Мертвое побережье - Сергей Зверев

Поселок все еще окутывала пелена дыма. С горной тропинки было сложно разглядеть, что там происходило. Отсутствие выстрелов еще ничего не означало – неизвестный или, наоборот, известный противник мог действовать бесшумно под прикрытием дыма. Поэтому относительная тишина в отдалении казалась по-настоящему зловещей. Впереди же их ждал пещерный город, где можно было отсидеться некоторое время или по крайней мере до тех пор, пока ситуация вокруг поселка не станет более-менее прогнозируемой. Впрочем, другим важным ограничителем времени являлся запас продуктов. При желании его могло хватить дня на два, не больше. Правда, Абдель предложил ежедневно носить им еду в пещеры, однако Батяня сразу отмел этот вариант как потенциально опасный.

– Обязательно найдется кто-нибудь, кто заметит, что ты каждый день ходишь в горы, – сказал он парню. – Даже если это будут твои односельчане, об этом укрытии можно сразу забыть. О том, что мы в пещерах, будут знать и жук, и жаба. Зачем нам такое убежище?

– Хорошо. Я приду тогда, когда все уляжется, – согласился Абдель.

– Оно, может, и не уляжется так быстро. Но к завтрашнему вечеру неплохо бы было получить от тебя хоть какую-то весть, – сказал майор.

– Обязательно, – заверил юноша.

– Скажи, а туда точно никто из односельчан не ходит?

– Нам старейшина запрещает туда ходить, а другие вряд ли решатся, нужен хороший проводник. Но сейчас почти все мертвы, по крайней мере из числа тех, о ком я знал или слышал.

– Так тебя могут наказать за то, что ты ходил в пещеры? – забеспокоилась журналистка, которая до этого спокойно снимала на камеру окрестности.

– Не накажут. Я что-нибудь придумаю, – небрежно бросил Абдель, будто речь шла о какой-то мелочи.

Дорога становилась все сложнее и сложнее. Юный проводник вел себя совершенно по-взрослому. Он не просто указывал, как надо преодолевать тот или иной участок, а отдавал команды. В иной ситуации ему бы стали возражать, но в этом деле именно он был самым опытным, поэтому его все слушались. Опасные участки были успешно преодолены. Сибил восхищалась опытом и хладнокровием ливийца и снова цеплялась с идеей интервью. Юноша отказывался, а Батяня осуждающе смотрел на англичанку, и та делала вид, будто не замечала его взгляда. Майор хотел выразить свое осуждение в емкой реплике, однако Абдель объявил наконец о прибытии.

Он первым вошел в темноту пещеры.

– Это мы в такой темени сидеть будем? – не удержалась от вопроса Ирина.

– Нет. Там дальше есть галереи, в которые через отверстия сверху попадает солнечный свет, – пояснил Абдель, зажигая припрятанный среди камней факел. Стало немного светлее, но не настолько, чтобы Ирина полностью успокоилась. Вадим включил фонарик, а Сибил попыталась включить камеру и лампу подсветки на ней, но Лавров не разрешил ей это сделать.

– Здесь нет тех, кто бы хотел, чтобы вы их снимали, – напомнил он.

– Какой вы непробиваемый! – возмутилась англичанка.

Батяня оставил ее реплику без комментария, лишь ухмыльнулся, вспоминая свои прежние боевые ранения. «Что ты знаешь о пробиваемости, дорогуша!» – подумал он, по-джентльменски помогая журналистке пристраивать камеру. Та сначала испугалась, ожидая, что десантник что-нибудь учудит, но когда поняла, что это действительно помощь, даже обрадовалась. Лавров же убивал сразу двух зайцев: во-первых, не давал Сибил возможности снимать, во-вторых, представал перед ней в несколько ином свете. Впрочем, второе его заботило мало.

Группа долго шла по галереям пещер. Это был настоящий лабиринт, где с ходу разобраться мог только опытный проводник. Правда, Батяня старался запоминать дорогу. Ливиец довел группу до того места, где бил источник, так что проблем с водой у них не будет. Площадка у ручья оказалась широкой и достаточно хорошо освещенной, как и обещал Абдель.

Еще раз обговорив с русскими ключевые моменты, юноша попрощался и отправился в обратный путь. Все пожелали ему удачи, а Ирина попросила поскорее вернуться с хорошими новостями. Тот улыбнулся в ответ, утвердительно кивнул головой и скрылся в полумраке одной из галерей.

Сибил взялась за камеру и тут же принялась снимать ручей и площадку, где им всем вместе предстояло провести неопределенное количество времени.

– Вас не тошнит? – ехидно спросил у нее Лавров.

– Вы о чем? – недоуменно уточнила та.

– О ваших съемках. Не тошнит от съемок?

– Нет. А вас не тошнит от вашего военного дела?

– Без комментариев, – оборвал разговор Батяня, раскусив очередную уловку Сибил, пытавшуюся использовать ситуацию для взятия интервью.