Легальный нелегал - Сергей Зверев

Светло-кремовый из тонкого льна костюм, который пришлось надеть по случаю официального визита в посольство Соединенных Штатов Америки в Ла-Пуэрто, не спасал от жары. Денек выдался знойным. Чуть ослабив стильный шелковый галстук, чтобы было легче дышать, Алекс Бэр включил сигнализацию своей «Вольво» и пружинистым шагом направился к высоким, из металлических прутьев воротам, около которых дежурил морской пехотинец в камуфлированной форме. Бедняге приходилось не слаще – тень в этом месте появлялась только во второй половине дня, а до этого момента единственной защитой от беспощадных солнечных лучей служили берет и темные очки.

Поравнявшись с воротами, Алекс достал свои документы и дружески поприветствовал «соотечественника». Ответом послужила измученная дежурная улыбка. Оглядев посетителя с ног до головы, охранник принялся внимательно изучать бумаги, в которых значилось, что высокий, атлетически сложенный мужчина с белозубой улыбкой, предъявивший их, не кто иной, как Сэмюэль Смит – представитель «Ройал Транс Ойл Компани» и гражданин США. Не найдя ничего подозрительного (в ЦРУ всегда тщательно относились к изготовлению документов для своих сотрудников, а Бэр считался одним из лучших), секьюрити отдал честь, предупредил кого-то по рации и пропустил агента на территорию.

Короткая асфальтированная аллея с ровными рядами молодых пальм, торчащих по обеим сторонам из газонной травки, вела в неширокую арку, в которой расположился второй морпех. Он оказался явно удачливее своего напарника, поскольку имел возможность укрыться в тени каменных стен здания, в котором размещалась американская дипломатическая миссия. Оттого и настроение у него было позадорнее. Отказавшись от услуг провожатого, которого тот собирался вызвать, Алекс прошел во внутренний двор и огляделся. Старое трехэтажное здание в виде почти правильного квадрата ограничивало крупную открытую площадку, в центре которой плескался невысокий фонтанчик. Входов внутрь было несколько, и все они были плотно закрыты. Причиной тому служили десятки кондиционеров, уродливыми ящиками торчавшие из темных каменных стен рядом с узенькими окнами. Отыскав без труда нужный подъезд, Стерх с легкостью взбежал по ступенькам мимо позевывающих от скуки постовых.

Вопреки обыкновению, военный атташе Оливер Бэнтон встретил его не в своем кабинете, а предпочел прогуляться с ним по коридору до широкого холла, уставленного кадками с тропическими растениями, отчего тот сильно смахивал на дендрариум. По пути они обменялись парой вежливых фраз, а заодно и обсудили дело.

– Скажите, Сэм, – дипломат знал о том, что перед ним никакой не бизнесмен, а самый настоящий резидент Центрального разведывательного управления, но настоящее имя собеседника ему было неизвестно (как, впрочем, и самим церэушникам). – Вы в курсе той шумихи, что за последние дни снова стала раздувать местная пресса?

– Вокруг русского умельца? Да, я слышал. Это может помешать нашим планам.

– Вы правы, – Бэнтон указал спутнику дорогу, пропустив его вперед в суживающемся переходе. – Руководство посчитало точно так же. И в связи с этим настаивает на сокращении сроков операции.

– И много нам оставлено времени?

– Самолет должен вылететь через три дня. С этим тоже есть проблемы – едва удалось уломать местные власти. Мне кажется, они начали догадываться о задачах нашего «Геркулеса». Поэтому о переносе сроков отправления думать не приходится. Хорошо, если в оговоренное время выпустят.

Алекс философски заметил:

– В нашей работе всегда лучше иметь строгие временные рамки. Это мобилизует.

– Вам виднее, конечно. Придется постараться, чтобы уговорить изобретателя за трое суток. На случай каких-либо накладок наверху утвердили план «Б».

Бэр обернулся к атташе и прищурил голубые глаза:

– Силовая акция? Они ее одобрили?

Оливер Бэнтон, бывший военный летчик, кивнул седой головой и предложил:

– Давайте будем называть вещи своими именами, Сэм. Крайний вариант – выкрасть объект.

– Только и всего?

Беззаботный тон агента несколько обескуражил атташе. С назидательным видом человека, которому постоянно приходится нести ответственность за беспечность других, он сообщил наконец о цели своей прогулки по темноватым коридорам посольства: