Завещание - Джон Гришэм

– Это очень серьезно! – воскликнул он. – Егопоказания в буквальном смысле могут либо положительно решить, либо окончательноразрушить наше дело. – Рекс продолжил излагать факты и наконец дошел довекселя, который собирались подписать их адвокаты – все, кроме адвокатовТроя-младшего. – Твои поверенные все портят, – заявил он мрачно.

– Этот сукин сын хочет пять миллионов? –Трой-младший никак не мог поверить в то, что сообщил ему брат.

– Здесь есть о чем подумать. Снид можетсказать, что был рядом с отцом, когда тот писал завещание. Сейчас ему нужнозаплатить лишь пятьсот тысяч. А потом мы сможем его прижать.

Это понравилось Трою-младшему. А сменаюридической фирмы его не смущала. Его самого немного пугала фирма Хембы иХэмилтона. Четыре сотни сотрудников. Мраморные вестибюли. Ценные картины настенах. Кто-то же оплачивает их хороший вкус.

Рекс возобновил прессинг.

– Ты читал все шесть заявлений? – спросил он.

Пробуя клубнику, Трой покачал головой. Он нечитал даже того, которое было подано от его имени. Хемба и Хэмилтон изложилиему суть, и он подписал, не читая.

– А я прочел их, медленно и внимательно. Онивсе одинаковые. У нас шесть юридических фирм, которые делают одно и то же. Этоабсурд.

– Я об этом тоже думал, – с готовностью кивнулТрой-младший.

– И все шесть надеются разбогатеть, когда делобудет улажено. Твои сколько получат?

– А сколько ты заплатишь Хэрку Геттису?

– Двадцать пять процентов.

– Мои запросили тридцать. Сошлись на двадцати.– В его голосе послышалась нотка гордости, потому что здесь он Рекса обскакал.

– Давай подсчитаем, – продолжал Рекс. –Предположим, мы наняли Снида, он говорит все, что нам нужно, мы нанимаем своихпсихиатров, расшевеливаем это болото, и наступает момент делить состояние.Допустим, каждый из наследников получает свои, ну я не знаю, скажем, двадцатьмиллионов. У нас с тобой – сорок. Пять получит Хэрк, четыре – твои ребята. Этодевять, у нас остается тридцать один.

– Меня это устраивает.

– Меня тоже. Но если мы исключим из раскладатвоих ребят и объединимся, тогда Хэрк обойдется нам дешевле. Ти Джей, нам ненужно такое количество адвокатов. Они только и ждут, когда можно будетзапустить руку в наш карман.

– Я ненавижу Хэрка Геттиса.

– Прекрасно. Дело с ним буду иметь я. Тебе необязательно дружить с ним.

– А почему бы не выгнать его и не нанять моихорлов?

– Потому что это Геттис нашел Снида. Потомучто это он нашел банк, готовый дать кредит, чтобы купить Снида.

Потому что Хэрк готов сейчас же подписатьвексель, а твои орлы боятся запачкать руки. Это трудное дело, Ти Джей. И

Хэрк это понимает.

– Он кажется мне хитрым ублюдком.

– Да! Но это наш хитрый ублюдок. Если мыобъединимся, его доля снизится с двадцати пяти до двадцати процентов. Еслиудастся привлечь и Мэри-Роуз, он получит семнадцать с половиной. А еслиприбавить и Либбигайл – то всего пятнадцать.

– Либбигайл никогда не согласится.

– Шанс всегда есть. Если мы будем говорить сней втроем, может, она и прислушается.

– А как насчет этого бандита, ее мужа? –простодушно спросил Трой-младший, забыв, что разговаривает с братом, женатым наразудалой стриптизерше.

– Мы уговорим их вместе. Давай решим вопросмежду собой, а потом поедем к Мэри-Роуз. У нее в адвокатах этот Грит, он некажется мне слишком умным.

– Вообще-то ссориться нет смысла, – грустносогласился Трой-младший.

– Тем более что это будет стоить кучу денег.Пора заключить перемирие.

– Мама будет нами довольна.

Рейчел с Лако и еще одним его соплеменником поимени Тен сидели на берегу Ксеко, скрючившись, под односкатным соломеннымнавесом, ожидая окончания шторма. Крыша была худой, и ветер задувал в прорехи,бросая в лица брызги дождя.

Каноэ было привязано у их ног, они вытащилиего на берег после часа чудовищной борьбы со штормом. Одежда Рейчел промокланасквозь, но дождь, к счастью, был теплым. Индейцы одежды не носили, если несчитать набедренной повязки и кожаного “фартучка”, прикрывавшего гениталии.

Когда-то у Рейчел была деревянная лодка состареньким мотором. Она принадлежала Куперам, ее предшественникам.

Когда было горючее, она плавала в ней по рекемежду четырьмя селениями ипиков. В Корумбу она добиралась на ней за два долгихдня, обратный путь занимал четыре.

Но мотор в конце концов сломался, а на новыйне было денег. Каждый год, представляя свой скромный бюджет в ВОМП, она слезномолила выделить средства на новый мотор или хотя бы на уже использовавшийся, ноработающий.

Рейчел присмотрела один в Корумбе за тристадолларов. Но миссионерские бюджеты везде ограничены. Выделяемых ей денегхватало только на медикаменты и религиозную литературу. Молитесь, говорили ей.Возможно, на будущий год…

Она безропотно принимала это. Когда Господьсочтет, что ей необходимо иметь новый мотор, тот у нее будет. Не ее делобеспокоиться об этом.

Не имея лодки, Рейчел ходила из деревни вдеревню пешком. Хромой Лако почти всегда сопровождал ее. Один раз в год, вавгусте, она уговаривала вождя дать ей каноэ и проводника для поездки наПарагвай. Там она ждала какое-нибудь судно, перевозящее скот, или шаланду,направляющуюся на юг. Два года назад ждать пришлось три дня. Она спала в хлевуна маленькой фазенде у реки и за эти три дня подружилась с хозяевами. Позднееони благодаря ей приняли христианство.

Завтра она сможет у них остановиться иподождать попутного судна, идущего в Корумбу.

Ветер завывал все сильнее. Они с Лакодержались за руки и молились – не за собственное спасение, а за здоровье ихдруга Нейта.

Завтрак мистеру Стэффорду принесли в кабинет –овсянку и фрукты. Он отказался выходить куда бы то ни было, и его секретарямпришлось срочно переносить шесть ранее назначенных встреч. В десять ему подалибулочку с кофе.

Стэффорд позвонил Валдиру и узнал, что тогонет в конторе, у него встреча где-то на другом конце города. У Валдира естьсотовый телефон. Почему он не звонит?