Гробовое молчание - Тесс Герритсен

— И я прекрасно тебя понимаю.

Оставив его один на один с дарами моря, Джейн двинулась к выходу из переполненного бара. Оказавшись у двери, она услышала, что кто-то зовет ее:

— Риццоли!

Это был отставной детектив Букхольц, который расследовал исчезновение Шарлотты Дион девятнадцать лет назад. Он сидел на своем обычном месте у барной стойки, перед ним стоял бокал скотча.

— Мне нужно поговорить с вами, — сообщил он.

— Я собираюсь домой.

— Тогда я провожу вас до машины.

— Может быть, поговорим завтра, Хэнк?

— Нет. Мне нужно кое-что сказать, и это меня очень беспокоит. — Осушив свой бокал, Букхольц шумно поставил его на барную стойку. — Давайте выйдем на улицу. Здесь чертовски шумно.

Они вышли из бара и остановились на парковке. Этим прохладным весенним вечером в воздухе пахло сырой землей. Джейн застегнула молнию куртки и бросила взгляд на свою машину, размышляя, насколько долгой будет беседа и успеет ли она купить молока по пути домой.

— Знаете, это насчет вашего дела по обвинению Патрика Диона и Марка Мэллори. Вы ошибаетесь, — заявил Букхольц.

— Что вы имеете в виду?

— В новостях только об этом и говорят. Два богатеньких парня вместе охотились за девочками в течение двадцати пяти лет. Об этом говорит вся страна, и все недоумевают, как мы раньше этого не заметили. Почему мы их не остановили.

— Они поступали очень ловко, Хэнк. Они не перегибали палку и были очень осторожны. Им удавалось держать себя в руках.

— По нескольким похищениям у Патрика Диона есть алиби.

— Потому что они воровали девочек по очереди. Некоторых похитил Мэллори, некоторых — Дион. Мы уже обнаружили шесть тел в имении Диона и найдем еще, я не сомневаюсь.

— Но только не тело Шарлотты. Я гарантирую, что эту девочку вы там не найдете.

— Откуда вы знаете?

— Когда я занимался этим делом, я работал на совесть, ясно? Это было девятнадцать лет назад, но я помню все подробности. Вчера вечером я вытащил свои старые заметки, чтобы во всем удостовериться. Мне точно известно: когда Шарлотта исчезла, Патрик Дион был в Лондоне. Он вылетел домой в тот же вечер, когда до него дошли новости.

— Хорошо, здесь вы правы. Эту деталь легко проверить.

— А еще я прав насчет Марка Мэллори. Он тоже не мог похитить Шарлотту, потому что и у него было алиби. Он навещал свою мать. За год до этого ее свалил инсульт, и она лежала в реабилитационном центре.

В угасающем свете дня Джейн смотрела на Букхольца. Отставной детектив защищал материалы своего дела, а потому вряд ли мог быть объективным. Судя по морщинистому лицу и поношенной рубашке, в отставке ему приходилось несладко. Букхольц практически жил в баре «Дж. П. Дойл», словно только там, среди копов, он снова чувствовал прилив сил. Свою нужность.

«Уважь старика», — приказала себе Джейн.

Она сочувственно кивнула.

— Я снова изучу дело, и мы поговорим.

— Считаете, что вам удастся так просто отделаться от меня? Я был хорошим полицейским, Риццоли. Я проверил этого парнишку. Когда речь идет о похищении, первым делом изучают семью, так что я хорошенько присмотрелся к ее сводному брату. К каждому его шагу в тот день. Марк Мэллори никак не мог утащить Шарлотту.

— Потому что, по его собственным словам, он навещал мать? Да бросьте, Хэнк. Нельзя верить на слово ни ему, ни его матери. Она наверняка соврала, чтобы защитить своего ребенка.

— Но ведь медицинской карте можно доверять.

— Что?

Букхольц полез в карман и, вытащив сложенный лист бумаги, сунул его Джейн.

— Это из больничной карты Барбары Мэллори. Ксерокопия записей медицинской сестры. Посмотрите, что там значится под двадцатым апреля. Время — час дня.

Джейн просмотрела копию и нашла запись сестры, относящуюся к названному времени. «Давление 115/80, пульс 84. Пациентка отдыхает. Прибывший сюда сын требует, чтобы его мать перевели в более тихую палату, подальше от поста медсестер».

— В час дня Шарлотта Дион в составе школьной группы посещала нашу достопримечательность — Фаньюл-холл, — пояснил Букхольц. — Около часа пятнадцати учителя заметили, что она пропала. А теперь скажите мне, как Марк Мэллори, сидевший в больничной палате своей матери, за сорок километров от этой достопримечательности, умудрился через пятнадцать минут оказаться в центре Бостона и увезти оттуда свою сводную сестру?

Джейн читала и перечитывала запись больничной сестры. Дата и время верны. Нет, здесь все не так, подумала она.

С другой стороны, а как же иначе? Тут все написано черным по белому.

— Прекратите делать вид, что я облажался, — возмущался Букхольц. — Ведь ясно, что ваши преступники не похищали Шарлотту.

— Тогда кто же ее похитил? — пробормотала Джейн.

— Возможно, этого мы никогда не узнаем. Готов поклясться, что какой-то парень увидел ее и похитил без всякого предварительного плана.

«Какой-то парень», — подумала Джейн. Преступник, которого им еще предстоит найти.

Риццоли ехала домой, положив ксерокопию на пассажирское сиденье рядом с собой, и размышляла о том, как это могло произойти. В семье два убийцы, а Шарлотту стащил еще один преступник, не состоявший с ней в родственной связи. Джейн остановилась на парковке у входа в свой многоквартирный дом и продолжила размышлять. Она еще не была готова к шуму и хаосу материнства. Риццоли вспомнила о том, что они знали наверняка: Дион и Мэллори вместе преследовали и убивали девочек. На земельном участке Диона они похоронили как минимум шесть жертв. А может быть, Шарлотта узнала тайну своего отца? Или похищение совершил кто-то третий, чтобы у Патрика и Марка было железное алиби?

Джейн помассировала виски — ее измучили эти вопросы. Шарлотта снова была окружена загадками. Что было известно этой девочке и когда она узнала об этом? С кем она поделилась своим открытием? Риццоли припомнила самые последние фотографии Шарлотты, сделанные на похоронах ее матери и отчима. Вспомнила, как ее обступили отец и Марк. Девочка находилась среди врагов, но сбежать не могла.

Джейн выпрямилась — ее мозг пронзил ответ, до которого нужно было додуматься с самого начала.

«А может, она все-таки сбежала?»