Чужой. Официальная новеллизация - Алан Дин Фостер

– Поясни.

– Новый чужой, чтобы создать собственное тело, поглощал запасы белков, питательных веществ и жиров из организма Кейна. Оно бы не выросло до таких размеров, питаясь воздухом.

– Согласен. Это очевидно.

– Такая метаболическая активность отразилась бы в показаниях датчиков автодока. Например, простое уменьшение веса Кейна, не считая прочего.

– Что до возможного уменьшения веса, – спокойно ответил Эш, – такого не показал бы ни один прибор. Вес Кейна просто перешел к чужому. Сканер автодока считал бы его как общий вес человека. И что за «прочее»?

Даллас попытался скрыть разочарование, но это ему удалось только частично.

– Не знаю. Не могу указать на что-то конкретное. Я просто пилот. Медицинский анализ не входит в мою работу.

– Верно, – выразительно ответил Эш. – Зато входит в мою.

– Но я и не полный идиот, – огрызнулся Даллас. – Может, я и не знаю правильных слов, но я не слеп. Я вижу, что происходит.

Эш сложил руки на груди, оттолкнулся от консоли и жестко посмотрел на Далласа.

– Что именно ты пытаешься сказать?

– Ты хочешь, чтобы чужой остался жив, – ринулся головой в омут капитан «Ностромо». – Достаточно сильно хочешь, чтобы позволить ему убить Кейна. Думаю, у тебя есть на то причины. Мы не так давно знакомы, но пока что ты ничего не делал без причин. Не верю, что это изменилось.

– Значит, есть причины и для этого гипотетического безумия, в котором ты меня обвиняешь. Назови хоть одну.

– Послушай, мы работаем на одну и ту же Компанию, – сменил подход Даллас. Поскольку обвинение не сработало, он решил попробовать воззвать к состраданию Эша. Капитан осознал, что его поведение в лазарете со стороны могло выглядеть немного параноидальным. Легко было увидеть проблему там, где он мог с ней справиться – например, в Эше, – вместо того, чтобы заниматься настоящей проблемой – чужим. Эш был странным парнем, но на убийцу он не походил. – Я просто хочу знать, – умоляюще заключил он, – что происходит.

Научный сотрудник опустил руки и бросил короткий взгляд на консоль.

– Черт, я не понимаю, о чем ты говоришь. И мне не нравятся эти инсинуации. Чужой – опасная жизненная форма. Разумеется, замечательная во многих отношениях, этого я не отрицаю. Как ученый, я нахожу его крайне любопытным. Но после того, что он сделал, я хочу сохранить ему жизнь не больше, чем ты.

– Уверен?

– Да, уверен, – в голосе Эша звучало отвращение. – Если бы ситуация в последнее время не давила на тебя так сильно, ты бы и сам это понял. Забудем этот разговор. Я буду считать, что ты ничего не говорил.

– Хорошо, – Даллас резко развернулся и направился на мостик.

Эш посмотрел, как капитан уходит, и потом еще несколько долгих секунд глядел ему вслед, погруженный в собственные мысли. А затем он вернулся к своим терпеливым и куда более понятным приборам.

«Слишком усердствую, работаю на износ».

У Далласа пульсировало в висках. Вероятно, Эш прав в том, что работа слишком на него давит. Правда, вдобавок к проблеме с чужим, он еще и беспокоился обо всех членах экипажа. Сколько еще получится нести этот груз? Сколько еще стоит пытаться это делать? Он ведь просто пилот.

«Из Кейна получился бы капитан получше», – подумал Даллас. Кейн легче справлялся с тревогой, даже не позволял ей забраться слишком глубоко. Но Кейн уже не мог ему помочь.

Даллас надавил кнопку интеркома. Ответили почти сразу:

– Инженерный отсек слушает.

– Даллас. Как у вас там дела?

– Делаются, – неопределенно ответил Паркер.

– Проклятье, не виляй! Говори точно.

– Эй, полегче, Даллас. Сэр. Мы работаем так быстро, как только можем. Бретту нужно время на пайку схем. Вы хотите загонять тварь простыми металлическими трубками или разрядами в несколько сотен вольт?

– Прости, – Даллас говорил искренне. – Вы уж там постарайтесь.

– Для всех работаем. Инженерный, конец связи.

Даллас разозлился на себя: в этом вызове совершенно не было необходимости. Ему было стыдно. Если он не способен взять себя в руки, как можно ожидать этого от других?

Сейчас, после сорвавшегося, пустого разговора с Эшем Даллас не хотел никого видеть. Ему еще нужно было самому разобраться в том, прав он насчет научного сотрудника, или просто чертовски глуп.

«Учитывая отсутствие мотива, – желчно подумал капитан, – скорее всего, последнее».

Если Эш лгал, он делал это превосходно. Даллас никогда не встречал еще человека, который так хорошо владеет собой.

На «Ностромо» существовало одно место, где Даллас время от времени мог побыть в одиночестве и одновременно чувствовал себя в безопасности. Что-то вроде суррогатной матки. Он повернул в коридор «В», не настолько погруженный в свои мысли, чтобы забыть о необходимости постоянно выискивать скупое юркое движение в темных углах. Но все было спокойно.

Через некоторое время капитан добрался до места, где корпус выдавался наружу. Здесь располагался небольшой люк, который вел к шаттлу. Даллас дернул рычаг, и люк отполз в сторону. Внутренний люк шаттла оказался открыт. У такого маленького суденышка не было собственного шлюза. Даллас забрался внутрь и сел. Коснулся еще одной красной кнопки, но нажимать не стал. На мостик уже ушла информация об открытии люка в коридоре. Это никого не встревожит, а вот закрытие собственного люка шаттла – другое дело. Так что выход в коридор он оставил открытым. Так он мог хотя бы чуточку закрыться от «Ностромо», от крывшихся внутри корабля ужаса и неуверенности…