Дом потерянных душ - Марина Комарова

Табан нахмурился. Что-то прозвучавшее в голосе Тамилы заставило его насторожиться. Жёсткое, решительное и отстранённо-бунтарское. Обстановка накалилась до предела. Он вдруг понял, что сейчас она действительно может уйти.

– Я жду ваших распоряжений, – предельно ровным и спокойным голосом произнесла она.

А про себя сама же криво улыбнулась. Да уж, смелая стала, дерзкая. Но порой надо показать острые зубы, чтобы не пытались искусать тебя. Табана всегда это останавливало, так как свою зарплату она всегда честно отрабатывала.

Начальник неожиданно опустил плечи и резко махнул рукой:

– Сама занимайся. У меня департамент и это… Иди сюда, короче. У меня тут с программой проблемы.

Тамила смотрела на него, как настороженный зверёк, готовый в любую минуту кинуться и впиться в горло, но, кажется… и впрямь всё прошло. Подействовало, да. Табан не рискует доводить её до белого каления. Порой кажется, что чего-то побаивается.

Она подошла к компьютеру начальника. Табан нетерпеливо указал на своё место:

– Садись, я подожду.

Тамила послушалась. Уселась и положила руку на мышку. Да уж, вот это техника. Да и стол стоит столько, что можно лишь мечтать. Только бардак на нём постоянный, извечно некоторые… табанят все документы.

Она клацнула на нужную вкладку, но внезапно оказалась на каком-то непонятном сайте. Как раз из рода тех, где мигали рекламные баннеры, пестрели вызывающие заголовки, зазывая сделать переход на другие веб-страницы. Тамила попыталась закрыть его, однако стрелка мышки превратилась в миниатюрные песочные часы, а на весь экран вдруг раскрылась вкладка с фотороботом какой-то женщины.

«Киднеппинг сегодня – обычное дело?» – прочла она заголовок.

Далее шла статья, но её Тамила уже не заметила. Внутри вдруг всё похолодело, как заворожённая, она смотрела на монитор. Фоторобот всегда отвратительного качества, так что толком рассмотреть мало что получилось: тёмные глаза, длинный нос, большой рот. Но казалось, что она смотрела прямо на Тамилу.

По монитору вдруг пробежала рябь, рот женщины дёрнулся, будто она собиралась что-то сказать. Черты лица искривились, лицо смазалось грязно-белым пятном, но глаза продолжали смотреть, вынимая душу.

В горле Тамилы появился горячий тяжёлый ком, а внутренности сдавил железный обруч ужаса.

Тёмные глаза глянули прямо на неё, обнажились кривые зубы в жуткой усмешке. Рука с длинными изогнутыми ногтями дрогнула и потянулась вперёд. Ещё чуть-чуть – и пробьёт монитор, и окажется прямо возле лица.

Не отдавая себе отчета, Тамила резко опустила руку и нажала на кнопку перезагрузки.

Тихий щелчок отрезвил, развеяв накативший вязкой волной нахлынувший ужас. Воздух пошёл в лёгкие, она только сейчас сообразила, что не дышала, пока смотрела на монитор.

– Соловей, ты чего? – подозрительно спросил Виктор Евгеньевич, за это время на удивление не проронивший ни слова.

– Комп… – голос предательски сорвался. Тамила прокашлялась и повторила более уверенно: – Компьютер у вас уже плохо работает. Надо новый брать, Виктор Евгеньевич.

Надо же, получилось сказать почти убедительно. Только вот, кажется, ей совсем не поверили. Табан смотрел, подозрительно прищурившись. Но потом выдохнул и кивнул:

– Да, ты права, давно пора. Так звать программиста?

Тамила покачала головой:

– Сейчас справимся, но в следующий раз – не знаю.

Её мысли были далеко от начальника с его дурацкой техникой. Перед глазами по-прежнему стояло жуткое лицо, и она готова была поклясться, что это был не просто фоторобот.

Дальнейшая настройка программы прошла в полной тишине. Уже когда Тамила выходила из кабинета, Табан вдруг окликнул её.

– Что? – обернулась она, удерживая дверь.

Тяжёлая, зараза. Это, видимо, для неугодных заказчиков. Чуть прохлопал ушами – бац! – получил дверью по затылку. Ну или для подчинённых. Это как пойдёт.

– Ты это… не обижайся на меня, – вдруг выдал Виктор Евгеньевич, чем неслабо озадачил, потому что подобных слов от него сотрудники почти не слышали. – Сама понимаешь, департамент… Ну и всё остальное.

– Понимаю, – кивнула Тамила. – Могу идти?

– Иди. – Табан вдруг снова стал хмурым, словно решил, что слишком долго пребывал в человеческом облике. – Иди уже, работы полно.

Передышка закончилась. Почти бегом пришлось нестись назад, в свой кабинет. Слова Виктора Евгеньевича несколько отвлекли от ужаса увиденного, оставив его где-то глубоко внутри. Приглушили, но не уничтожили полностью.

Когда Тамила вернулась, подрядчик был на месте, однако, посмотрел на неё так, словно она сделала что-то непростительное.

– Я думал, вы не вернётесь.

– Вернулась, – хмыкнула Тамила. – Я всегда возвращаюсь, если обещала.

После разговора с начальником любой клиент казался беззубой собачонкой, поэтому нервничать она больше не собиралась. Собрала бумаги, ловко засунула в папку и вручила подрядчику.

– Я это не принимаю, сделайте правильно и привозите завтра.

Тот вспыхнул, сделал шумный вдох, но Тамила не дала ему рта раскрыть.

– Переделать, – четко выговорила она. – Иначе приду с проверкой.

В кармане тут же запиликал мобильный. Напуганный подрядчик сразу сник и кивнул:

– Как скажете, Тамила Владимировна.

От Корженевской пришла эсэмэска, в которой подруга напоминала, что завтра нужно не опоздать на семинар, иначе их попросту не пустят. Тамила поклялась себе, что ни за что не забудет поставить будильник на нужное время, и спрятала телефон.

Собственный компьютер всё же пришлось передавать в руки программистов. Стопка бумаг уже была разделена на две части. Однако работа снова застопорилась. Почему-то казалось, что стоит лишь перевернуть документ, как на следующей странице она встретится глазами со страшной незнакомкой и услышит леденящий душу голос:

– Ты ушла от меня, глупая. Вот видишь, теперь приходится искать замену.

Почему именно это?