Будет вам война! - Сергей Зверев

– …И кто это сказал, что бабло побеждает зло? – с трагичностью вопросил Черняев, склоняя над стаканом горлышко литровой бутылки.

После третьего по счету наезда на «Блатхату», столь же неудачного, как и оба предыдущих, лидер «Группировки Ленинград» пригорюнился и померк. От него исходили биотоки угрюмости и раздражения. За последние сутки в желудок Данилы выпала трехмесячная доза спиртных осадков. Однако, вопреки обыкновению, он не спешил гонять бильярдным кием не симпатичных ему козлов; злость выжигала в нем весь алкоголь.

– Ну, и зачем мне эта страна богатых? – поинтересовался Черняев у огромного выставочного кролика, разгуливавшего по сукну бильярдного стола. – Ну, стремился я сюда, ну, попал… Так на хрена она мне нужна, если я даже такого, как Гамадрил, прогнуть под себя не могу?! То ли дело у нас в звероколхозе…

Кролик поджал уши и, принюхавшись к Даниле, отодвинулся подальше. Спустя минуту Черняев и сам забыл об ушастом собеседнике – в бильярд-холл ввалились Жека, Сергей и Димон, опухшие, словно свежевыловленные утопленники.

События последних дней ввергли в затяжную алкогольную депрессию всю «Группировку Ленинград». Пацанов больше не интересовали ни подшефные оборотни в погонах, ни высокие идеалы петербургской культуры, ни даже проблемы возрождения духовности. Как это часто бывает при недостатке воли к победе, все они почувствовали неожиданное равнодушие к дальнейшей борьбе. С самого утра друзья усаживались за бильярд и, вспоминая звероколхозную юность, поднимали наполненные стаканы с неутомимостью заводных зайцев из рекламы «Энерджайзера». И так, в прозрачной горечи алкоголя, незаметно уплывали еще один сутки…

Вдруг, как в сказке, скрипнула дверь, и в бильярдную вошли Исабель и Мать. Подтянутые и энергичные, они распространяли флюиды веры, надежды и любви.

– Молодые люди, вы бы хоть закусывали! – степенно пожурила Мать, оценив количество пустых бутылок под бильярдным столом.

– Бедные мальчики! – жалостливо подхватила мулатка, оценив трехдневную небритость друзей. – Совсем одичали!

– Не напоить ли мне вас свежим горячим чаем? – с добродушной снисходительностью прикинула Мать.

– Зачем? – потянул носом Данила. – Лучше свежей холодной водкой…

– Мальчики, вы зря гробите свои молодые организмы, – укорила Исабель ласково. – Заметалин того не стоит…

– А вообще, мы пришли вам помочь! – веско сказала Мать, расставляя перед пацанами чашки с дымящимся чаем.

– Чего только мы на «Блатхату» не натравливали! – засокрушался Сергей. – И ментов, и террористов, и даже гомосеков…

– Сук! – вставила Исабель.

– В смысле? – не понял Димон.

– Сук еще не натравливали!

– Каких еще сук?

– Черных и страшных, – наконец конкретизировала Мать. – Дело в том, что…

Повествование Матери было коротким, но емким. В нем фигурировали коты и собаки, мотояхты и глиссеры на подводных крыльях, разгневанные женщины и ожиревшие олигархи…