала и тяжело дышала, хватая ртом воздух. От нее пахло пóтом и страхом и еще чем-то острым. Перцем?

– Что случилось, черт подери?

Амина не ответила. Взгляд у нее был совершенно безумный. Схватив ее за запястье, я заставила ее повернуться ко мне:

– Что он с тобой сделал?

Она открыла рот – губы у нее дрожали.

– Прости, – сказала она. – Я нарушила… уговор.

– Что он сделал с тобой, Амина?

– Он… он…

Шаги приближались. Через пару секунд мы окажемся лицом к лицу с Крисом.

– Он изнасиловал меня.

Слова Амины были как удар в живот.

– Изнасиловал?

В следующее мгновение Крис обогнул угол и оказался перед нами. Затормозив на гравии, он остановился и замер, прикрывая рукою глаз.

Я отступила. Два быстрых шага назад. Руку Амины я выпустила, но была уверена, что подруга последует за мной.

Тело напряглось до предела. Но страха не было – вместо этого каждая клеточка моего тела исполнилась яростью. Я ненавидела его. Я ненавидела Криса Ольсена до такой степени, что меня разрывало на части.

Сколько раз мне приходилось вновь и вновь мысленно переживать собственное изнасилование: я не могу набрать воздуха в легкие и задыхаюсь, тяжесть наваливается на мое тело – и жгучая боль, когда он проникает в меня… Он отнял у меня право на неприкосновенность.

Как я могла допустить, чтобы с Аминой произошло то же самое? Почему я не послушалась Линды?

Крис Ольсен, тяжело дыша, что-то бормотал себе под нос и с отвратительной гримасой тер глаза тыльной стороной ладони. Обернувшись, я обнаружила, что Амина вовсе не отступила в тень вслед за мной. Вместо этого она сделала шаг навстречу Крису. В ее дрожащей руке, которую она занесла на него, трепетал нож.

– Твари вроде тебя не заслуживают того, чтобы жить, – прошипела она сквозь зубы.

– Прекрати, – сказал Крис.

В его голосе не было ни страха, ни сожаления. Лицо ничего не выражало.

– Прекрати, Амина.

Это был мой собственный голос.

Не знаю, слышала ли она меня. Она словно бы находилась в другом мире, где существовали только она и Крис. Она и насильник. И еще нож, дрожавший в ее руке.

– Убирайся! – выпалила она.

Крис уставился на нее.

– Убирайся к черту!

Я встала рядом с ней. Острое лезвие ножа дрожало в воздухе совсем рядом со мной. Все внутри свело от злости – она превратилась в сжатый кулак, готовый взорваться.

Я видела опустошенный взгляд Амины и понимала, что во всем виновата я. Если бы я послушалась предупреждений Линды Лукинд! Почему я была так слепа!

И тут Крис Ольсен рассмеялся.

Посмотрев на свою лучшую подругу, я взяла нож у нее из рук.