Лорд Теней - Кассандра Клэр

– Правда?

– Ага, – сказал Кит, – но, как я уже сказал, не хочу мешать тебе. Поезжай, если хочешь…

– Не хочу, – сказал Тай. – Я передумал. – Он отставил стакан. – Не из-за тебя. А из-за того, что в Схоломанте, похоже, полно ублюдков.

Кит расхохотался. Тай удивился даже больше, чем тогда, когда Кит сказал, что будет по нему скучать. Но секунду спустя он тоже рассмеялся. Когда Магнус вошел в палату, оба катались от смеха. Чародей посмотрел на них и покачал головой.

– Дурдом, – сказал он и, подойдя к столу, на котором стояли стеклянные пробирки и воронки, посмотрел на Тая и Кита с довольным видом. – Не думаю, что это кого-нибудь заинтересует, – продолжил он, – но противоядие к связующему заклятью готово. И, кажется, ничто не должно помешать нам завтра отбыть в Идрис.

Кристина чувствовала себя так, словно по комнате пронесся торнадо. Она положила нож-бабочку на каминную полку и повернулась к Марку.

Тот прислонился к стене, глядя куда-то в пространство. Кристине вспомнилась старая книга, которую она читала еще в детстве. В книге был мальчик с глазами разного цвета – рыцарь в Крестовых походах. Один глаз для Бога, говорилось в книге, и один для дьявола.

Мальчик, которого рассекли напополам – половина добрая и половина злая. Точно так же, как Марка рассекли надвое между фэйри и нефилимами. Кристина видела происходившую в нем сейчас борьбу, хотя гневался Марк только на себя.

– Марк, – начала она, – это не…

– Только не говори, что это не моя вина, – ровным голосом перебил он. – Я этого не вынесу, Кристина.

– Это не только твоя вина, – сказала Кристина. – Мы все знали. Это наша общая вина. Это было неправильно, но выбора у нас особо не было. И Кьеран действительно причинил тебе зло.

– Всё равно, я не должен был ему лгать.

Единственным свидетельством случившегося в комнате Кристины была рваная темная трещина на оштукатуренной стене, бугрившаяся сквозь краску. Трещина – и еще размолотый золотой желудь в камине.

– Я хочу сказать только, что если ты в силах простить его, то должен простить и себя, – закончила она.

– Можешь подойти? – придушенно проговорил Марк.

Он стоял с закрытыми глазами и нервно сжимал и разжимал кулаки. Кристина чуть не споткнулась, пока шла к нему через всю комнату. Казалось, он почувствовал ее приближение: не открывая глаз, он потянулся к ней и сжал ее руку так крепко, что чуть кости не треснули.

Кристина опустила взгляд. Он стискивал ее руку так сильно, что это должно было быть больно – но она видела лишь красные метки на их запястьях. Очутившись так близко друг к другу, отметины истаяли почти в ничто.

Она вновь ощутила то, что почувствовала той ночью в бальном зале, словно связующее заклятье усиливало ее близость к чему-то еще – к тому, что раз за разом уводило ее мысли обратно на холм в стране фэйри, к воспоминанию о том, каково это было – греться в объятиях Марка.

Марк нашарил ее губы своими. Кристина услышала, как он застонал: он целовал ее отчаянно и крепко; по всему ее телу словно прокатывались волны огня и делали ее легкой как пепел.

И все же она не могла забыть, как Кьеран целовал Марка у нее на глазах – с силой, нарочито. Кажется, она утратила способность думать о Марке и не думать при этом о Кьеране, видеть сине-золотые глаза – и не видеть черно-серебряных.

– Марк, – произнесла она. Он касался ее руками, и это наполняло ее кровь мягким жаром. – Это неправильный способ забыться.

Он отстранился.

– Я хочу держать тебя в объятиях, – сказал он. – Ужасно этого хочу. – Марк медленно, словно с усилием, выпустил ее. – Но так было бы нечестно. И по отношению к тебе, и по отношению к Кьерану, и ко мне. Не сейчас.

Кристина коснулась тыльной стороны его ладони.

– Ты должен пойти к Кьерану и помириться с ним. Он слишком важная часть тебя самого, Марк.

– Ты слышала, что сказал Король. – Марк бессильно откинул голову на стену. – Он убьет Кьерана за дачу показаний. Он будет вечно его преследовать. Это наших рук дело.

– Он сам согласился…

– Не зная правды! Он согласился, потому что думал, что любит меня, а я люблю его…

– Разве это не так? – спросила Кристина. – А даже если бы это и было не так, он ведь забыл не только то, что вы поссорились. Он забыл и то, что натворил, забыл, что он перед тобой в долгу, забыл свою собственную вину. И так разозлился он и поэтому тоже. Не на тебя, а на себя.

Марк крепче сжал ее руку.

– Мы с Кьераном оба теперь друг перед другом в долгу, – сказал он. – Я подверг его опасности. Король Неблагого Двора знает, что он собирается дать показания. Он поклялся гнать Кьерана как дичь. Кристина, что нам делать?

– Постараемся его уберечь, – сказала Кристина. – Даст он показания или не даст, Король все равно его не простит. Нам надо найти такое место, где Кьеран будет в безопасности. – Вдруг до нее дошло, и она вскинула подбородок. – Я точно знаю, где. Марк, мы должны…

В дверь постучали. Когда она открылась, они отступили друг от друга; оба ждали, что войдет Кьеран, и Марк не сумел скрыть разочарования, когда это оказался Магнус.

Чародей нес гравированные металлические фляжки и вскинул бровь, увидев выражение лица Марка.

– Не знаю уж, кого ты ждал, и жалею, что я не он, – сухо сказал он. – Но противоядие готово.

Кристина ожидала, что ее затрясет от облегчения, но ничего не почувствовала. Она коснулась левой рукой больного запястья и посмотрела на Марка, который упорно смотрел в пол.

– Не стоит благодарностей и аплодисментов, – объявил Магнус, вручая каждому по фляжке. – Чрезмерные выражения признательности меня только смущают, хотя денежные презенты всегда приветствуются.

– Спасибо, Магнус, – краснея, сказала Кристина. Она отвинтила крышечку: из фляжки пахнуло чем-то темным и горьким, вроде пульке^[61]. Кристина никогда не любила этот напиток.

Магнус вскинул руку.

– Погодите пить, пока не разойдетесь по разным комнатам, – предупредил он. – На самом деле, вам нужно хотя бы несколько часов провести по отдельности, чтобы заклинание нормально усвоилось. К завтрашнему дню все эффекты должны пройти.

– Спасибо, – сказал Марк и направился к двери. Там он задержался и оглянулся на Кристину.

– Я с тобой согласен, – сказал он ей. – Насчет Кьерана. Если ты можешь сделать хоть что-нибудь для обеспечения его безопасности – делай.

И он ушел бесшумно, по-кошачьи мягкими шагами. Магнус посмотрел на треснувшую стену, а потом на Кристину.

– Мне охота это знать? – спросил он.