Король сделки - Джон Гришэм

В десять он позвонил своему брокеру и попросилвыкупить проданные акермановские акции, на чем заработал миллион девятьсоттысяч с мелочью, и сразу же купить еще двести тысяч акций по двадцать тридоллара за счет маржи [11], добавив недостающее из кредита по открытому счету.Все утро он следил за ходом торгов по Интернету. Ситуация не менялась.

Малруни появился в полдень с четырьмядрузьями, как юные бойскауты, горевшими нетерпением приступить к работе. Клейнанял всех, поручил взять напрокат мебель, подключить телефоны – словом,сделать все необходимое для того, чтобы начать новую для них карьеру младшихадвокатов-"массовиков". Оскар получил задание подобрать еще пятерых,коим предписывалось самостоятельно найти для себя помещение и так далее.

Так родилось «Йельское отделение» фирмы.

* * *

В пять часов дня по восточному временикомпания «Фило продактс» объявила, что начинает скупать обычные акции«Лабораторий Акермана» по пятьдесят долларов на общую сумму четырнадцатьмиллиардов. Клей наблюдал разворачивающуюся драму на большом экране в залезаседаний в одиночестве, – все остальные висели на проклятых телефонах.Круглосуточные деловые каналы захлебывались новостью. Репортеры Си-эн-энтолпились у ворот нью-йоркской штаб-квартиры «Акермана», словно ожидая, чтоосажденная компания в полном составе вот-вот появится, чтобы выплакаться передкамерами.

Бесконечная череда экспертов и рыночныханалитиков высказывала свои ни на чем не основанные мнения. Тема дилофтавсплыла сразу же и повторялась многократно. Хотя «Лаборатории Акермана» уженесколько лет управлялись бездарно, дилофт, безусловно, подкосил компаниюокончательно.

Интересно, не являлся ли этот «Фило»производителем тарвана, клиентом Пейса? И не стал ли Клей одной из марионеток,способствовавших передаче контрольного пакета акций фармацевтической компанииновому владельцу всего за четырнадцать миллиардов? И что самое тревожное: каквсе это отразится на будущем компании и соответственно на деле о дилофте? Хотябыло очень приятно подсчитывать новые барыши от акермановских акций, Клей немог не задаваться вопросом, долго ли все это продлится.

Но суть состояла в том, что просчитать этобыло невозможно. Он стал лишь пешкой в гигантской деловой игре, которую велидве корпорации-колосса. У «Лабораторий Акермана» имеются активы, утешал онсебя. Компания выпустила на рынок очень опасный продукт, который причинил вредмногим людям. Прежде всего нужно думать о правосудии.

Пэттон Френч позвонил из самолета, оннаходился где-то между Флоридой и Техасом, и попросил Клея никуда не отлучатьсяв течение ближайшего часа. Управляющий комитет истцов должен провести срочноеселекторное совещание. Секретарь Френча в настоящий момент его организовывает.

Через час Френч снова был на проводе, уже изБомонта, где на следующий день встречался с адвокатами, которые вели дело окаком-то антилипидном препарате и нуждались в его помощи. Это дело тоже стоилокучу денег. К сожалению, ему не удалось найти других членов комитета. Он ужепереговорил с Барри и Харри, их переход контрольного пакета акций к «Филопродактс» не пугал. «„Акерман“ владеет двенадцатью миллионами собственныхакций, которые в настоящий момент стоят минимум пятьдесят долларов за штуку и,вероятно, подорожают еще, прежде чем уляжется пыль, – считали эксперты. – Такимобразом компания только что лишь на марже заработала шестьсот миллионов. Крометого, правительство должно утвердить переход контрольного пакета, а оно, преждечем дать согласие, обычно требовало уладить все юридические претензии. Плюсфирма „Фило продактс“ прославилась именно своей склонностью обходить судыстороной. Они свои дела улаживают быстро и тихо».

Очень похоже на тарван, подумал Клей.

– В конечном итоге это хорошая новость, –заключил Френч. Клей слышал, как где-то рядом жужжит факс. Он живо представил,как Френч вышагивает по салону самолета в ожидании трапа. – Я буду держать васв курсе. – И Френч дал отбой.