Афганский исход. КГБ против Масуда - Александр Полюхов

— На ужине в «Понтусе» со шведской парой. Ты их еще не встречала.

— Кто такие?

— Молодые ребята. Там посмотрим, насколько приятны и полезны.

— Моя функция?

— Наслаждаться кухней и компанией, не выключая твои «длинные антенны».

— А Степа? Нельзя его оставить дома одного.

— Разумеется. Пристроим к Феде и Маше. Хочешь, договорюсь с их родителями?

— Справлюсь сама. Они нам «должны» за поездку детей к Dr. Oban.

Адмирал шмякнул папку с донесением о стол. «Только удалось зацепиться за «Цельсия», как появились некие иранцы! — разволновался он и нашарил в ящике стола таблетки от гипертонии. Врачи давно предлагали подлечиться в стационаре, но до весны об этом даже мечтать глупо. — Утечка из Центра исключена. Остается Стокгольм, хотя Григ вряд ли допустил промах прямо на взлете. Позже «уши» начнут вылезать, однако кто смог так рано и грубо вмешаться?» В случайное совпадение ветеран не верил и запросил в управлении внешней контрразведки данные об иранской активности в Европе. «Когда Григ разнюхает детали на месте, то будем посмотреть, как говорят в Одессе. Придется доложить Старику».

— Добрый день, еще раз. По шведскому направлению есть две новости.

— Плохая и очень плохая?

— Плохая и очень хорошая. На дом нашего сотрудника напали иранцы, никто не пострадал, полиция задержала налетчиков.

— Иранцы? Ты серьезно? До сих пор они противодействовали нам только в самом Иране. СССР для них «малый сатана», «большой сатана» — США. Что-то не так. Утечка?

— Разбираемся. Контакт с объектом благополучно установлен. Наше предложение встречено с интересом.

— Требуется результат, а не интерес.

— Пока идем по плану. Готовим более обстоятельную встречу. Надо бы добавить конкретики.

— Второй «пакет» отправляй только после того, как объект согласится в принципе и запросит детали.

— Понятно. Третий «пакет» продолжаем готовить?

— Да. По готовности проверь лично.

Эрик Маттсон пребывал в смешанных чувствах. Доклад Торквиста закрывал часть вопросов и ставил новые. Воронка затягивала все больше людей. То, что представлялось как скромная операция в узких рамках, постепенно расползалось в мозаику событий и лиц.

— Так ты считаешь, что иранцы вышли на русского через Карима Седерберга, который подслушал его разговор о Масуде с Dr. Oban?

— Точно так, шеф. Проверил в автомобильном регистре: у них зафиксирован запрос по номеру машины Алехина от прокатной фирмы, владелец которой тоже иранец. Номер машины русского был у афганца на сигаретной пачке записан — я сам видел. Видимо, иранцы прижали Седерберга, он им и выдал номер.

— Хорошо. Почему Седерберга официально не допросили до сих пор?

— По месту жительства и на работе его нет.

— Убит?

— Или скрылся. Испугался: то я к нему, то иранцы. Долго бегать ему сложно. Загранпаспорта у него нет, то есть может находиться где-то в стране или в Скандинавии.

— Намекни бригаде, расследующей убийство в Ринкебю, что пора объявить парня в розыск, ведь его «пальцы» нашли на месте убийства.

— Сделаю. У Седерберга есть приятель палестинец Махмуд. Афганец на него ссылался в качестве алиби на время убийства. Поскольку Алехина «пасут» ребята из наружки, а за мной только координация, то я могу попытаться найти Махмуда. Почти уверен, что он известен полиции Сольны.

— Давай. И еще — Алехин нагловато на тебя вышел сегодня. Прямо в наших стенах. Что думаешь?

— Засветка произошла из-за появления иранцев. Объект вычислил меня через соседку по Эссинге. Его звонок и наша беседа показывают, что Алехин не чувствует за собой вины и знает не только законы, но и наши внутренние правила. Действует открыто. Его угрозу о привлечении СМИ нужно воспринимать серьезно.

— Хочешь передать ему данные на иранцев?

— Что мы теряем? — Ничего. Поглядим, как распорядится информацией. Вдруг проявится связь Эссинге — Ринкебю. Младшего иранца выпустят, поскольку его задержали на улице. В дом он не входил. Его собака положила, потом я помял. Парень в бинтах, судья пожалеет и не санкционирует арест. Старший пока посидит. Так уверенно валяет дурака, что сомневаюсь в его причастности к убийству. Скорее бывал на квартире и имел денежные дела с Фаруком.

— Ритва как?

— Сегодня Стурстен пригласил на ужин в «Понтусе» с Алехиным и его женой.

— Неужели?

— Да, шеф. Шпионка — одно слово. Думаю, надо мне глянуть со стороны, а наружку на вечер снять.

— Мысль неплохая. Как думаешь осуществить?

— Повесим на Ритву микрофон-передатчик, я засяду в сувенирной лавке напротив. Она чуть выше по склону — неплохо виден зал ресторана. Мы там уже проводили нечто подобное.

— Только аккуратно. Объект и так нервничает.

— Не похоже. С нервами там порядок.