Героям не место в застенках - Сергей Зверев

Нервно барабаня пальцами по рулю угнанного автобуса, Петр Круглов еще раз посмотрел на часы и подумал, что европейская пунктуальность литовцев, как и их страсть к порядку всегда и во всем, пришлись на этот раз как нельзя кстати. Накануне разведчики купили в магазине радиоэлектроники портативные детские передатчики. Радиус действия у них был небольшой, но его вполне хватало, чтобы поддерживать друг с другом устойчивую связь. Только что Демидов сообщил, что «птичка вылетела». Это означало, что позвонивший вчера Зданявичюс не подвел и машина, в которой везли Бузько, выехала со двора СИЗО. По всем расчетам через двадцать минут она должна пересечь перекресток улицы Райзмана и переулка Боршкиса.

Автобус «Скания», который должен был сыграть в операции одну из ключевых ролей, Петро присмотрел несколькими днями раньше. Разведчику вполне хватило времени, чтобы выяснить распорядок дня владельца автобуса. Тот выезжал на маршрут ровно в половине шестого утра. И ровно в половине одиннадцатого приезжал на обед. Целый час автобус стоял на площадке перед домом безо всякого присмотра. Банальный пинок по колесу показал, что противоугонной системы на нем нет. Все остальное было делом минуты.

Полчаса назад, едва водитель скрылся в подъезде своего дома, Круглов равнодушно подошел к «Скании», затем, воровато оглянувшись, быстро отжал одну из половинок средней двери и, несмотря на свою внушительную комплекцию, ловко протиснулся в образовавшуюся щель. Проползя по салону на карачках, чтобы его не было видно с улицы, Петр добрался до водительского места. Достав из нагрудного кармана рацию, он, чертыхаясь и кляня всех китайских производителей на свете, какое-то время возился с ней, пытаясь заставить работать.

– Полдела сделано, – тихо проговорил он в микрофон.

– Молодец, давай на исходную, – ответил ему искаженный помехами голос Купца.

Маршрут, по которому Круглов должен был выбраться в переулок Боршкиса, он еще раньше несколько раз прошел пешком, запоминая все въезды во дворы, дорожные знаки, пересечения улиц и даже мелкие выбоинки на дороге. Так что добраться до нужного перекрестка мог бы с закрытыми глазами. Остановившись на обочине, Круглов нажал кнопку «аварийки», выставил предупреждающий знак и задрал капот, показывая всем, что он сломался. Переулок был узким, с односторонним движением. Автобус занимал чуть ли не всю проезжую часть. Немногочисленные водители, которые пытались протиснуться между бортом «Скании» и домами, громко матерились по-литовски.

Взглянув еще раз на часы, Круглов увидел, что до времени «Ч» оставалась ровно минута. «Ну, Петя, с богом», – мысленно напутствовал себя Круглов. Вслух он наконец-то с огромным удовольствием обматерил очередного водителя, который впритык протискивался мимо автобуса.

– Да пошел ты, лабус гребаный, – прокричал Петро, выжимая одновременно газ и сцепление и с хрустом врубая передачу. Колеса тяжелого автобуса с визгом пробуксовали по асфальту, оставляя на нем черные полосы, и машина с ревом выскочила на перекресток. Только в последнее мгновение Петр понял, что он не рассчитал время и выехал несколько позднее, чем это планировалось. Автозак уже начал проезжать перекресток. Тяжелая двадцатитонная «Скания» с грохотом и скрежетом протаранила передок автозака, отшвырнув его на несколько метров. Он развернулся на девяносто градусов на встречной полосе и полностью перекрыл движение по улице Райзмана. Эта оплошность имела только одно положительное последствие: беспокоиться о том, что водитель сейчас выскочит и начнет скандалить, не было необходимости. Молоденький парнишка в темно-синей форме сидел, уткнувшись окровавленной головой в руль. Рядом с ним копошился, пытаясь выбраться из кабины, старший конвоя, такой же молодой парень, весь перепачканный кровью.