Идеальное погружение - Сергей Зверев

Я сказал с придыханием:

— Штирлиц?

— Нет, к армии и спецслужбам она имеет такое же отношение, как чай «Гринфилд» к Великобритании. Ее зовут Марина Павлова. Она неплохо владеет английским языком, некоторое время работала в головном институте, а именно в лаборатории Иванцова и помогала в его научных изысканиях. Так что она в курсе, как все это должно выглядеть.

— А зачем вторая?

— Вторую зовут Инга. Она неплохой переводчик, владеет тремя иностранными языками и может пригодиться при выполнении этой сложной миссии.

— Кого из моих ребят вы привезли на Филиппины?

Горчаков присаживается на лавку, вытаскивает из пачки сигарету.

— Твоего заместителя — Устюжанина, Михаила Жука и Игоря Фурцева.

Ну, хоть с коллегами повезло. Все трое — опытные, многократно проверенные в деле ребята. Жук — капитан третьего ранга, капитан-лейтенант Фурцев давно уже не новичок в нашем деле. А Георгий Устюжанин — один из ветеранов «Фрегата» и не только является моим заместителем. Он мой однокашник и лучший друг.

Что ж, с такой компанией можно попытаться сделать невозможное. К тому же после знаменательной битвы на крыше магазинчика, случившейся накануне вечером, мне лучше исчезнуть из Манилы на пару недель. Ведь после того, как один из нападавших поджарился на проводах, полиция меня быстро не отпустит. Если, конечно, вычислит и арестует.

Перед тем как распрощаться, шеф снабдил меня наличными деньгами, банковской картой с приличной суммой и сказал:

— Запомни, все члены твоей команды, включая двух девушек, находятся на Филиппинах в качестве частных лиц. Вы — обычные туристы, приехавшие на три недели отдохнуть, позагорать и получить драйв от подводных прогулок в прибрежной зоне у острова Катандуанес. Все документы, включая туристическую визу, в порядке. Тем не менее постарайтесь избегать контактов с местными властями и населением. Для связи я снабдил твоих товарищей аппаратом спутниковой связи. Кстати, связь в крайних случаях, исключительно со мной и только по тому номеру, с которого я позвонил в четыре утра.

— Вы останетесь в Маниле?

— Да, я прикомандирован к российскому посольству на улице Acacia Road и, по крайней мере, на первую неделю останусь там. А теперь ступай в отель, позавтракай, собери вещи и поезжай на пассажирский причал «Manila Bay». Твои лучшие друзья и арендованный катер под названием «Миллениум» уже там…

* * *

К причалу «Manila Bay» я подъезжаю на такси около девяти утра. Солнце уже висело довольно высоко, прогревая воздух, асфальт и кирпичные строения до некомфортной температуры.

Взвалив на плечо тяжелую сумку с пожитками, прогуливаюсь вдоль пирсов в поисках катера «Миллениум». Таковой отыскался на самой оконечности третьего пирса. Это круизная моторная яхта длиной пятнадцать метров и сухим весом около двенадцати тонн. Добротное современное судно, оснащенное двумя мощными двигателями, современным радионавигационным оборудованием, хорошим запасом топлива и пресной воды.

Подойдя ближе, замечаю сидящих на кокпите товарищей.

— Привет, гвардия! — восклицаю я и кидаю через борт сумку.

Узнав меня и поймав сумку, парни подскакивают, с радостными возгласами бросаются навстречу. Следуют рукопожатия, обнимания, все радуются так, словно мы не виделись несколько лет. На самом же деле с момента последней встречи прошло не более десяти дней…

Выплеснув эмоции, мы устраиваемся на мягких диванах кокпита под уютным козырьком флайбриджа. На столике тут же появляется бутылка хорошего вискаря и дюжина банок холодного пива — парни ждали меня и успели затариться всем необходимым в ближайшем маркете.

Из салона для знакомства со мной подтягиваются две девицы. Обе — глаз не оторвать. Молоденькие, длинноногие, стройные, с распущенными волосами. Этакие не успевшие загореть русалки в крохотных купальниках.

