Большая книга ужасов – 67 (сборник) - Евгений Некрасов

– Не спеши так, мы окружены! – Я только выдернула руку, и Мелкий тут же скрылся в дыму. Я – за ним.

Деревья вокруг быстро обволакивал черный дым. Падали он был только на руку. Ее не отравишь угарным газом, она боится только огня. Зато в дыму ее не видно.

– Мелкий, подожди! – Я втянула носом воздух, но только поперхнулась запахом гари. Он же не мог убежать далеко, я быстрее!

Я вытянула вперед свободную руку и бежала, пока не наткнулась на что-то мягкое. Оно развернулось и с силой вцепилось мне в шею. Я успела подумать, что Мелкий бы так не смог.

* * *

Я видела ее глаза. Ничего не красные, враки. Зеленые, человеческие, только чуть мутноватые, как у туши на мясном рынке. Падаль крепко держала меня за горло, даже не боясь факела в моей руке. Она была ниже меня на голову и младше на год.

– Ты ведь жалела меня?

Я кивнула. Алла сдавила мне горло, так что говорить я не могла. Дышать – тоже не очень. Ну и хватка! Что делает с Падалью кровь человеческая. Зверем я бы, может, и справилась с ней, я старше и опытнее, но теперь… Она держала меня за горло на вытянутой руке, а я только хватала ртом воздух.

Нос щекотали запахи гари и падали, но тот последний исходил не от Аллы. Сытый вампир не пахнет. Небось, полдороги за нами шла. Возможно, это ее видел Мелкий, но сбился с пути и выскочил на нас. Везунчик! Везунчик, как все дураки. Ее пальцы сжимались сильнее, и у меня перед глазами расплывалось ее детское лицо, наполовину прикрытое серым капюшоном толстовки.

– А не надо было жалеть! На что мне твоя жалость? Мне очень повезло, я встретила своих, как и ты! Я теперь совершенно никого не боюсь. И где же твой дедушка, старый пес? Что ж он тебя раньше-то не хотел видеть?

Точно за нами шла! Падаль! Я ударила. Слабо. Плохо жить в человеческой шкуре. Алла чуть отклонилась от огня и усилила хватку.

– Скажи, Ирочка, если вампир на оборотня нападет, кто кого заборет?

Дура малолетняя! Я вцепилась в ее руку и попыталась отодрать, но та как будто вросла в мое горло. Теоретически, такие, как я, Падали в пищу не годятся. Мы, типа, звери, а им подавай людей. Я тоже падали не ем. Две недели – куда ни шло, если хранится правильно, а некоторым, говорят, за тысячу лет перевалило. Фу! …И уж, конечно, вампир не станет оборотнем, если укусить, потому что зверь должен быть как минимум жив. Жив…

Перед глазами поплыл лес, освещенный оранжевым пламенем, белый дым и лицо, спрятанное внутри черного капюшона. Я не могла дышать. Я подумала, что расскажи я Психологичке такой финал, она бы поставила меня на учет и выписала гору таблеток. Когда теряешь сознание, в голову приходят самые дурацкие мысли.

Очнулась я от боли в ребрах и воплей Мелкого. Он лупил меня ногами по бокам и орал: «Вставай!» Я открыла глаза. Мелкий прыгал вокруг меня, размахивая двумя факелами, а за спиной его катался огненный шар и выл так, что у меня желудок сжимался.

– Вставай! – Мелкий опять пнул меня под ребра, на этот раз ощутимо. Я вскочила и дала ему затрещину:

– Спасибо, что спас.

– Пожалуйста. Бежим! – Он сунул мне факел и побежал вперед.

Огненный шар на земле взвыл еще раз и затих. Пламя с него перекинулось на низкую ветку сосны, и та весело заполыхала. Алла, точнее, то, что от нее осталось, лежала, скрючившись в позе боксера, подобрав кулаки к лицу, будто закрывается от удара. Наверное, это ужасно, но мне стало легче от этого зрелища.

– Ирка! – Мелкий кричал откуда-то издалека. Я побежала на голос. За спиной трещал огонь. Я кашляла и просила про себя, чтобы Мелкий не молчал, иначе я его не найду. Попросить вслух у меня уже не хватало дыхания. Мокрую тряпку я где-то потеряла. Надо бы остановиться и оторвать от штанов новую, но я боялась.

* * *

Ноздри буквально забило запахом гари. Я плохо видела и совсем не чувствовала запахов. И не соображала ни черта. Бежала на голос Мелкого, пока с разгону не покатилась в канаву и опять не наткнулась на мягкое.

– Мелкий? – Я ткнулась лицом в серые тряпки, они шевельнулись и отпихнули меня с такой силищей, что я отлетела на пару шагов, и только тогда увидела.

Падаль. На земле, лицом вниз. Она странно шевелилась, не поворачиваясь ко мне лицом. А рук у нее было явно больше, чем положено.

– Мелкий! – с размаху я двинула факелом, и серый засаленный капюшон радостно занялся.

Мелкий был здесь. Он трепыхался под этой горящей тушей, я боялась, что огонь перекинется на него, а все равно не могла остановиться, лупила и лупила факелом грязноватые серые одежды.

Падаль взвыла и, наконец, показала свое лицо. В ободке огня было не понять, кто там: мужчина или женщина, молодой или старый, но он хотя бы оторвался от Мелкого. И тогда я врезала сильнее и еще добавила с ноги, чтобы этот в огне откатился подальше.

Он рухнул в двух шагах от Мелкого, он катался и выл. А Мелкий так и остался лежать.

– Живой? – Я подхватила его на плечо и потащила прочь.

Легкий, как щенок.

– Добей, Ирка! – Живой! – Ты сильная, я-то знаю. Добей, пока я тебя не убил!

Мелкий, тяжело дыша, болтался у меня за спиной. А я ни черта не соображала, только радовалась: живой!

– Когда успел-то?

– Он прямо на меня выскочил! Добей меня и беги!. А не то я сейчас…

– Не льсти себе.

Мелкий глупил. Оборачиваться он будет долго, несколько суток, с жуткими болями. Если будет, конечно. В разных мифах по-разному описывают, как это происходит. В некоторых случаях не происходит вообще. И уж точно никто не вскакивает сразу и не бросается на людей. Разве только в кино.

– Мелкий, а ты крещеный?

– Не знаю… Сказано тебе: добей!

– Дед добьет. Если увидит.

За спиной еще выла горящая Падаль. Я поудобнее взвалила Мелкого на плечи и побежала.

* * *

За спиной хрустели ветки и трещал огонь. Я думала: как с одной канистры так поджечь лес, чтобы в дыму не было видно собственных ног? Еще я думала о Мелком. Он был легкий, как будто пустой внутри, и совсем ничем не пах, но это скорее оттого, что у меня ноздри забиты гарью.

Сзади грохнуло. Канистру, что ли, разорвало? Или мне не показалось, и дед в чужом гараже в самом деле нашел патроны и теперь бросает в огонь? Ветки затрещали за спиной быстрее и громче. Может, эти у леса наконец поймут, что здесь опасно, и свалят подальше?

С этими мыслями я выскочила к самому палаточному городку.

* * *

Никто не спал. У костров сидели ребята и таращились на дым из леса. Взрослые сновали туда-сюда, прижимая к уху телефоны. Я выловила Наташу и свалила к ее ногам Мелкого.

– Вы откуда?! Что с ним?!

– Большая потеря крови и угарный газ. «Скорую» зови и постарайся, чтобы все поскорее отсюда убрались.