Стреляй вверх – не промахнешься - Кирилл Казанцев

Пожилой чеченец был доволен. Какое там доволен! Он был счастлив. В его руках оказалась не только женщина врага; теперь в его руках был и ребенок неуловимого Монаха! Фактически весь род «кровника», кроме, конечно, его самого. Ну да это решается очень легко. Нет такого мужчины, который бросил бы на произвол судьбы свою семью, свою жену и ребенка. Сам придет, на колени встанет, просить будет, умолять. Ноги целовать!

Старший чувствовал приближение момента своего триумфа. Ему хотелось растянуть удовольствие. Поэтому, когда Ильяс потянулся к одежде пленницы, он сказал:

– Нет!

– Почему? – в глазах молодого появилась какая-то детская обида.

– Не сейчас, – поправился старик. – Я хочу, чтобы все происходило при нем… На его глазах…

– Мы и при нем успеем! – Ильяс оглянулся на товарищей в поиске поддержки.

– Это будет уже не то… – отмахнулся старик. – Ее заприте пока. И дайте мне ее сумку.

Лизу толкнули в спину. С трудом переставляя ноги, она пошла к одной из дверей, выходящих в холл.

– А с этой что? – Один из чеченцев легонечко толкнул ногой Анжелу, сжавшуюся в комок на полу.

– Делайте, что хотите! – отмахнулся старик.

Перевернув довольно-таки объемистую сумку Лизы, он высыпал ее содержимое на пол. Носком туфли разгреб образовавшуюся перед ним кучку женского имущества. Наклонившись, выбрал сотовый телефон. Вошел в меню, открыл телефонную книгу. Первым же контактом в ней было обозначено: «Артем».

Старик победно улыбнулся и нажал кнопку вызова.

Молодые мстители, громко хохоча, волокли Анжелу в одну из комнат первого этажа, на ходу срывая с девушки одежду…

– Ну вот вроде и все… – Оболенский с удовольствием откинулся в кресле.

– Все хорошо, что хорошо кончается, – ухмыльнулся Василий. – А если честно, то даже как-то жаль немного…

– Чего это тебе жаль? – удивился Максим.

– Да что закончилось все, – ответил Скопцов. – Мне давно не было так… Интересно жить, что ли? Опять же по свету помотался, в обществе олигархов и бандитов повращался… В миллионеры вышел. Весело, что тут говорить!

– Поменьше бы на нашу шею такой вот веселухи, – довольно мрачным тоном сказал Артем.

– Некстати, конечно… – опять вступил Максим. – Малыш хочет сообразить очень такой серьезный банкет. В нашу честь.

– Ну это было бы совсем неплохо! – обрадовался Василий.

– Я – пас, – отмахнулся Артем.

– Это еще почему?

– Не дай Бог кто разнюхает, что Малышев имеет какие-то отношения с преступником, находящимся в международном розыске… Насколько серьезно это отразится на репутации корпорации, дольщиками которой мы теперь являемся? – усмехнулся Рождественский. – Так что я – в аэропорт, и…

Что именно «и», Артем сказать так и не успел – зазвонил его сотовый телефон.

– О, Лизавета Макаровна объявились! – обрадовался Рождественский, глядя на дисплей. – Одну минутку…

С этими словами он встал и отошел в угол комнаты.

– Слушай, Максим! – Василий мечтательно закатил глаза. – Ты представляешь, как потом дома, в Красногорске, можно будет рассказывать, дескать, с олигархами тут мед-пиво пил…