Афганский исход. КГБ против Масуда - Александр Полюхов

— Товарищ Чудов прибудет в 8.00.

— Кто же выгуляет собак? Может быть вы?

— Нам не положено, вас охраняем. Помните, чем закончилась последняя прогулка?

— Чем-чем: мы их убили. Шучу: ранили. Одного. Подождем гостя.

«Смер III» и Хекса, услышав слово «гость», заняли позицию у входной двери. Неделю назад Алехин послал бы подальше зам. директора разведки, но новости из Таджикистана и вооруженное нападение на отставного шпиона изменили ситуацию. Матвей передал доклад о тайной части операции «Пакет», проведенной им в 1988 году, и помог задержать убийцу, подосланного противником.

— Игорь, прекращай встречаться тайком, а то нас заподозрят в смене сексуальной ориентации. Как Варвара? Дети?

— Мне нравится ваше настроение, Матвей Александрович. Варя руководит гламурным журналом. Сын учится в университете, дочь — в гимназии. А менять ориентацию поздновато.

— Давай снова на «ты». К делу.

— «Лилебрур» выкарабкался. По его словам, частная охранная компании Black Forest нашла похороненный тобой «Урал» с биооружием.

— Якобы гражданские с лицензией на убийство? Те, что охраняют объекты США в Афганистане?

— Еще в Ираке, Пакистане и т. д. — от резидентур ЦРУ до посольств. Сотрудничают с Госдепартаментом, министерством обороны и спецслужбами. Выполняют грязные задания. Личный состав из бывших спецназовцев США, Великобритании, Франции, Израиля.

— Статус «Урала»?

— Притащили машину в лагерь возле Баглана. Размышляют, как уточнить содержимое пробирок, кому продать подороже. Признаков распространения заразы нет. Ситуация шаткая.

— Надо спланировать акцию. У конторы есть источники?

— С источниками беда. Зато есть идея.

— Не томи.

— Тебе достанется заглавная роль. Кое-кого из знакомых встретишь. Поедешь со мной?

— Уговорил, речистый.

Рублево-Успенское шоссе раздражало вечными пробками. Перекрывали движение из-за проезда президента и премьера, а также обладателей блатных номеров и мигалок. «Их тачки, гоняя по встречке, скоро сделают движение левосторонним, — ударился в маниловщину ветеран. — Вот бы построить Нью-Москву, отдельную для начальников, без нас — рабов ПДД. Тогда мы им, а они нам не мешали бы. А левостороннее движение сделает VIP-город похожим на Лондон, излюбленный «элитой». Глядишь, и олигархи вернутся на родину»!

А пока сбыча мечт не произошла, тем же мигалочным способом на совещание мчались его участники. В качестве базы избрали резиденцию миллиардера, живущего за границей. Разведка помогла ему заключить крупную сделку в Азии и порой пользовалась фирмами олигарха для оперативного прикрытия.

Свернув в Горках-2 на лесную дорожку, «БМВ» скоро скрылась за шестиметровым забором. Желание новых русских защитить частную собственность вызывало понимание и раздражение одновременно. Впрочем, здесь и в советское время стояла высокая ограда, дабы «трудящиеся» не потревожили заслуженный отдых «слуг народа» и не увидели, как те живут. Ныне изоляция трансформировалась в security, а достаток — в luxury Изначально объект строили как дачу для министра обороны. Имелся подземный бункер, вертолетная площадка, узел связи. Теперь повысили комфорт, модернизировали охрану и телекоммуникации. Бомбоубежище оборудовали новой защитой от химического и биологического оружия, разместили в нем медицинский блок.

Собравшиеся удивились, когда Чудов представил «приглашенного эксперта», поскольку в конторе уже видели некролог с портретом «Алехина М.А. — ветерана, погибшего в схватке бандитами». Воскрешение «покойника» особенно поразило ранее знакомого с ним Макашвили. Матвей с трудом узнал того — из-за двукратного увеличения веса и лысой головы. Грузин занимался обеспечением разведывательных операций. В бурном обсуждении участвовали также шеф оперативного управления и руководитель ОТО. Конструктивность отсутствовала, в основном ругали Алехина, который создал ситуацию, грозящую катастрофой. Согласовали лишь название операции — «Квитанция».

После заседания Чудов отправил Матвея и Макашвили осмотреть место изоляции потенциально зараженных из числа участников предстоящей операции. Их встретила врач Мария Дмитриевна, симпатичная и деловая. Тесный бокс выглядел современно: шлюз с ультрафиолетом и паровым душем, сталь, стекло, электроника, две койки. Впустив гостей внутрь, хозяйка закрыла шлюз и осталась снаружи, наблюдая через окно. Матвей почувствовал первые сигналы клаустрофобии и, умышленно не став с ней бороться, побледнел. С мертвым лицом достал из кармана пробирку, открыл и плеснул жидкость в лицо Макашвили. Затем повалил его, сжал горло. Тот захрипел.

— Сдохнешь в мучениях, сволочь. За оставшиеся часы пожалеешь, что продал биологическое оружие американской мафии.

— Ничего не продавал, никакого оружия, Матвей Александрович! Что вы!

— Эта зараза из машины, что твои друзья-америкосы нашли в Афгане. Я пробирку долго хранил, знал — пригодится.

— Вы тоже погибните. Что вы наделали!

— Я умер, когда Адмирал послал отравить афганцев. Ты не бери на душу грех, покайся.

— Вы сошли с ума, — перешел на визг Макашвили.

— Прилягу, что-то мне плохо. Сердце прихватывает, — Алехин упал на койку.

— Врача! Помогите!

Мария Дмитриевна нажала на кнопку, в шлюзе сработала блокировка, а внутри блока замигала желтая панель «Biohazard». Женщина торопливо натянула пластиковый скафандр и включила переговорное устройство.

— Господин Алехин, что с вами? Что происходит? Ответьте.

— Он облил меня какой-то заразой. У него приступ, — заныл в ответ Макашвили.

— Поставьте ему датчики на грудь. Они над кроватью.

— Меня! Меня спасайте!

— Делайте, что говорят, Макашвили. Мне надо выяснить, чем вас облили. Для этого он нужен в сознании.

Получив кардиограмму, врач приказала соседу по боксу сделать укол Алехину. Тот неумело ввел указанный препарат. Матвей начал приходить в себя и рассказал, что было в пробирке. Мария Дмитриевна ахнула и углубилась в справочный компьютер. Макашвили безуспешно попытался открыть шлюз, затем — напасть на соседа. Получив удар ногой, отступил. Наконец, за окном появился вызванный по тревоге Чудов.

— Что вы наделали, Матвей Александрович?

— Принес образец биооружия и выявил предателя. Можете исследовать заразу на двух пациентах, — пробурчал с койки бывший разведчик.

— Макашвили, что скажете?

— Он врет или сошел с ума.