Пять ночей у Фредди. Четвёртый шкаф - Кира Брид-Райсли

– И ты нашел нашу старую подругу? – спросила она с неуместно теплой интонацией.

– Да, – сказал Джон, не дрогнув под ее пристальным взглядом.

Чарли сузила глаза, ее оболочка рушилась на глазах. Джон наклонился вперед, оперся на скрещенные руки и перенес весь свой вес на стол между ними.

– Я ее нашел.

На лице Чарли что-то промелькнуло – может, удивление, – и она наклонилась ближе к нему через стол, повторяя его позу. Джон постарался не двигаться, когда она протянула к нему руки.

– Не знаю, как именно показать этим людям твою истинную суть, – сказал Джон. – Но я могу много что попробовать, ты и до двери не добежишь, – он сжал стакан с газировкой. – Начну с этого стакана, потом попробую стулом по затылку, ну и дальше, как пойдет.

Чарли склонила голову набок, как будто впитывая взглядом его позу. Он знал, что у него дергается рука и покраснело лицо. Сердце стучало, он чувствовал, как пульс бьется в горле. Чарли улыбнулась, встала и немного наклонилась над столом. Джон сжал зубы, не сводя с нее глаз. Чарли поцеловала его в щеку и положила руку сбоку ему на шею. Отодвигаясь и глядя ему в глаза, она не убирала руку. Потом Чарли улыбнулась, ее пальцы на секунду задержались на его пульсе и соскользнули. Джон резко откинулся назад, как будто она держала его на месте.

– Спасибо за ужин, Джон, – сказала она почти с восторгом.

Она медленно отвела руку, словно наслаждаясь моментом.

– Как обычно, было очень приятно с тобой увидеться, – она отвернулась, не дождавшись ответа, и пошла оплатить счет.

Последовала долгая пауза.

– Она ушла, – донесся голос Джона из рации.

Джессика посмотрела на Карлтона. Тот как будто переживал легкий шок – смотрел вслед Чарли как загипнотизированный.

– Карлтон! – зашипела Джессика.

Он очнулся и потряс головой.

– Она здорово выглядит! – сказал Карлтон.

– Идиот! Ты должен прикрывать его со спины, а не пялиться на ее задницу! Кроме того, она твоего отца в больницу отправила!

– Да-да, я знаю. Это очень серьезно… – Он замолчал, явно отвлекшись.

– Зачем я вообще тебя взяла? – Джессика подвинулась, неуклюже поднялась и вышла из отсека.

– Ты куда?

– Есть одна мысль, побудь здесь, – вздохнула Джессика. – Бери мою машину.

Карлтон позвал ее, но она не остановилась, а просто бросила ключи через плечо. Карлтон направился к Джону.

– Привет. Ты в порядке?

Джон даже не повернулся на голос Карлтона рядом.

– Нет, не в порядке, – он откинулся на спинку, глядя на оштукатуренный потолок, а потом, наконец, посмотрел на Карлтона.

– Где Джессика? – резко спросил Джон.

– Не знаю, она убежала… – Карлтон жестом показал на парковку, и Джон обернулся как раз вовремя, чтобы увидеть, как Чарли выезжает на дорогу и удаляется.

– Задумала какую-то глупость, да? – слабо сказал Джон.

Карлтон встретился с ним взглядом, и оба вскочили и побежали к двери.

Стараясь быть тихой, Джессика прошмыгнула к черному ходу ресторана. Она видела, что Чарли еще стоит у кассы и оплачивает счет. Джессика выскользнула из задней двери и обежала здание по периметру, цокая высокими каблуками по тротуару. Потом она сдернула туфли и забросила их в кусты и продолжила бежать босиком.

– Джессика, куда ты идешь? – пробормотала она себе под нос.

Завернув за угол здания на парковку, она заметила машину Чарли и устремилась прямо к ней. Передняя дверь была не заперта. Джессика быстро открыла багажник, закрыла дверь и пробралась внутрь, не закрывая багажник до конца.

Спустя минуту из машины донесся голос, и Джессика напряженно прислушалась: было похоже на голоса. Нет, на голос, поняла она спустя несколько минут. Говорила Чарли, но ей никто не отвечал. Джессика сосредоточилась, пытаясь выделить отдельные звуки, но не смогла. Что бы она ни говорила, из багажника различить было невозможно. Джессика осторожно перераспределила свой вес, пытаясь улечься максимально плоско, одновременно держа на весу руку, которой она схватилась за защелку багажника. Если держать недостаточно крепко, она будет подпрыгивать, и Чарли это заметит. Но если подтянуть слишком близко, то багажник захлопнется, и она окажется в ловушке.

Спустя несколько минут машина резко остановилась; Джессику отбросило в сторону, и она едва не выпустила защелку. Вернув себе равновесие, она лежала очень тихо, прислушиваясь. Двери со стороны водителя открылись и снова закрылись. Джессика услышала тихий звук – Чарли уходила, хрустя гравием. Потом все стихло. Джессика вздохнула с облегчением, но не сдвинулась с места. Она начала считать.

– Раз-Миссисипи… два-Миссисипи… – выдохнула она почти не слышно.

В полной тишине звучал только ее приглушенный голос. Она досчитала до шестидесяти, потом придвинулась к двери багажника, аккуратно ослабила хватку и дала крышке медленно подняться.

Машина была припаркована в центре большой стоянки, невероятно ярко освещенной фонарями. Свет имел красный оттенок, и, обернувшись, Джессика увидела большую неоновую вывеску прямо над головой. Она заливала стоянку ярким красным и розовым, не давая увидеть ничего ниже. Воздух гудел от шума, наверное, сотни люминесцентных ламп. Джессика прищурилась и прикрыла глаза рукой: на нее уставилось огромное улыбающееся лицо девочки, сияющее на фоне ночного неба. Она была похожа на клоуна: белое лицо, розовые кружки на щеках и розовый треугольник носа. Два ярко-рыжих хвостика торчали по бокам, а сзади виднелись толстые красные буквы, обведенные желтым. Джессика какое-то время разглядывала надпись, потому что ее было трудно прочесть с изнанки. Наконец, буквы приобрели смысл: пиццерия «Цирковая малышка». От яркого света у нее заболели глаза, она отвернулась и побежала к темному зданию на краю парковки, моргая, чтобы избавиться от отпечатка неона на сетчатке. Джессика протиснулась сквозь кусты и вжалась в белую кирпичную стену, которая выглядела абсолютно новой. Она убрала руку от лица, когда глаза приспособились к свету, и увидела длинный ряд высоких вертикальных окон.

Она подошла к ближайшему и прижалась лицом к стеклу, но тонировка была слишком темной, чтобы увидеть хотя бы какую-то тень внутри. Джессика оставила попытки с окнами и быстро подошла к зданию с обратной стороны, стараясь не удаляться от кирпичной стены. Ярко-белый и красный неоновый свет угасал по мере того, как Джессика отходила, погружаясь в темноту.

Сзади были еще места для парковки, и тоже пустые. Над простой металлической дверью мигала единственная лампочка, дававшая болезненный желтый цвет, который, казалось, окрашивал все кругом. Мусорницы выстроились вдоль стены, и два контейнера огораживали небольшое пространство, защищая дверь от посторонних взглядов. Джессика подкралась к двери, стараясь ни на что не наступать. Она легонько потянула за ручку, но дверь оказалась запертой. Тогда Джессика оперлась на дверную раму, подтянулась на цыпочках и удовлетворенно улыбнулась. Ей стало видно, что происходит внутри.