В финале Джон умрет - Дэвид Вонг

Как только мы скрылись из виду, Джон взял Крисси за плечи, развернул к себе и поднял руку с дымящейся сигаретой.

— Мисс, видите это? Если будете молчать, я вас обожгу.

Нет ответа.

— Мэм, — заговорил я, — на вашем месте я бы его не злил. Я, к примеру, хороший, разумный человек, но вот мой друг — настоящий псих, и, если он заведется, остановить его я не смогу. Может, хотите поговорить со мной?

Она не ответила.

Джон ткнул горящей сигаретой в ладонь девушки. Сигарета зашипела.

Крисси завопила.

— Что вы делаете, черт возьми? — заверещала она, бешено махая рукой.

— Мэм, ситуация серьезная, — сказал Джон тоном, в котором не было ни капли симпатии. — Здесь уже есть один труп, а если вы нам не поможете, то дальше будет только хуже. Мне очень жаль, что вам пришлось стать свидетельницей такого ужасного зрелища, но сейчас не время замыкаться в психологической раковине. Помогите нам, а вытеснением воспоминаний займетесь позже.

Какое-то время девушка растерянно смотрела по сторонам.

— Молли! Молли напала на Кена! — наконец выдохнула она.

— Да, мы знаем, — ответил я. — Но почему…

— Он умер?

— Это… да, он умер. Дело очень странное, и вы должны сказать нам…

— Меня сейчас стошнит. — Она наклонилась. — Меня посадят за то, что сделала моя собака? Меня обвинят в убийстве?

— Нет. Я… послушайте, я не знаю. Нам нужно…

— Мисс, — вмешался Джон, — у нас есть основания полагать, что в вашу собаку вселился демон. Молли с вами когда-нибудь разговаривала?

Пауза.

— Кто вы такие?!

— Пожалуйста, отвечайте на вопрос, — сказал Джон. — Она когда-нибудь левитировала?

— Что? Нет.

— Вы уверены?

— Мэм, нам нужно знать, изучала ли собака оккультные науки, пока жила у вас. Мы — эксперты, — заметил я.

— Что? Нет, нет. Собака жила у меня всего несколько недель. Когда она появилась на пороге моего дома, я отвезла ее по адресу, указанному на ошейнике — но там была какая-то странная девочка, которая сказала, чтобы я оставила собаку себе. Мы с Молли пошли погулять и столкнулись с Дэнни Векслером.

Она сказала это так, словно это наш знакомый, наш общий друг или что-то в этом роде.

— Это спортивный комментатор пятого канала, — добавила Крисси, заметив, что мы ничего не поняли. — Я… я его знаю. Мы с ним ходим в одну и ту же церковь. Он остановился у обочины, словно хотел зайти к Кену Филипу — ну, вы же понимаете, они работают вместе. Дэнни вылез из машины, погладил Молли и уехал.

Я бросил взгляд на Джона, затем повернулся к девушке.

— Мэм…

— Пожалуйста, перестаньте. Вы говорите «мэм» так, словно вы из полиции. Зовите меня Крисси.

— Крисси, что именно сказал Векслер? Повторите это от первого до последнего слова.

— Он сказал: «Какая симпатичная у тебя собака», и уехал, а через секунду Молли сошла с ума.

— После того, как он ее коснулся?

— Да, но он ведь просто ее погладил.

Я вспомнил грузовик с коробками из-под пива, вспомнил, как Джон коснулся Молли и вдруг пришел в себя, когда его душа, словно электрическая искра, перескочила из собаки в человека.

— А больше Дэнни ничего не сказал — например, «Коррок» или что-то в этом роде? — спросил я.

— Нет. Практически уверена, что нет.

— Ладно. — Я повернулся и пошел прочь.

— Постойте! — воскликнула Крисси. — Это еще не все. Когда Дэнни подъехал к нам, на нем было что-то совершенно черное, похожее на маску. Но, наверное, он снял эту штуку, ведь из автомобиля он вышел без маски. Я точно ее видела. Странно, правда?

— Когда он был в маске, вы его лицо видели?

— Нет, но… в темноте же… Зачем он это сделал? А Молли не пострадала? Ее отвезут в собачий приют?

— Поговорите с полицейскими, они вам все объяснят.

Я пошел прочь. Джон поблагодарил Крисси за сотрудничество, пообещал связаться с ней, если появится какая-либо новая информация, а затем догнал меня.

— Черт! Дейв, это люди-тени! Она видела людей-теней… то есть человека.

— Какие люди?

— Ты прекрасно знаешь какие: люди, сделанные из теней, те самые проклятые твари, которых мы видели в Вегасе. Они здесь — по крайней мере один из них. Я видел их, Дейв!

— Нет. Теней здесь нет, и ты их не видел.

Минуту спустя мы плюхнулись на сиденья. Джон зажег еще одну сигарету и спросил:

— Ну и что теперь?

* * *

Проблема с компьютерным баскетболом заключается в том, что именно компьютер решает, попадешь ты в кольцо или нет. Допустим, вы играете против компьютера, отстаете на одно очко и делаете бросок на последней секунде, чтобы выиграть матч. Так вот, провалится ли цифровой мяч в цифровую корзину или нет, решает та же самая программа. Только от компьютера зависит, выиграете вы или проиграете. Так что это полная лажа.

Но мы все равно сидели на моем диване и играли, Джон за «Лейкерс» с Коби Брайантом, а я — за «Чикаго буллз», которых возглавлял Пьер Жоппэ (придумывать имена игроков можете сами). Это случилось примерно через час после происшествия с Молли и мертвым метеорологом.

— Ну что, — сказал Джон, посмотрев на часы, — думаешь, полицейские поговорили с Векслером?

— С кем?

— С Дэнни Векслером, спортивным комментатором. По поводу убийства метеоролога?

— Метеоролога убила Молли. В протоколе так и напишут — «нападение собаки». Дело закрыто. А Молли мертва, так что…

— Не тупи. Может, стоит позвонить Маркони?

Я пожал плечами.

— Делай что хочешь. Кстати, ты знаешь, что самым популярным телешоу в Корее была премьера сериала восьмидесятых годов под названием «Джоани любит Чачи»? Оказывается, «чачи» по-корейски значит «член».

Джон поставил игру на паузу.

— Уже одиннадцатый час. Я хочу включить телек, посмотреть, что там в новостях.

Не дав мне возразить, он так и сделал — и я немедленно возомнил, почему испытываю такую ненависть к местным НОВОСТЯМ. Мы просмотрели длинный сюжет, посвященный покойному Кену Филипу; в одном архивном видеоролике он стоит по колено в потоке воды с микрофоном в руке, в другом дрожащая камера пытается поймать силуэт торнадо на горизонте, в то время как Кен кричит в микрофон свой текст.

После этого показали репортаж о скандале в доме престарелых, где «утки» и тарелки мыли в одной посудомоечной машине. Затем пошел сюжет о пожаре, который попал в выпуск новостей только потому, что съемочная группа приехала вовремя и успела заснять красивое пламя. Потом начались новости спорта, и, должен признать, это было что-то… особенное.