Вызываю огонь на себя - Александр Тамоников

В 16.30 в блиндаж пришел майор Жилин. При появлении командира бойцы встали. Соболь подал команду:

– Товарищи офицеры!

Все приняли положение «смирно!».

– Товарищи офицеры! – подал ответную команду Жилин и распорядился: – Кровати в сторону, разместиться передо мной.

Он повернулся к заместителю капитану Туренко:

– У нас тут нет подставки под карту?

Смирнов усмехнулся:

– Как будто раньше это заметно не было.

– Ну раз, Боря, ты такой смышленый и говорливый, то ноги в руки и – к Сабиру. Взять подставку, но такую, чтобы можно вывесить карту! И прямиком сюда.

– Твою мать! – выругался Смирнов. – Сколько раз говорил себе: язык мой – враг мой.

Ушел. Вернулся с металлической подставкой.

Жилин вывесил карту, на которой был обозначен маршрут разведчиков.

– Внимание! Всем известно, что на позиции приезжали высокопоставленные гости, я имею в виду нашего шефа – полковника Северцова и начальника штаба российской базы в Сирии полковника Королева. Цель визита – принятие плана по нашей работе совместно с группой авианаводчиков.

Последние во главе с капитаном Володиным находились тут же, в блиндаже.

– Командованием принят план, предложенный старшим лейтенантом Смирновым, прапорщиком Соболем и лейтенантом Опариным.

Смирнов воскликнул:

– Парни, в кои веки командир отметил меня. Не забыл и других, а вот про сирийца запамятовал. А ведь именно Абдулла провел по маршруту, что сейчас на карте.

Жилин посмотрел на подчиненного:

– Еще раз хоть слово скажешь во время доклада, я тебя, Боря, отмечу строгим выговором.

Старший лейтенант улыбнулся, значит, больше никаких вопросов, а если командир и накажет, то только формально, нигде это отмечено не будет.

Командир продолжил:

– Нашей группе и группе наводчиков предстоит совершить марш по указанному на карте маршруту. По докладу Смирнова он немного длиннее, сложнее, нежели тот, что рассматривался ранее, но более безопасный, так как позволяет скрытно подойти к цели. А первая промежуточная цель или рубеж – это участок местности, удаленный от Черного холма примерно на сто метров. Он представляет собой полосу кустарника. Если заметили, я не назвал время выхода, прибытия в заданный район и вообще не использую никакие временные рамки. Это связано с тем, что работу начнем по приказу командира отряда, в котором все и будет определено.

Выходим к первому промежуточному рубежу, рассредоточиваемся, маскируясь кустами, и ждем. Далее наша авиация должна нанести массированный удар по хребту и району за ним с целью уничтожения игиловцев на их позициях, особенно прикрывающих выход из восточного прохода. Как только отработают бомбардировщики и штурмовики, а может, отработает артиллерия кораблей военно-морской эскадры – нам без разницы, самоходное орудие «Нона» задымит местность у прохода в районе разведки перед хребтом. Тут же сирийская рота начнет имитацию наступления. Мы же в это время должны пройти проход, такой вот каламбур получается, быстро оценить обстановку и двинуться дальше ко второму промежуточному рубежу уже в тылу противника. Он обозначен пунктирной линией между хребтом Умгдум и высотой Джатель.

На этом рубеже в балке большой привал с визуальной разведкой. Там, на втором промежуточном рубеже, связываемся с Северцовым и, исходя из результатов воздушной разведки, определяемся, как пойдем дальше к конечной цели, окраине поселка Тара, где нам и предстоит работать по уничтожению стратегически и тактически важных объектов бандформирования полевого командира Фераза аль-Ахдара. А это основной командный пункт, возможно, запасной КП, место сосредоточения реактивной и стрелковой артиллерии, танков, БМП, бронетранспортеров, складов и постоянного размещения крупных отрядов террористов. Поселок небольшой, а «духов» в нем много, так что работать придется в более сложных условиях. Посему от каждого требуется предельное внимание для экстренного реагирования на любое изменение общей обстановки.