Идеальное погружение - Сергей Зверев

Филиппинское море;

акватория юго-восточнее острова Катандуанес.

Настоящее время

Острый мыс остался позади. Уходящая на север береговая линия острова Катандуанес все еще «нависала» над левым бортом. Тем не менее до выхода из двенадцатимильной зоны остается не так уж много. Строго впереди по курсу ярко светило вставшее солнце. Для нас это небольшое преимущество — вооруженным британцам будет сложнее вести прицельный огонь.

Жора с оружием дежурил наверху. Обе имеющиеся у нас трофейные винтовки представляют собой «Type 65» — тайваньскую копию знаменитой М16 с небольшим изменением в газоотводной системе. Подсчитав оставшиеся боеприпасы, мы с другом невесело переглянулись. На два ствола выходило двенадцать патронов. Плюс полтора магазина в моей «беретте». Не разгуляешься.

Спустившись вниз, я проведал филиппинцев. Раненый Висенте бледен, но держится молодцом. Возле него хлопочут Джиан, Инга и Ампаро; девушки промыли рану, сделали перевязку.

Затем я заглянул к Михаилу, копавшемуся в моторном отсеке.

— Как дела, стармех?

— Пока глухо, — поднял он испачканное лицо. — Пулей разбило корпус стартера.

— Надежда есть?

— Попробую разобраться.

— Действуй, Миша. Вся надежда на тебя — катер береговой охраны уже в полутора милях. Еще немного, и мы будем в зоне поражения…

Единственную позитивную новость сообщил Игорь:

— Командир, на экране локатора появилась засветка от крупной надводной цели!

Подлетев к посту управления, вглядываюсь в дисплей морского радиолокатора. Мы неплохо разобрались в настройках и знаем фактическую дальность его действия, составляющую что-то около двадцати четырех миль.

На краю дисплея действительно маячит относительно большая засветка. Фурцев прав: такие засветки дают солидные надводные цели с водоизмещением более семи тысяч тонн. Полное водоизмещение «Пантелеева» семь с половиной тысяч тонн. Значит, это он.

— «Адмирал Пантелеев». Держи курс прямо на него, — приказал я Игорю. — И еще. Настрой станцию на его частоту и постоянно запрашивай. Радисты могут сразу не услышать, но ты запрашивай. Связь с БПК — наше спасение.

— Понял, командир, — кивнул капитан-лейтенант.

* * *

Судя по картинке на дисплее радиолокатора, наш катер покинул двенадцатимильную зону. Надежда на то, что в нейтральных водах британцы оставят нас в покое, была невелика, но и она испарилась в тот миг, когда их быстроходный катер сделал неожиданный маневр. Выведя движки на полную мощность и выдерживая дистанцию метров в двести, его капитан нагнал «Миллениум» и пошел на сближение, подрезая наш курс.

При свете солнца мы сумели сосчитать преследователей. Всего на борту находилось четверо; все с винтовками и пистолетами-пулеметами. Сближаясь, они открыли ураганный огонь одновременно из всех стволов. Пули застучали по бортам, по надстройке, по верхнему мостику. Жора отвечал редкими прицельными выстрелами. Выскочив на кокпит, я выхватил из-за пояса «беретту» и разрядил в наглецов полмагазина. Кому-то из нас повезло: один из британцев согнулся пополам и вывалился за борт.

Проскочив перед носом «Миллениума», быстроходный катер ушел влево и приблизился к патрульному катеру. Тот упрямо шел по пятам, медленно, но верно сокращая дистанцию.

Передышка.

— Что с патронами, Жора?

— Семь штук, — безрадостно докладывает он сверху. — А у тебя?

— Последний магазин.

— Хреново…

Заглядываю в салон. В окнах зияют дыры, на полу мелкие осколки.

— Игорь, ты в норме?

— Да, не задело.

— «Пантелеев» отвечает?

— Молчит.

— Сколько до него?

— Восемнадцать миль.

Уже недалеко. Если забраться на флайбридж и вооружиться биноклем, то легко отыщешь на горизонте его контуры. Почему же он не отвечает? «Миллениум» — относительно небольшое судно; антенны радиосвязи выведены на крышу салона и все равно находятся низковато над уровнем моря. Поверхность воды временами дает значительные помехи, однако дистанция невелика — должны бы услышать…

Мои размышления прерывает голос Михаила.

— Все, командир, хана второму движку, — говорит он, покидая моторный отсек.

— В чем дело?

— Я починил стартер — на один пуск его хватило бы. Но эти суки только что продырявили картер, и вытекло почти все масло. Так что придется и дальше идти на одном.

«Хорошая» новость.

— Поднимайся к Георгию. Разделите патроны и смотрите в оба. Еще один такой наскок, и мы потеряем ход…

* * *

Катер британцев больше к нам не подходит. Вероятно, потеря одного из членов команды отрезвила их и заставила временно воздержаться от решительных действий. Они держатся вблизи патрульного катера, дистанция до которого сократилась до одной мили.

Мы не в курсе, что за пулемет установлен на его верхней турели. Если это аналог нашего крупнокалиберного «Корда», то дальность поражения легкобронированных целей и живой силы находится в пределах 1500–2000 метров. Стало быть, мы уже рискуем заполучить порцию пуль. А пули у подобного оружия бывают очень серьезные. К примеру, российский патрон БС или БС-41 пробивает своей бронебойной «деткой» стальной лист толщиной двадцать миллиметров с дистанции 750 метров. Наш «Миллениум» отнюдь не рассчитан для морских баталий и после первой же очереди превратится в дуршлаг.

До БПК «Адмирал Пантелеев» около двенадцати миль. Игорь постоянно запрашивает его ходовую рубку и пару раз слышит в ответ какие-то хрипы.

— Передавай информацию! — кричу ему. — Доложи о нас и о преследовании вооруженными катерами! Запроси немедленную помощь!..

— Да я постоянно запрашиваю помощь. Лишь бы они услышали, — отвечает Фурцев и снова бубнит в микрофон.

В салоне появляется Джиан. Расстроенная, бледная, испуганная; тонкие пальчики трясутся, голос дрожит.

— Дядя потерял много крови, — теребит она мою ладонь. — Он периодически теряет сознание, бредит…

Обняв девушку за плечи, гляжу в большие, наполненные слезами глаза.

— Мы идем к нашему военному кораблю, Джиан, нужно немного потерпеть. Все будет нормально: там хороший корабельный врач, оборудованный медицинский блок и полный набор медикаментозных препаратов. А сейчас возьми это, — вынимаю из холодильника последнюю бутылку виски.

— Зачем?

— Крепкий алкоголь в России часто используют в качестве сильнодействующего средства. Пусть Висенте немного примет. И вы с Ампаро выпейте по паре глотков — лишним не будет…