Холодная луна - Джеффри Дивер

Купер позвонил в местное отделение полиции и попросил проверить факты, приведенные Винсентом.

— Пусть позвонит Дункану, — предложил Селлитто, кивнув на Винсента. — Мы сможем отследить его мобильник.

— Его телефон не работает. Он вынимает батарейку и сим-карту, когда мы… ну, в общем, когда… мы не работаем.

«Работаем…»

— Он говорил, что вы не сможете выследить его таким способом.

— Телефон на его имя?

— Нет. Это телефон с предоплатой. Он покупает новый через каждые несколько дней, а старый выбрасывает.

— Возьмите номер, — приказал Райм. — Свяжитесь с провайдерами.

Мэл Купер позвонил в крупнейшие компании мобильной связи и некоторое время беседовал с ними. Затем сообщил:

— «Ист коуст коммьюникейшнз». Все верно, с предоплатой. Куплен за наличные. Отследить местонахождение невозможно, если из телефона извлечена батарея.

— Черт! — пробормотал Райм.

Зазвонил телефон Селлитто. Группы быстрого реагирования Боба Хауманна были уже в пути. Они будут в церкви буквально через несколько минут.

— Кажется, это наша единственная надежда, — задумчиво произнес Бейкер.

Он, Амелия и Пуласки поспешили к двери, чтобы принять участие в тактической операции.

Райм, Дэнс и Селлитто остались в лаборатории, пытаясь узнать что-то еще о Джеральде Дункане от Винсента, а Купер тем временем рыскал по базам данных в надежде найти в них какую-то информацию о нем.

— С чем связан его интерес к часам, времени и лунному календарю? — спросил Райм.

— Он коллекционирует старинные часы. Он на самом деле был часовщиком. Хобби, знаете ли, ничего серьезного. Вряд ли он когда-либо держал мастерскую или магазин.

— Возможно, он когда-то работал в такой мастерской или магазине, — заметил Райм. — Выясните относительно профессиональных организаций часовщиков. И коллекционеров тоже.

Купер впечатал запрос и спросил:

— Только в Америке?

— А кто он по национальности? — спросила Кэтрин.

— Думаю, американец. У него нет никакого акцента.

Просмотрев несколько сайтов, Купер отрицательно покачал головой.

— Изготовление часов — очень популярный бизнес. К крупнейшим объединениям относятся Женевская ассоциация часовщиков и ювелиров; Межпрофессиональная ассоциация часовых дел мастеров в Швейцарии; Американский институт часовых дел мастеров; Швейцарская ассоциация продавцов часов и драгоценностей; Британская ассоциация коллекционеров часов; Британский часовой институт; Ассоциация производителей часов Швейцарии и Федерация часовой индустрии Швейцарии… Но есть еще и десятки других.

— Пошлите им электронные письма, — попросил Селлитто. — Спросите о Дункане. Как о часовщике или коллекционере.

— И в Интерпол тоже, — добавил Райм, а затем обратился к Винсенту: — А как вы познакомились?

Тот кратко и сбивчиво рассказал историю их первой случайной и совершенно невинной встречи. Кэтрин Дэнс внимательно выслушала его, задала несколько вопросов и заявила, что он лжет.

— Наша договоренность строится на том условии, что вы будете полностью откровенны с нами, — напомнила она, наклонившись к Винсенту. Она взирала на него холодным взглядом сквозь окуляры хищницы.

— Ну да, да, я помню, я же хотел кратко…

— Нам не нужна краткость! — рявкнул Райм. — Нам нужно знать, как вы, черт вас возьми, познакомились.

Винсент признался, что, несмотря на то что их первая встреча была случайной, она не была столь уж невинной. И воспроизвел подробности их знакомства, состоявшегося в ресторане неподалеку от места работы Винсента. Дункан выслеживал одного из тех, кого и убил вчера, а Винсент рассматривал официантку.

Ну и парочка, размышлял Райм.

Мэл Купер поднял глаза от компьютера:

— Кое-что нашел… К западу от Миссисипи проживает шестьдесят восемь Джеральдов Дунканов. Вначале я проверю наличие на них какого-либо криминала в полиции, а затем отберу тех, кто подходит по возрасту и профессии. Вы не можете уточнить местность, откуда прибыл ваш друг?

— Я бы не стал скрывать, если бы знал. Но он никогда ничего о себе не рассказывал.

Кэтрин кивнула. Он говорил правду.

Лон Селлитто задал вопрос, который вертелся в голове Райма.

— Мы знаем, что он выбирает не случайные жертвы, заранее готовится к расправе с ними. Почему? Что он замышляет?

— Все дело в его жене, — ответил Винсент.

— Он женат?

— Был.

— Подробнее.

— Пару лет назад они с женой приехали в Нью-Йорк в отпуск. Он пошел куда-то на деловой обед, а его жена одна отправилась на концерт. Она возвращалась в гостиницу по пустынной улице, и ее сбил автомобиль или грузовик. Водитель скрылся. Она звала на помощь, но никто не подошел к ней, никто даже не вызвал полицию. Врач потом говорил, что она прожила после инцидента еще минут десять и что даже неспециалист смог бы остановить кровотечение. Простой перетяжкой. Ей никто так и не помог.

— Просмотрите данные по больницам по поводу поступления женщины по фамилии Дункан, — скомандовал Райм.

— Особенно не напрягайтесь, — прервал его Винсент. — В прошлом году он проник в ту больницу и похитил ее карточку. И дело из полиции тоже. Кажется, подкупил сотрудника. Он уже тогда начал планировать свои убийства.

— Но почему он выбирает именно эти жертвы?

— В полиции во время проведения расследования выяснили, что в момент ее гибели рядом находились десять человек. Могли они спасти ее или нет, я не знаю… Джеральд убедил себя, что могли. Последний год он занимался тем, что выяснял, где они живут и каков их распорядок. Он хотел, чтобы они умирали долго и мучительно, а для этого они должны были находиться в полном одиночестве. Для него важно, чтоб они умирали медленно и мучительно, как его жена.

— Человек на пирсе во вторник? Он мертв?

— Должно быть. Дункан заставил его какое-то время держаться, а затем обрезал ему пальцы и стоял и смотрел, пока он падал в воду. Он сказал, что вначале тот мужчина пытался плыть, а потом перестал двигаться, и течением его унесло под пирс.

— Как его звали?

— Не помню. Кажется, Уолтер. Я не помогал Дункану с двумя первыми. Честное слово, не помогал. — Он бросил взгляд на Кэтрин. В его глазах читался страх.

— А что еще вам известно о Дункане? — спросила она.

— Больше почти ничего. По-настоящему он любил говорить только о времени.

— О времени? И что же он говорил о времени?

— Все, что угодно. Об истории измерения времени, о том, как работают часы, о календарях, о том, как по-разному люди чувствуют время. Он объяснил мне, что фраза «повысить скорость» произошла от часов с маятником. Чтобы часы шли быстрее, нужно просто поднять повыше груз на маятнике. А «понизить скорость» — значит опустить груз вниз… Другие про все такое страшно скучно рассказывают. А когда он говорил, его слова захватывали.