Холодная луна - Джеффри Дивер

Она вставила в бокал соломинку и передала его Винсенту. Он опорожнил его за несколько секунд.

— Винсент, нам нужно немного побеседовать, если вы не возражаете, и я думаю, сейчас все прояснится.

— Да, хорошо, конечно.

Патруль вывел его из комнаты. Кэтрин закрыла за ним дверь.

Бейкер качал головой, мрачно глядя на Кэтрин.

— Совершенно бессмысленно, — бормотал Селлитто.

Кэтрин нахмурилась:

— Ну что вы! Все идет превосходно.

— Превосходно? — с сомнением в голосе переспросил ее Райм.

— Мы на правильном пути… Теперь немного поясню вам ситуацию. Я установила нижний уровень его реагирования и затем попросила рассказать о происшедшем в обратной последовательности. Это хороший способ поймать на слове допрашиваемых, склонных к импровизации. Как правило, нормальному человеку не представляет труда воспроизвести последовательность реальных событий в любом направлении, как от начала к концу, так и от конца к началу. Но выдумывают ситуацию обычно лишь в одном направлении — от начала к концу. И когда лжецы пытаются воспроизвести ее в обратном порядке, они теряют главные вехи, на которых строили свой сценарий, и в результате постоянно спотыкаются. Итак, я с самого начала знала, что он помощник Часовщика.

— В самом деле? — рассмеялся Селлитто.

— Ну, это очевидно. Все его ответы по поводу внешности якобы виденного им преступника давались невпопад. А находясь в кафе, он не демонстрировал ни малейшего страха, несмотря на постоянные упоминания о том, как он напуган. Нет, он прекрасно знает Часовщика и участвовал в преступлениях, но вот каким образом, я сказать не могу. Одно ясно: он выполнял не только роль водителя.

— Вы ведь его не спрашивали ни о чем из того, что вы сейчас перечислили, — заметил Бейкер. — Разве мы не должны выяснить, где он находился в момент нападения на мастерскую флористки и на квартиру в Гринич-Виллидж?

Райм всем своим видом поддерживал Бейкера.

— О нет! Что вы! Это была бы настоящая катастрофа. Если бы я начала говорить на упомянутые вами темы, он бы полностью закрылся. Он очень сложная личность, внутри у него масса конфликтов, и я чувствую, что он находится на второй стадии стрессовой реакции. На стадии депрессии. Каковая, по сути, является злобой, обращенной вовнутрь. Когда человек находится в подобном состоянии, с ним очень трудно найти контакт. В случае с его личностным типом мне необходимо установить с ним доверительное общение, на что уйдет несколько дней, а возможно, даже недель. Но ведь только таким образом можно добиться от него правды традиционными методами допроса. А у нас нет времени. И потому единственный наш шанс — попробовать что-то действительно радикальное.

— И что же?

Дэнс кивнула на соломинку, которой воспользовался Винсент.

— Вы можете попросить о проведении анализа ДНК? — спросила она Райма.

— Да, но на это тоже потребуется определенное время.

— Не страшно, если мы сможем сказать ему, не кривя душой, что анализ проводится. — Она улыбнулась. — Никогда не лги — хороший девиз. Ведь никто не требует от нас говорить подозреваемому всю правду.

Райм позвонил в главную часть лаборатории, где Мэл Купер и Пуласки продолжали работу над собранным материалом. Он объяснил, что ему нужно, и Купер упаковал соломинку в пластиковый пакет и заполнил бланк запроса на анализ ДНК.

— Ну вот, технически все оформлено. Просто пока в лаборатории не знают о нашем запросе. — Райм рассмеялся.

— Есть что-то очень значительное, что он пытается от меня утаить, — объяснила Кэтрин. — И его это крайне напрягает. Его ответ на вопрос, не арестовывали ли его раньше, конечно же, ложь, но хорошо отрепетированная. Я полагаю, что его арестовывали, причем уже довольно давно. Его отпечатки не зарегистрированы. Значит, каким-то образом ему удалось «просочиться». Возможно, с помощью подлога или потому, что он был несовершеннолетним. Я практически уверена, что в прошлом у него был конфликт с законом. И в конце концов я почти поняла, в чем было дело. Поэтому я и сняла куртку и попросила Амелию пройти и встать перед ним. Он буквально пожирал нас обеих глазами. Изо всех сил пытался держать себя в руках, но не мог. Из чего я делаю вывод, что у него в прошлом были случаи нападения на женщин с целью сексуального насилия. И теперь я хочу разыграть этот козырь. Главное сейчас, — продолжала Кэтрин, — не потерять влияние на него; если мы допустим какую-нибудь оплошность, нам потребуется масса времени, чтобы добиться от него чего-либо дельного.

— Я уже знаю, какое решение ты примешь, — сказал Селлитто.

Черт, да, подумал Райм.

— Надо пробовать.

— А твое мнение, Деннис?

— Давайте. Часовщик уже, наверное, сейчас кого-то выслеживает.

Кэтрин бросила взгляд на Селлитто, и тот признался:

— Мне бы следовало позвонить в центр. Но мы ведь будем кусать себе локти, если они скажут «нет». Приступайте.

— Мне нужно сделать и еще кое-что, — сказала Кэтрин. — Я должна вывести себя за скобки. Необходимо, чтобы он довел до конца то, что он планировал сделать со мной там, в переулке. Нам необходимо начать все с самого начала.

— Разве ты не знаешь, что он собирался сделать с тобой? — спросила Амелия.

— Да, я прекрасно знаю, что у него было на уме. Но сейчас мы должны думать о самом важном — о том, как поймать Часовщика. Все остальное должно отойти на второй план.

Селлитто взглянул на Бейкера и кивнул.

Кэтрин подошла к одному из компьютеров, набрала несколько команд, имя пользователя и пароль. Внимательно всматривалась в открывшуюся интернет-страницу, затем набрала еще несколько команд. На экране появились данные о ДНК какого-то подозреваемого.

Она подняла глаза на остальных.

— Давайте посмотрим, сработает ли. — Кэтрин открыла сумочку и заменила «овечьи» очки на «волчьи». — Ну что ж, развлечение начинается. — Она подошла к двери, открыла ее и попросила, чтобы привели Винсента.

Он ввалился в комнату, тяжелый, с пятнами пота под мышками, и опустился в кресло, которое застонало под ним. Чувствовалось, что он настороже.

Напряженную тишину нарушила Кэтрин словами:

— Боюсь, у нас есть проблема, Винсент.

Глаза его сузились.

Кэтрин подняла пластиковый пакет с соломинкой, через которую он пил.

— Вам известно об анализе ДНК, не так ли?

— О чем вы?

Сработает ли, думал Райм. Попадется ли он в расставленную для него ловушку?

Ведь он может прервать допрос, замолчать и потребовать, чтобы вызвали адвоката. И имеет на это полное право. Их блеф закончится катастрофой, они не получат от него никакой информации до тех пор, пока Часовщик не убьет очередную жертву.