Чужой. Официальная новеллизация - Алан Дин Фостер

Эта картина настолько всех потрясла, что никто даже не задумался о стоимости неповрежденной инопланетной машины в виде премий или трофеев. Все трое просто одновременно закричали в микрофоны.

– Какой-то корабль, сомнений нет, – бессмысленно повторял Кейн снова и снова.

Ламберт изучала яркий, влажный отлив округлых стен. Потом оценила отсутствие знакомых внешних признаков, которые могли бы дать ответ о назначении структуры, и изумленно покачала головой.

– Ты уверен? Может, это местная постройка? Оно странное…

– Не, – Кейн в это время разглядывал сдвоенные рога, составлявшие заднюю часть аппарата. – Оно не закреплено. Даже с поправкой на инопланетные архитектурные традиции, достаточно очевидно, что оно не создавалось с учетом рельефа местности. Это корабль, точно.

– Эш, ты смотришь? – Даллас вспомнил, что научный сотрудник мог четко видеть все через видеокамеры скафандров и наверняка заметил корабль в ту же секунду, как Кейн перевалил через гребень и заорал.

– Да. Видно не слишком хорошо, но достаточно, чтобы я согласился с мнением Кейна: это – корабль, – никто еще не слышал, чтобы голос Эша звучал настолько взволнованно. – Никогда не видел ничего подобного. Подождите секунду.

Эш изучил показания датчиков и прогнал через корабельный мозг несколько запросов.

– У Матери тоже нет таких данных. Совершенно неизвестный тип, ни на что не похожий. Он насколько велик, каким кажется по картинке?

– Даже больше, – ответил Даллас. – Огромная конструкция, деталей пока не разобрать. Если при строительстве этого корабля ориентировались на те же пропорции, что и при сборке нашего, то его создатели чертовски крупнее людей.

Ламберт нервно рассмеялась:

– Увидим, если кто-нибудь выйдет поздороваться.

– Мы близко, и идем к кораблю, – сказал Эшу Даллас, проигнорировав замечание навигатора. – Картинка должна стать гораздо четче. Что с сигналом о помощи? Какие-то изменения? Мы слишком близко, чтобы разобрать.

– Нет. Уверен, то, что производит сигнал, находится внутри этого корабля. Должно быть внутри. Если бы оно было под ним, мы ни за что не поймали бы сигнал через такое количество металла.

– Это если он из металла, – Даллас присмотрелся к обшивке корабля. – Выглядит почти как пластик.

– Или кость, – задумчиво предположил Кейн.

– Если допустить, что сигнал исходит изнутри, что нам делать? – спросила Ламберт.

Старпом двинулся вперед.

– Я зайду и осмотрюсь. Дам знать, что там.

– Кейн, погоди. Не будь таким авантюристом. Рано или поздно ты из-за этого влипнешь.

– Я просто зайду внутрь. Слушай, мы должны что-то предпринять. Нельзя просто стоять и ждать, что ответы таинственно возникнут в воздухе над кораблем, – Кейн нахмурился. – Ты серьезно полагаешь, что нам не стоит заходить?

– Нет-нет, стоит. Но нет нужды торопиться, – Даллас переключился на канал научного сотрудника. – Эш, сигналы от скафандров еще проходят?

– Теперь, когда вы стоите почти на передатчике, – слабее. Помехи в таких условиях неизбежны. Но сигналы все еще чистые.

– Хорошо. Я не вижу ни огней, ни каких-то других признаков жизни. Нет никакого движения, не считая чертовой пыли. Попробуй настроить свои сканеры на удаленную работу через скафандры. Может, заметишь что-то, чего мы не видим.

Последовала пауза: Эш торопливо исполнял приказ. Остальные ждали, изумляясь странным и при этом элегантным обводам огромного корабля.

– Попробовал все, что только мог придумать, – наконец, сказал Эш. – Для такой работы у нас нет подходящего оборудования. «Ностромо» – коммерческий буксир, а не исследовательский корабль. Чтобы получить нормальные данные, мне потребовалось бы много дорогостоящих приборов, которых у нас просто нет.

– Ладно… что еще можешь сказать?

– Отсюда – ничего, сэр. Вообще ничего. Корабль излучает столько энергии, что мне не пробиться. У нас нет нужного оборудования.

Капитан постарался скрыть свое разочарование от остальных.

– Принято. В конце концов, это некритично, но все равно продолжай попытки и дай мне знать, если обнаружишь хоть что-то. Особенно движение. И не вдавайся в лишние детали – отложим исследования на потом.

– Принято. Будьте осторожны.

«И что дальше, капитан?»

Даллас пробежал взглядом по всей длине корабля и повернулся к Кейну с Ламберт, которые выжидающе смотрели на него. Конечно, старпом прав: простого вывода, что передатчик находится на борту корабля, недостаточно. Они обязаны найти источник сигнала, попытаться понять, зачем его включили и почему корабль находится на этой крошечной планете. Зайти так далеко и при этом не исследовать внутренние помещения – о таком и помыслить было нельзя.

В конце концов, именно любопытство вывело человечество за пределы его незначительной обособленной планеты и открыло межзвездные просторы.

«А так же, – задумчиво напомнил себе Даллас, – любопытство сгубило метафорическую кошку».

Он принял единственное логически верное решение.

– Корабль выглядит мертвым. Сейчас мы подойдем к его основанию. Потом, если не будет никакой реакции…

– Да? – подтолкнула Ламберт.

– Потом… посмотрим.

Они двинулись к корпусу корабля. На поясе Ламберт болтался ненужный сканер.

– В настоящий момент, – заговорил Даллас, когда они зашли под нависающий край, – я могу сделать только одно…

На борту «Ностромо» Эш ловил каждое слово, и тут, без предупреждения, голос Далласа стал тише. Потом на мгновение громкость вернулась, а затем звук пропал вовсе. Одновременно с этим Эш потерял сигналы с камер.

– Даллас! – он лихорадочно застучал по консоли, пытаясь увеличить точность уже находившихся на грани своих возможностей приборов. – Даллас, ты меня слышишь? Я потерял с вами связь. Повторяю, я потерял связь…

Из динамиков доносилось только жалобное шипение термоядерных реакций в солнце системы…

Огромные размеры чужого корабля стали еще очевиднее, когда люди приблизились вплотную. Над троицей исследователей нависал, уходя в пыльное небо, изгиб корпуса, казавшегося прочнее, чем ломаный камень, на котором он лежал.

Даллас оглядывал корабль.

– Все еще не вижу признаков жизни, – не обращаясь ни к кому в отдельности, пробормотал он и указал на изгиб корпуса. – Входа тоже нет. Давайте поищем там, повыше.

Пока они осторожно перебирались через раздробленные валуны и гравий, Даллас все острее ощущал, насколько он мал рядом с чужим кораблем. Не физически мал, хотя рядом с нависающей аркой три человека казались карликами, а совершенно незначителен в масштабе космоса. Человечество все еще очень мало знало о Вселенной, исследовав разве что толику одного уголка.