— Инга, — представляется блондинка.

— Марина, — протягивает руку брюнетка.

Да, про «потрясающую красоту» Горчаков не преувеличил. Марина — весьма привлекательная особа.

Пожимаю хрупкую ладошку:

— Евгений. Очень рад.

— Присаживайтесь, — уступает свое место молодой Фурцев.

Девчонки располагаются на диванчике, мы пьем за знакомство и встречу, после чего я отправляю в капитанское кресло Мишу Жука и даю команду к отходу.

— Скажите, а там, куда мы поплывем, есть сотовая связь? — интересуется Марина.

— Нет, — уверенно отвечаю, припомнив об «информационной блокаде» профессора Иванцова.

— В таком случае можете подождать пару минут, — говорит она и бежит в салон за мобильником. — Мне нужно позвонить…

Набрав чей-то номер, поднимается на пирс. Ее приглушенного голоса мы не слышим, однако по тому, как девушка волнуется, расхаживая поперек причала, становится понятно, что звонок для нее важен.

— У Марины сын заболел, — шепчет Инга. — В больнице лежит…

Понятно. Это серьезный вопрос. Можно и повременить с отходом. Пока темноволосая девушка мечется по пирсу, мы потягиваем холодное пиво.

— У тебя тоже муж и дети? — прерываю образовавшуюся паузу.

— Ни того, ни другого. Сейчас детей рожать — только нищету плодить, — тоном мудрого человека отвечает Инга и бросает окурок в пустую пивную банку. Окурок пшикает и затухает. — Кстати, Маринка тоже не замужем. Так что не теряйся.

Произнеся последнюю фразу, она почему-то подмигивает именно мне. Странно…

Минут через пять команда в сборе. Двигатели выходят на повышенные обороты, вода за кормой вспенивается и приходит в движение; Фурцев отвязывает от «уток» швартовые концы, отталкивается от пирса.

«Миллениум» медленно идет к выходу из «Manila Bay»…

* * *

Михаил управляет катером. На приборной доске лежит та самая карта, с помощью которой Горчаков объяснял мне подробности эвакуации доктора Иванцова. Карта куплена генералом в обычном ларьке, не имеет сделанных от руки пометок и не представляет собой компромата. Все контрольные точки и маршрут следования «Белозерска» остаются в моей голове. Я назвал Михаилу координаты первой точки, и он держит нужный курс, легко управляясь со штурвалом…

К сожалению, профессия боевого пловца уникальна. Никто из моих парней не имеет чисто гражданской специальности, но запросто задерживает дыхание на четыре минуты. Каждый боевой пловец из «Фрегата» знает все, что касается снаряжения и дыхательных аппаратов — как отечественных, так и зарубежных. Они допускают кучу ошибок при написании рапортов, зато лаконично и с завидной точностью изложат устные отчеты о проделанной работе на глубине. Они несведущи в двигателях современных автомобилей, но с легкостью управляют разнообразными судами и подводными лодками любых классов. Они никогда не занимались наукой, но расскажут о растительном и животном мире морей и океанов лучше ихтиолога с ученой степенью. Единственные профессионалы, с которыми моих парней корректно сравнивать по сложности выполняемых задач, это разведывательно-диверсионные группы спецназа. Их тоже готовят и натаскивают по нескольку лет; им тоже приходится скрытно работать в отрыве от основных сил, и они тоже ежеминутно рискуют жизнью, находясь в тылу врага. Разница состоит лишь в том, что бойцов элитного сухопутного спецназа в разы больше, чем боевых пловцов. Нас после реорганизации и «продуманных» реформ на всю необъятную Федерацию осталось не более двухсот человек. Это тоже один из парадоксов нашей великой страны: длина сухопутных границ составляет двадцать две тысячи километров, а морских почти сорок. Однако людей, способных обезвредить непрошеных гостей со стороны морей и океанов, ничтожно мало.