Король сделки - Джон Гришэм

После того как «Иволги» сделали шесть пробежекк базе самих «Дьявольских скатов» – а это вам не хухры-мухры, – мистер ТедУорли очнулся от глубокого сна и подумал: пойти в туалет сейчас или дождатьсяседьмой подачи? Он проспал около часа, что было необычно: он всегда ложилсявздремнуть около двух часов пополудни. Правда, «Иволги» играли сегодня таксебе, но он все равно прежде не засыпал во время матча.

После пережитого кошмара старик старался неперегружать мочевой пузырь. Стал меньше пить, с пивом вообще завязал. И следил,чтобы пузырь не переполнялся: при первом же позыве опорожнял его. Не беда, еслион пропустит несколько подач. Мистер Уорли прошел в маленький туалет длягостей, располагавшийся рядом со спальней, в которой миссис Уорли, сидя вкресле-качалке, что-то вязала. Вязание поглощало большую часть ее времени. Онзакрыл дверь и расстегнул брюки. Ощутив легкое жжение, посмотрел вниз и чуть нелишился чувств.

Моча была ржавого цвета. Он ахнул и оперсярукой о стену. Закончив, мистер Уорли не стал смывать унитаз, а, закрыв егокрышкой, присел и постарался взять себя в руки.

– Что ты там так долго делаешь? – крикнулажена.

– Не твоего ума дело, – огрызнулся он.

– Тед, с тобой все в порядке?

– Абсолютно.

Но это было вовсе не так. Подняв крышку,старик еще раз посмотрел на убийственное свидетельство болезни, потом нажал наспуск и вернулся в гостиную. «Дьявольские скаты» продвинулись к восьмой базе,но игра утратила для него всякий интерес. Спустя двадцать минут, выпив тристакана воды, он прошмыгнул в ванную, находившуюся в цокольном этаже, – чтобыоказаться как можно дальше от жены.

Кровь, убедился он. Значит, опухоль вырослаопять, и, независимо от того, доброкачественная она или нет, теперь положение явносерьезнее, чем прежде.

Жене мистер Уорли сказал правду только наследующее утро за завтраком. Он предпочел бы держать ее в неведении как можнодольше, но печальные события последнего времени так сблизили их, что хранитьсекреты – особенно касающиеся здоровья – было очень трудно. Она немедленноначала действовать: позвонила урологу, поругалась с его секретаршей и добиласьтого, чтобы врач принял мужа в тот же день. Симптомы таковы, что врачебнаяконсультация не терпит отлагательств – никаких «завтра».

Четыре дня спустя в почках мистера Уорли былидиагностированы множественные злокачественные опухоли. В ходе пятичасовойоперации врачи удалили те, которые смогли обнаружить.

Заведующий урологическим отделением взялсостояние пациента под личный контроль. Его коллега из больницы в Канзас-Ситисообщил об аналогичном случае, имевшем место за месяц до того: возникновениепочечных опухолей вследствие приема дилофта. Канзасский пациент проходил сейчаскурс химиотерапии и угасал на глазах.

Мистера Уорли, судя по всему, ожидала та жеучасть, хотя онколог был осторожен в прогнозах во время первогопослеоперационного осмотра. Не переставая вязать, миссис Уорли поносила плохоекачество больничной еды: конечно, она не рассчитывала, что мужа будут кормитьделикатесами, но почему пища не может быть хотя бы горячей? А цены?! МистерУорли лежал, укрытый простыней, и смотрел телевизор. Когда появился онколог, онприглушил звук, но был слишком подавлен, чтобы поддерживать беседу.

Его собирались выписать через неделю и обещали,как только он достаточно окрепнет после операции, начать интенсивный курслечения. После ухода врача мистер Уорли расплакался.

Во время очередного разговора с коллегой изКанзас-Сити заведующий урологическим отделением узнал еще об одном аналогичномслучае. Все три пациента оказались истцами первой очереди по делу о дилофте.Теперь они умирали. Прозвучало имя адвоката: интересы канзасского больного ужепредставляла небольшая нью-йоркская фирма.