Экстренное погружение - Сергей Зверев

Тридцатипятитысячетонный «Гепард», слегка покачиваясь, как огромный кит, на воде, время от времени с глухим стуком тыкался своим лобастым носом в стенку полыньи. Постепенно схватывающийся лед грозил заковать в свои цепи даже такую рыбину. И капитан лодки был единственным человеком на борту, знавшим, когда надо бросаться в спасительную глубину.

Большую часть времени, прошедшего с момента ухода четверых, Грубозабойщиков провел на центральном, нервно вышагивая между ЦИПом и приемным компьютером. Он собирался, получив координаты буровой, тотчас погружаться и искать полынью ближе к ней.

Но четверо его сотрудников после первого сеанса связи замолчали. Прошло три часа. Капитан терялся в догадках. Нашли ли они буровую? Или их замерзающие останки заносит в эту минуту бушующим снегом?

Грубозабойщиков представлял себе, какие трудности ждут ушедших во тьму. Как не обморозиться от встречного ветра на пятидесятиградусном морозе. Как избежать ледовой купели или, если сумеют выбраться, не превратиться в сосульку… Как переправиться через па-рящее на морозе километровое разводье, забитое кашей из снега и мелких ледяных обломков.

Неизвестно.

Первым его импульсивным движением, когда потерялась связь, было послать еще одну партию вслед за ними. Но затем он остановил себя – слишком рискованно. Ждать – единственное, что ему оставалось.

«Гепард» затаился в ожидании. Грубозабойщиков большую часть времени проводил в центральном, не отрывая глаз от экранов радаров. Ноги его затекли, и тело болело, как после долгой езды в автомобиле, но он не собирался уходить.

Полночи они простояли, прислушиваясь к сигналам в радиостанции и звукам снаружи.

Командир спал урывками на кушетке в комнате отдыха, приказав тут же разбудить его, как только появится связь.

С наступлением утра он почувствовал, как тяжело ему дается внешнее спокойствие. Ему с трудом удавалось сдерживать себя. Каждую секунду при малейших оплошностях кого-либо из личного состава он был готов сорваться и закричать. Капитан так измучился, что был готов отдать приказ на погружение, наплевав на сломанный ледомер. Если погрузиться, есть надежда найти полынью поближе и оттуда снова начать поиски.

Однако вскоре после обеда пришло долгожданное сообщение.

– Есть сигнал, – доложил акустик.

– Наконец-то, – капитан облегченно вздохнул. После напряженного ожидания последних часов это было радостное известие.

Он перешагнул порог центрального и подошел к ЦИПу.

– Что слышно?

Борисов был готов к этому вопросу – капитан задавал его каждые полчаса с самого утра.

– Они пытаются работать на своих частотах, но и у них это не получается.

Командир ударил кулаком по столу.

– Значит, у них проблемы с рацией?

– Значит, так.

Командир принялся мерить шагами центральный.

– Что они предпримут в этом случае? – попытался поставить себя на место ушедших Ревунков. – Попытаются пробиться обратно за подмогой?

– Вполне возможно. – Капитан не дал ему закончить, понимая, что в прозвучавших словах заключен скрытый укор ему. – Включите все прожектора и через каждые пять минут пускайте сигнальные ракеты.

– Есть пускать ракеты, – вытянулся Ревунков.

– Да помощнее… Их должны видеть на том краю океана.

Ревунков отдал приказ на подготовку сигнальной пушки.

Капитан зашел в акустическую, покосился на гидродинамический контур льда, изображенный на дисплее. Из динамиков не слышалось ничего, кроме бесконечных шумов бурана. Вернувшись на центральный, он решил, что было бы целесообразно добавить еще и звук.