Брат-2. Америка, бойся русских - Владимир Колычев

Ольга не просто умела целоваться. Она получала от этого удовольствие. Вошла в экстаз. И запустила руку ему в плавки. Никита чуть под воду не ушел от неожиданности. Хорошо, что одной рукой держался за катамаран.

Она заставила его на время забыть об Альбине. Шаловливой ручкой погладила его затвердевший корень. Сейчас Никита мог бы захлебнуться от острого наслаждения. А оно становилось все острей и острей…

Никита вдруг представил на месте Ольги Альбину. И тут же в плавках что-то взорвалось… Но Ольга не унималась. Продолжала терзать его помягчевшее достоинство… Только ему от этого уже не было никакого удовольствия. И только какая-то досада на душе…

Он оторвался от Ольги, набрал в легкие побольше воздуха и ушел под воду. Вынырнул на другой стороне от катамарана. Влез на него. Обозрел пространство вокруг себя — лодки с Альбиной уже не было.

Слишком хорошо ему было с Ольгой — даже не заметил, как Альбина исчезла. Хорошо. Было. Хорошо было. А сейчас ему не очень хорошо. И на Ольгу смотреть совсем не хочется. Зато она смотрит на него так, как будто он обязан на ней жениться.

Не глядя на нее, он опустился на сиденье, поставил ноги на педали. Ольга тоже заняла свое место.

— Сама не знаю, как все получилось, — виновато сказала она. — Мне вообще целоваться противопоказано. Голову теряю…

Они взяли курс к берегу. Какое-то время плыли молча. Первой заговорила Ольга:

— Я знаю, почему та девчонка злится и дразнится… Она в тебя влюбилась… А знаешь, почему?.. Потому что ты красивый. Сильный. Мужественный… Сколько тебе лет?..

— Восемнадцать…

— А выглядишь старше… Тело у тебя крепкое…

Она положила руку ему на грудь.

— Мышцы литые… Ты культуризмом занимаешься?..

— Немного… А вообще боксом…

— Пресс у тебя накачан…

Ее рука опускалась все ниже и ниже.

— И руки у тебя мускулистые…

Только почему-то ее ладонь легла на колено. Поползла выше, выше. А в плавках все тверже, тверже…

Крик чаек, плеск волны, жаркое дыхание блондинки, ее волнующие прикосновения… Никита снова прибалдел. И снова начал забывать об Альбине.

Но она сама напомнила о себе. Ольга положила руку на плавки. И в это время в тишине послышался шум мотора. Мотор взревел и замер, лодка подплыла к ним уже с заглушенным двигателем. Остановилась впритык с катамараном.

Никита повернул голову. И увидел Альбину. В ее глазах блистала ревность и злость. А в руках она держала какой-то красный баллон с раструбом.

— Отдыхаешь, да? — крикнула она. — На солнышке с девчонками греешься, да?.. Пожар в плавках, да?.. Ничего, сейчас мы его потушим!..

Он уже понял, что это за баллон. И догадался, зачем Альбина скручивает кран.

— Эй, что ты делаешь? Не надо!.. Но она его не слушала. Белая пена под напором хлынула на него.

— А-а! — взвизгнула Ольга.

Ей тоже досталось. Альбина потушила пожар и внутри ее…

— Так тебе! Так!.. — приговаривала она.

Парень на корме громко смеялся. По лбу ему настучать… Жаль, не мог Никита глянуть на его наглую морду. Все лицо в пене, глаза открыть невозможно…

Ольга нырнула первой, Никита за ней. Спрыгнул с катамарана с противоположного от Альбины борта.

Глубоко ушел под воду, смыл с себя пену. Когда вынырнул, моторка уже уходила. Альбина сидела на носу и злорадно улыбалась. Бестия…