Большая книга ужасов 74 - Роман Волков

Домой возвращаться не хотелось: Роман был слишком возбужден и душа требовала активных действий. Но он вымок, замерз и никак не мог собрать мысли в кучу. Нужен был небольшой перерыв. Порывшись в карманах, парень пересчитал наличность и завернул в кафе «Русский чай», которое так кстати попалось на пути. Здесь было тепло и безветренно — все, чего можно было сейчас пожелать. Заказав горячий облепиховый чай, Волкогонов пристроил кроссовки на батарею, сжал озябшими пальцами теплую чашку и надолго задумался.

Вопрос о том, человек ли Леви или самообучающаяся программа, больше не стоял — Роман почти на сто процентов был уверен, что это та самая мелкая утилита, которую накатал студент-программист из Политеха. И хотя твердых подтверждений пока не было, юный детектив чувствовал, что находится на верном пути. Понятно, что зло бьет в слабое место. Только что за слабое место такое? Оно у всех одинаковое? Или у каждого свое?

Размышления захватили Волкогонова с головой, и, когда кроссовки подсохли, он расплатился и вышел из теплого уютного кафе, уже зная, куда пойдет и что будет искать. Самые важные ответы должны были храниться там, где все началось, — где «Леви» создали, нарочно или случайно.

До универа было недалеко, и вскоре Роман уже заходил на кафедру кибернетики, бросая вокруг любопытные взгляды. Но ничего интересного или экстраординарного в коридорах и кабинетах не было — все совершенно такое же, как и везде. Неужели именно в этих стенах создали маньяка? Верилось с трудом. Однако сейчас не было времени на недоверчивое удивление и колебания. Необходимо найти кого-то, кто сможет рассказать, что на самом деле произошло в 1993 году.

Недолго думая, Волкогонов достал удостоверение внештатного корреспондента «Пенза онлайн» — новостного ресурса, которым руководил его наставник по литературному мастерству Максим Денисов и у которого он в свое время это самое удостоверение умудрился выпросить.

Временами статус журналиста творит чудеса. Всего через несколько минут расспросов преподавателей и студентов старшеклассник выяснил, что обращаться ему следует к лаборанту, который работает здесь «с незапамятных времен». Зовут лаборанта Толик, а найти его можно… «ну, на кафедре». В общем, на поиски Толика ушло еще какое-то время, но в конце концов Роман заглянул в кабинет, где возле доски возился худой невысокий человек неопределенного возраста, как и положено программисту — в потертой одежде, словно найденной на помойке, лохматый и с редкой бородкой.

— Простите, я ищу Анатолия, лаборанта. Вы не подскажете, где его можно найти?

— Это я. Привет, — метнув на школьника безразличный взгляд, ответил Толик. Ему было уже хорошо за тридцать, и, судя по всему, он относился к категории вечных, пожизненных лаборантов. Бородач производил впечатление человека, которого не слишком интересует окружающий мир.

Однако у людей такого склада всегда есть слабое место — тщеславие. Нередко они стремятся возвыситься — хотя бы на короткое время. И здесь внимание журналиста может стать тем самым ключиком, который откроет заветную дверь.

— О, круто! — Волкогонов решительно пошел навстречу лаборанту, протягивая удостоверение корреспондента. — Я из «Пензы онлайн». Хочу у вас интервью взять о различных интересных и загадочных происшествиях, которые случались на кафедре за последние годы. Мне сказали, что вы самый опытный и знающий из сотрудников, да еще и рассказчик отменный. В отличие от некоторых!

— Да какие у нас происшествия? — Толик был слегка растерян, но ему явно льстило, что журналист обратил внимание именно на него и на страницах известного портала появится интервью с ним.

— Не скажите! Я вот слышал, что в 1993 году у вас тут была любопытная история с самообучающейся программой. Будто бы ее написал какой-то студент, но его руководитель не оценил оригинальности творения и выгнал студента из института.

— А-а-а-а-а, — покудахтал Толик, растянув бледные губы в кривоватой улыбке. — Был у нас такой талант… Да вы присаживайтесь, а то чего стоять? Знаете, как говорят, «в ногах правды нет».

Роман поблагодарил и устроился сбоку от стола на стуле, который услужливо подставил лаборант. Когда тот и сам уселся, «корреспондент» уточнил:

— Так а что за талант? И что у него за программа такая любопытная была?

— Ничего там любопытного не было — одни амбиции, — отмахнулся Толик. — Студента звали Миша Обыдин. И у него была идея-фикс написать супермегапрограмму, которая тут же сделает его знаменитым. Ну и ладно бы — здесь половина студентов такие же «гении будущего». Но парню повезло с научным руководителем. И я даже не знаю, в кавычках ему повезло или без.

Волкогонов вежливо улыбнулся лаборанту, и тот многозначительно приподнял брови. «Да-да, мужик, мы на одной волне. А как же», — иронично подумал про себя старшеклассник, и ему стало даже немного жаль этого незаметного человечка, которому так хотелось внимания. Между тем Толик продолжал, все сильнее распаляясь:

— Педагогом у него был Валерий Иванович Недотрогин. Своеобразный, надо сказать, человек.

— В каком смысле?

— Н-у-у-у, так сразу и не объяснишь. У него были не совсем понятные взгляды на обучение, на научную деятельность, на то, куда и как стоит направлять студентов. Плюс он был довольно религиозным, а в нашей среде это немного странно, если вы понимаете, о чем я.

Лаборант многозначительно посмотрел в глаза Роману. Тот кивнул, а про себя подумал, что тщеславия у Толика действительно хоть отбавляй — так, походя, причислил себя к научному и педагогическому сообществу. Прям доктор наук, не меньше.